Начало охоты, или Ловушка для Шеринга - Фридрих Незнанский

Егор поставил бутылку на пол.

Дверь ванной тихонько скрипнула, и по прихожей зазвучали ее легкие шаги. Она вошла в комнату своей невесомой походкой, остановилась и взглянула на Егора.

— Вижу, ты все еще пребываешь в прострации.

Егор ничего не ответил, из чего Мария сделала вывод, что все обстоит еще хуже, чем она думала. Ее темные брови-стрелки дрогнули и чуть приподнялись.

— Что, даже водка не помогает?

— Нет, — сухо сказал он.

— Ну, дела… — Она подошла к кровати и присела на краешек. Протянула руку и провела узкой ладонью по его волосам. — Выглядишь, как бандит. Тебе бы не мешало побриться. И еще — отпустить волосы. Короткая прическа нынче не в моде.

Она коснулась пальцами губ Егора, и он их поцеловал. Затем через силу улыбнулся.

— Маш, мы знакомы с первого класса, — проговорил он, стараясь, чтобы голос звучал шутливо. — Я всегда выглядел, как бандит.

Маша взглянула на него тревожно. Ее всегда беспокоили внезапные перепады его настроения. Особенно когда он был в таком состоянии.

— Ты не просто выглядел, как бандит, — улыбнулась она в ответ. — Ты и был бандит. Кстати, я забыла, за что тебя хотели отправить в колонию для несовершеннолетних?

— Я поджег газетный киоск.

Рука Кремнева снова потянулась за бутылкой. Мария нахмурилась, перехватила его руку и отрицательно покачала головой.

— Нет.

Егор взглянул на нее угрюмым взглядом и облизнул губы.

— Почему? — коротко спросил он.

— Потому что тебе это не нужно.

— Я сам знаю, что мне нужно, а что нет.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.

— Егор… — Мария говорила тихим спокойным голосом. — …Мы с тобой не муж и жена. И даже не любовники. Мы с тобой просто старые друзья. И как старый друг, я говорю тебе…

— Старые друзья не спят вместе, — сказал Егор с каким-то странным вызовом в голосе.

Взгляд Марии слегка похолодел.

— В каждой дружбе есть своя тайна, — спокойно сказала она. — Наша дружба — такая. Но мы не любовники, и ты это знаешь.

— Я не понимаю.

— Понимаешь. Мы с тобой встречаемся не чаще чем раз в месяц. А в постель ложимся, только когда тебе плохо и ты нуждаешься в утешении.

— Я не нуждаюсь в утешении, — сказал Егор.

— Чепуха. Я тебя знаю как облупленного. Лучше любой жены.

Мария хотела убрать руку, но Егор поймал ее за запястье и поднес ее кисть к своим губам. Поцеловав пальцы Марии, он поднял на нее взгляд, долго смотрел в ее глаза и вдруг сказал:

— Хочешь, мы поженимся?

Мария отшатнулась и слегка побледнела.

— Ты слишком много выпил.

— Я слишком много выпил, — с мрачной усмешкой повторил Егор. — А может быть, это хорошо? Может быть, спиртное делает меня человечнее и мудрее?.. Я делаю тебе предложение. Ты выйдешь за меня?

Мария вырвала руку.

— Только не в этой жизни.

— Почему?

— Потому что не хочу ждать тебя неделями из очередной командировки, не зная, вернешься ты или нет. Не хочу вздрагивать от страха при каждом шорохе и стуке в дверь.

— Но ведь ты все равно переживаешь за меня.

— Как за друга. А это другое. — Она вздохнула. — Егор, думаю, ты совершенно не представляешь себе, что такое семья.

Губы Кремнева искривила усмешка.

— Великое дело, — пробормотал он.

— Вот именно поэтому я никогда не выйду за тебя замуж, — сказала Мария.

— А если я когда-нибудь изменюсь? Если я стану таким, как все? Буду каждый вечер возвращаться домой, хлебать на кухне борщ, смотреть футбол, вытирать сопли детишкам и засыпать рядом с тобой.

— Звучит неплохо, — улыбнулась Мария. — Но нереально.

Егор нахмурился.

— Я могу.

— Конечно, можешь, — кивнула Мария. — Но это уже будет не Егор Кремнев, а какой-то совершенно незнакомый мне человек. А я не намерена выходить замуж за незнакомца.

Егор посмотрел на Марию грустным взглядом.

— Значит, у меня нет шанса? — тихо спросил он.

— Ни одного.

— Странно, — вздохнул Егор. — А я думал, что я вполне для этого гожусь.

Мария покачала головой:

— Нет, не годишься.

Они помолчали.

— Как у тебя с работой? — спросил Егор, меняя тему разговора.

— Никак. Я ушла из «Пси-центра».

— Вот как? И где ты теперь?

— Пока нигде. Уже две недели ищу новую работу.

— Я не знал.

— Само собой. — Мария поднялась с кровати. — Кстати, ты случайно не видел, куда я девала фен?

— В шкафу. На третьей полке.

Она удивленно качнула головой:

— Кремнев, у тебя не голова, а бюро находок. И как ты все помнишь?

— Привычка.

Мария пошла к шкафу. Проводив взглядом ее ладную, стройную фигурку, Егор потянулся за водкой. Еще почти полбутылки. Этого должно хватить. Выпить и провалиться в сон. И спать сутки. Двое суток… Трое… Всю жизнь!

Егор уже почти коснулся пальцами прохладного стекла, но в это время на тумбочке зазвонил мобильник.

— Черт, — вырвалось у Егора. — Вечно он звонит не вовремя!

— Ты с кем ругаешься? — спросила из другой комнаты Мария.

— С телефоном, — мрачно ответил Егор.

Он нехотя протянул руку, сгреб трубку и небрежно поднес ее к уху.

— Слушаю.

— Кремнев, здравствуй, — отозвался в трубке бодрый басок генерала Зубова.

— Здравия желаю, товарищ генерал.

Егор сел на кровати и нахмурился. Он не ждал от разговора с генералом ничего хорошего. Зубов вообще не должен был звонить. Как минимум еще неделю, до тех пор, пока Кремнев не отгуляет законный отпуск.

— Ты далеко? — осведомился генерал.

«На Мальдивах», — хотел бы ответить Егор, но вместо этого, как всегда, сказал правду:

— В получасе езды от «конторы».

— Отлично. Даю тебе сорок минут на дорогу. Успеешь?

— Да.

— Жду.

— А что слу…

Трубка ответила короткими гудками.

Несколько секунд Егор сидел молча, пытаясь сообразить, какого черта его выдергивают посреди отпуска. Чтобы отправить в отставку? Чушь. Наложить взыскание? Ерунда. Ведь «объект» остался жив.