Ведьмино Логово - Джон Диксон Карр

В голове у него звучала фраза доктора Фелла, которую он сказал в Ведьмином Логове: «Завтра днем прибывает поезд из Лондона. Мы встретим этот поезд».

И в этих словах было что-то окончательное...

Сэр Бенджамен хранил молчание. «Даймлер» с ревом мчался навстречу ветру. Дороти в Нью-Йорке. Дороти – его жена. Боже мой, как забавно это звучит! Каждый раз, думая об этом, он вспоминал: вот он сидит на занятиях – это было в прошлом году – и думает, что, если он провалится по экономике (которую он, как всякий умный человек, ненавидел всей душой), наступит конец света. Если у него будет жена, он сразу же превратится в полноправного гражданина с номером телефона, шейкером для коктейлей и прочими необходимыми атрибутами; мать устроит истерику, у отца – в его кабинете на двадцать пятом этаже юридической конторы в доме номер один на Сорок Первой Западной улице – лениво поползет вверх правая бровь, и он спросит: «Итак, сколько тебе нужно?»

«Даймлер» резко затормозил, взвизгнув шинами. Ну, со всем этим – положение там и прочее – придется подождать; подождать, пока не поймают этого убийцу.

В темнеющем проулке, который вел к «Дому под тисами», их ожидало несколько человек. Слышался зычный голос доктора Фелла:

– Ну, как он себя чувствует? Ему лучше? Я так и думал. Итак, мы готовы.

Он поднял вверх одну палку – для выразительности.

– Все, кто присутствовал на месте действия, когда был убит Мартин, каждый, кто может дать какие-нибудь показания, должен присутствовать при том, как будет разоблачен убийца. Мисс Старберт не хотела ехать, так же как и пастор. Однако оба они здесь. Я полагаю, что на станции нас ожидают и другие лица. Ну, садитесь же в машину, садитесь, – раздраженно торопил он.

Из проулка показалась тучная фигура пастора. Он едва не споткнулся, подсаживая в машину Дороти.

– Разумеется, я ничего не имею против, – сказал он. – Однако мне не совсем понятно, что вы имели в виду, когда сказали, что я вам нужен...

Теперь они уже вышли из проулка. Доктор Фелл стукнул палкой по пыльной земле.

– Вот-вот, именно нужны, – сказал он. – Я хочу, чтобы вы опознали одного человека. Вы можете нам кое-что сообщить, хотя я не уверен, знаете ли вы это сами. И если вы не будете слушаться меня и поступать, как я скажу, мы так никогда этого и не узнаем. Вам понятно?

Он обвел грозным взглядом всех присутствующих. Сэр Бенджамен мрачно смотрел в сторону, не снимая ноги с педали газа, так что мотор продолжал работать. Он холодно предложил занять места в машине. Пастор сидел на заднем сиденье, пытаясь придать своей физиономии приятное выражение. Дороти сидела рядом, сложив на коленях руки и упорно глядя вперед...

Рэмпол не был на станции с тех пор, как приехал в Чаттерхэм в прошлой жизни – десять дней тому назад. «Даймлер» мчался вперед, петляя по извилистой дороге и непрерывно сигналя. Чаттерхэмская тюрьма осталась позади; теперь они, казалось, были больше связаны с реальной жизнью. Перед ними из волн хлебного поля поднималось небольшое кирпичное здание станции, в желтеющем свете заката ярко блестели рельсы железной дороги. Фонари, расположенные вдоль платформы., еще не зажигались, только над окошечком кассы горела лампочка под зеленым колпаком. Лаяли собаки, совсем так же, как в ту, первую, ночь...

Едва сэр Бенджамен остановил машину, как издалека раздался пронзительный свисток паровоза.

Рэмпол вздрогнул. Из машины, тяжело опираясь на палку, с трудом вылезал доктор Фелл. На нем была старая шляпа с широкими, опущенными книзу полями и плиссированная накидка; широкая лента пенсне развевалась по ветру. В этом одеянии он сильно смахивал на толстого бандита.

– Теперь слушайте, – сказал он. – Держитесь возле меня. Единственное указание, которое у меня есть, относится к вам. – Он бросил свирепый взгляд в сторону сэра Бенджамена. – Предупреждаю, у вас может возникнуть некое искушение. Но что бы вы ни увидели, что бы ни услышали, ради всего святого, не говорите ни слова! Вам понятно?

Он снова грозно посмотрел на сэра Бенджамена.

– В качестве шефа местной полиции... – начал было тот, чеканя слова, однако доктор без всяких церемоний его перебил.

– Вот идет поезд, – сказал он. – Идемте все на платформу.

Издалека слышался стук колес приближающегося поезда. Этот звук привел Рэмпола в нервное состояние. Он почувствовал себя овцой в стаде, которое доктор Фелл загоняет в хлев. Из-за поворота блеснул сквозь листву деревьев прожектор локомотива. Сверкающие рельсы начали вибрировать, потом загудели...

Начальник станции распахнул скрипучие ворота багажного отделения, сноп света упал на доски перрона. Рэмпол взглянул в этом направлении. На фоне страшновато желтеющего неба он увидел неподвижную фигуру, стоящую возле станции. Потом, оглянувшись вокруг, с изумлением обнаружил на перроне еще несколько таких же неподвижных фигур. Каждый из мужчин держал руку в правом кармане пальто.

Он круто обернулся. Рядом с ним стояла Дороти Старберт, пристально глядя на рельсы. Пастор, прищурив глаза, вытирал лоб платком и, казалось, собирался заговорить. Сэр Бенджамен с кислым видом смотрел в окошечко кассы.

Недлинный поезд, выскочив из-за поворота, подошел к платформе и остановился. Паровоз вздыхал и пыхтел, окутываясь облаком пара; его прожектор вблизи казался огромным. У входа на станцию замигал белый фонарь. В желтых, запачканных сажей, окнах вагонов что-то мелькало, словно мимо них проходили люди. Единственным звуком было теперь негромкое позвякивание багажной тележки.

– Ну вот... – проговорил доктор Фелл.

На платформу спустился один-единственный пассажир. Рэмпол не видел его из-за скрещения огней и густых клубов пара. Потом пассажир оказался под белым станционным фонарем, и американец мог его разглядеть...

Он никогда раньше не встречал этого человека. А вот один из неподвижных мужчин, по-прежнему держа руку в кармане, придвинулся ближе. Однако Рэмпол смотрел не на него, а на странного человека, сошедшего с поезда: это был высокий мужчина в старомодном котелке, у него были седые, коротко подстриженные усы и волевой подбородок. Незнакомец, неуверенно озираясь, перехватил чемодан из правой руки в левую.

– Ну вот, – повторил доктор Фелл. Он взял за руку пастора. – Вы видите этого человека? Кто это?

Пастор с удивлением посмотрел на приезжего.

– Вы, наверное, сошли с ума, – сказал он. – Я никогда его не видел. Что, черт возьми?..

– А-а! – Голос доктора Фелла вдруг зазвучал во всю силу. Он гремел, раскатываясь эхом по всей станции. – Так вы его не узнаете? А следовало бы, мистер Сондерс, следовало бы. Это ваш дядюшка.

Воцарилось мертвое молчание. Один из неподвижных мужчин подошел к пастору и положил руку ему на плечо.

– Томас Сондерс, – сказал он. – Я арестую вас за убийство Мартина Старберта. Обязан вас предупредить, что каждое ваше слово может быть зафиксировано и использовано в качестве свидетельства против вас.