Шито-крыто! - Дарья Калинина

Несмотря на свои ужимки, Оленька подругам понравилась. Без грима и краски она выглядела очень просто. Бледненькая, синяки под большими тревожными глазами. Кстати, глаза у Оленьки посажены слишком глубоко. Да и рот великоват. И подбородок слишком тяжелый. И скулы… Не ахти какие скулы.

Но на фотографиях всех этих недостатков совершенно не видно, и Оленька кажется настоящим совершенством.

Окончательно с Оленькой подруг примирил прыщ у нее на подбородке. Самый обыкновенный вульгарный прыщ, который мог вскочить у любой из них. А значит, Оленька вовсе не одна из небожительниц, а самая обычная земная девушка, к тому же еще и живущая одна со старенькой мамой. Так что помочь ей – их святой долг.

– Ну, расскажи всю свою историю от начала до конца, – присаживаясь на пухленький диванчик, велела ей Леся. – Только ничего от нас не скрывай. И постарайся припомнить все детали. Иногда любая мелочь сгодится, чтобы вычислить преступника.

Оленька послушно принялась рассказывать. Но ничего существенно нового она к рассказу своей матери прибавить не сумела. В их агентстве были три девушки – Осень, Зима и Весна. Маша, Наташа и Марианна. И все они пропали без всяких объяснений за месяц или около того до истечения их контракта.

– А теперь я еще в это дело ввязалась! – огорченно рассказывала Оленька. – Да я бы и не согласилась, но на меня Эстель насела! Буквально продохнуть не давала. Подписывай и все тут! Поверите ли, если бы я не согласилась, она меня прогнать грозилась!

– А почему так? Разве нельзя было какую-нибудь другую девушку послать?

– Нет. Клиент меня выбрал. То есть сначала он Иришку выбрал, она даже сниматься начала, потом внезапно в аварию угодила. Честное слово, я ей почти позавидовала, когда узнала, что следующей на меня жребий пал.

– Позавидовала?

– А что? Лучше уж месяцок со сломанными ребрами в больничке полежать, супчик их жиденький похлебать, чем пропасть неизвестно куда и как!

– Значит, выбор был либо ты, либо эта Ирина? А кто делал этот выбор?

– Как кто? Варфоломей.

– Кто это?

– Ну, главный редактор «МВМ» – Варфоломей Козявка.

– Козявка? Это прозвище или фамилия?

– Да кто его знает. С ним и другие люди приезжали, всякие там креативные директора да главные визажисты и стилисты. Они тоже что-то там вякали, но последнее слово все равно за Варфоломеем оставалось. Именно он решал, какую девушку для обложки будут брать.

– И давно ваша Эстель с этим «МВМ» сотрудничает?

– Да с самого начала. Как «МВМ» образовался, так Эстель им девушек и поставляет. И для обложки, и для разворотов, и для календаря, и для…

– Ну ясно, ясно. А давно этот журнал основан?

– Так вот… – растерянно произнесла Оленька. – Девять месяцев всего. Маша была первым лицом их обложки. Мисс Осень, стало быть. Потом была Наташа, потом…

– Ясно, ясно. Значит, журнал совсем молоденький?

– Ага.

– И какой у него оборот?

– Хороший! – не задумываясь, ответила Оленька. – То есть я так думаю, что хороший.

– А почему ты так думаешь?

– Ну, контракты у них выгодные. Маша и Наташа говорили, что платят они больше, чем другие аналогичные журналы. Да я и сама, в контракте когда сумму увидела, сначала не поверила своим глазам. Почти вдвое больше принятых вознаграждений, которые платят моделям. Так что, думаю, и тираж, и доход у Козявки тоже соответственно немаленькие.

Все это было очень хорошо и интересно. Вот только условия российского бизнеса ныне таковы, что никто, никогда и ни при каких условиях не станет платить больше, если может заплатить меньше. И если уж «МВМ» платил своим девушкам-моделям суммы большие, чем другие издания, значит, у журнала было для этого какое-то веское основание.

А какое это было основание?

Учитывая, что девушки топ-модели пропадали в неизвестном направлении, ситуация складывалась прямо-таки неоднозначная. Журнал зачем-то завышал вознаграждение девушкам, а потом девушки таинственно исчезали. Очень странно и подозрительно.

– Скажи, а Маша или Наташа не рассказывали тебе, что их заставляли делать нечто… Ну, скажем, не совсем совместимое с профессией модели?

– Что именно? – вытаращила глаза Оленька и тут же помотала головой. – А… Вы, наверное, интим имеете в виду. Нет, мне они ничего такого не говорили. Мы вообще с ними не очень-то общались. Они ко мне относились свысока. Верней, не только ко мне, а вообще ко всем остальным девочкам.

– Почему?

– Считали, что они самые что ни на есть супер-пупер! А мы так, грязь под ногами.

– Ну а Марианна?

– С Марианной мы дружили, – призналась Оленька. – Но она мне тоже ничего такого не рассказывала, кроме того, что у нее дурные предчувствия.

– Но на чем-то эти дурные предчувствия должны были у нее основываться?! – воскликнула Кира, потеряв терпение.

У всех вокруг предчувствия, а девушки пропадают на самом деле! Нужно разобраться!

– Марианна как-то сказала, что за ней следят.

– Следят? Кто следит? С какой целью?

– Этого она не сказала. Она даже не была до конца уверена, что за ней точно следят. Просто сказала, что у нее такое ощущение. И что вокруг слишком много разного отребья, чтобы красивая девушка могла быть спокойна за свой покой.

– Она кого-то конкретного имела в виду?

– Да нет, не думаю.

– А молодой человек у Марианны был?

– Не было у нее никого, – буркнула она, как-то очень уж искоса глянув на свою мать.

К счастью, Татьяна Ивановна как раз в этот момент спохватилась, что ничем не угощает таких важных гостий, и помчалась на кухню ставить чайник. Воспользовавшись отсутствием матери, Оленька поспешно зашептала подругам:

– То есть были у Марианки разные папики. Да и прочие романы в ее жизни, разумеется, случались. Она же девушка, причем девушка молодая и красивая. Но все ее кавалеры были женаты. Да и не было у Марианны с ними ничего серьезного. Во всяком случае, когда она пропала, никто из них не спохватился! И к нам в агентство не пришел.

– А родные?

– Не-а. Отца у Марианны никогда и не было. А мать недавно снова замуж выскочила. В другой город к мужу уехала. Марианна ей теперь без надобности. Мать там себе новых двойняшек-мальчишек настругала. Про старшую дочь и слышать не хочет. Да и Марианна не особенно рвалась отношения с матерью поддерживать. Отчим мало зарабатывает. Она боялась, что вся эта компашка – мать, отчим и мальчишки – ей на шею сядет.

– Но хоть какие-то подруги у Марианны были?

– Мы с ней дружили… Немного. А еще у нее Вера была в подругах. Но мне она не нравилась. И мы втроем практически никогда не общались. Либо Марианна с Верой, либо со мной. Втроем мы почти никогда не бывали.