Рандеву с петлей на шее - Алексей Макеев

– То есть ваш муж поехал на дачу, чтобы поработать? – Гуров пока не стал говорить, что, возможно, господин Водопьянов просто решил устроить на даче встречу с любовницей, о наличии которой он уже слышал от Марии.

– Не совсем так, – отозвалась Водопьянова. – Он планировал там встретиться со своим другом.

– Вот как? Зачем? Просто дружеская встреча?

– Нет, они вместе работают. У них фирма по продаже недвижимости, называется «Ваш дом». Они, можно так сказать, деловые партнеры. И начинали свой бизнес вместе. Они учились в одном институте.

– Как фамилия этого друга? – Гуров пододвинул к себе записную книжку.

– Бортников. Григорий Дмитриевич.

– А мужа как звали?

– Алексей Викторович. Водопьянов.

– Угу, – кивнул Гуров и что-то черкнул в своей книжке. – Это вам муж сказал, что собирается на дачу с другом?

– Да, Алексей. Он предупредил, что не приедет ночевать, останется на даче. Говорил, что у них появились некоторые проблемы в бизнесе, нужно спокойно все обсудить. Закончить должны были довольно поздно, добираться ночью в Москву ему не хотелось. К тому же, как я понимаю, обсуждать они это собирались не за чаем, а Алексей выпивши за руль никогда не садится. Не садился… – Она постоянно путалась в прошедшем и настоящем времени, никак не в силах осознать, что настоящее для ее мужа уже закончено.

– А Бортников тоже планировал остаться ночевать на даче?

– Нет, что вы! Гриша однозначно собирался домой.

– И вернулся?

– Да. Еще ночью.

– Это он вам сказал?

– Я и сама знаю. Понимаете… Я… Мы… Давайте лучше я все по порядку расскажу, – разнервничалась отчего-то женщина и добавила: – Простите, здесь можно курить?

Курить в кабинете было крайне нежелательно в ожидании комиссии, но Гуров все же разрешил. Маргарита Николаевна достала тонкую сигарету и, прикурив от золоченой зажигалки, сделала несколько затяжек подряд.

– Утром Алексей не приехал, – продолжила она. – Я позвонила ему на сотовый, но трубку никто не брал. Потом набрала номер стационарного телефона на даче. Тоже никто не отвечал. Это меня уже насторожило…

– Почему? Ваш муж мог в это время вести машину и не ответить. А на даче было пусто, поэтому никто и не снял трубку.

– Алексей должен был приехать рано, понимаете? Он обещал, что в половине седьмого уже будет дома. Он вообще «жаворонок» по своему складу, к тому же по ранним улицам добраться гораздо проще. И потом, у нас с ним были дела. Намечалось одно торжественное мероприятие, он должен был все организовать – мы собирались в ресторан всей семьей. Он все не ехал и не ехал… К тому же доехать оттуда можно меньше чем за час, а он опаздывал уже на два… – Голос Водопьяновой дрогнул, и она, едва докурив сигарету, взялась за следующую.

– Хорошо, что было дальше?

– Я позвонила Грише. Он сказал, что уехал около полуночи. Алексей остался один. Он меня успокаивал, как мог, говорил, что я зря нагнетаю обстановку, что Алексей был в полном порядке, когда они расстались, но я прямо чувствовала, что случилось что-то неладное! – Маргарита прижала руки к груди. Она хотела продолжить, но вдруг замялась и вновь принялась теребить шляпку, которая теперь лежала у нее на коленях. – В общем, спустя некоторое время я отважилась даже на… Не совсем достойный поступок.

Она отвела глаза в сторону, и Гуров понял, что женщина имеет в виду и как нелегко дается ей эта тема.

– Вы подумали о другой женщине? – пришел он ей на помощь.

– Да! Не только подумала, я знала о ней! Мне известно, что Алексей завел любовницу. И я… В общем, я позвонила ей…

– Вам известен ее сотовый? – спросил Гуров, решив, что обманутая жена подсмотрела его в телефоне мужа. Однако она ответила:

– Нет. Но мне известно, где она живет.

– То есть вы следили за своим мужем, – сделал вывод полковник и снова ошибся.

– Нет, не следила. – Маргарита Николаевна подняла голову и посмотрела прямо в глаза Гурову: – Просто это наша квартира.

– Вот как? – Брови Гурова поднялись. – Ваша собственность?

– Нет, не совсем так. Квартира изначально принадлежала Алексею. Но потом… Господи, давайте я уже расскажу про эту девицу, чтобы больше не возвращаться к ней! – перешла на крик Водопьянова.

– Хорошо, только покороче. Любовница подтвердила, что ваш муж у нее?

– Нет, она сказала, что вообще не встречалась в последние дни с Алексеем и о его поездке на дачу ничего не знает. Я уже разволновалась не на шутку, снова начала звонить Грише и буквально упросила его отвезти меня в Лесное. Дело в том, что я машину не вожу, у меня плохое зрение.

Гриша хоть неохотно, но согласился. Добрались мы быстро. Когда приехали, в окнах горел свет, и это меня поначалу даже обрадовало. Алексей любил, чтобы было очень светло, и дома всегда включали свет во всех комнатах. Но одновременно с этим я испугалась… Рванулась внутрь, Гриша за мной, а там…

Она закрыла лицо руками и разрыдалась. Гуров взял со стола Крячко недопитую бутылку колы и налил женщине в стакан. Та сделала несколько глотков, сморщилась – напиток был сильно газированным, – потом постаралась взять себя в руки и снова заговорила:

– Это было ужасно, просто ужасно! Он сидел на стуле, запрокинув голову, лицо багрово-синее… У него даже язык вывалился!

Маргарита Николаевна снова расплакалась, а Гуров, чертыхнувшись про себя, полез в стол за успокоительным. Для подобных случаев он всегда держал у себя нужные препараты. Дав ей сразу три таблетки валерьянки, он спросил, может, лучше отложить все до завтра или вообще до лучших времен, втайне надеясь, что «лучшие времена» так и не настанут: Маргарита Николаевна окунется в организацию похорон, а потом и вовсе забудет о своей идее поиска убийцы. А там, гляди, все-таки выяснится, что это и не убийство вовсе. На эту мысль Гурова натолкнуло описание вида покойного.

Однако Маргарита Николаевна решительно воспротивилась, сказав:

– Нет-нет, я в порядке. Простите меня. Это тогда я была близка к обмороку. Хорошо, что Гриша находился рядом, он меня сразу на стул усадил и тоже дал какие-то таблетки.

– Маргарита Николаевна, а вы уверены, что ваш муж был убит?

– Что вы имеете в виду? – округлила Водопьянова глаза.

– Ну, так может выглядеть человек, у которого случился удар. Или сердечный приступ.

– Да? Ну, если бы не веревка вокруг шеи, я бы, наверное, тоже так подумала, – с иронией усмехнулась Маргарита Николаевна.

– Что-что?

– У него вокруг шеи была затянута веревка, – пояснила она. – Его задушили, понимаете?

Гуров нахмурился. Дело оказалось хуже, чем он предполагал.

– Какая веревка? Что собой представляла? Вы рассмотрели?