Царское имя - Александр Асмолов

– Поверь, что гонорар за твою работу… – он не успел договорить…

– Ванечка, ну, я же не коммерсант. Не нужно со мной торговаться. Вы с Лизой однажды очень выручили меня, и я сделаю все, что в моих силах. Ваши деньги мне не нужны. Хотя, если придется куда-то ехать, то средства понадобятся.

– Извини. Можешь себя ничем не ограничивать. Я в состоянии достать значительную сумму.

– Пока мы знаем очень мало, и конкретного плана нет. Одно могу сказать: наш противник – игрок.

– Что ты имеешь в виду?

– Нестандартность. Ты ведь читал детективы и сам можешь предложить несколько проверенных вариантов воздействия на жертву.

– Жертва – это я.

– Необязательно. Ей могу быть и я.

– Ты наследница арабского шейха?

– Нет, но такой вариант предлагаю оставить… Итак, нам известно оружие противника.

– Эта чертовщина?

– С ее помощью можно приказать даже забыть собственное имя… Ладно-ладно, проверять не будем. Мантра очень сильная.

– Варя, ты хочешь сказать… – его взгляд остановился на аккуратной горке мелких обрывков листа на журнальном столике, и возражение так и не прозвучало.

– Инициатор хорошо подготовился. Вклеенный в книгу лист легко свести к шутке, а звонок, скорее всего, был сделан из соседнего телефона-автомата. Мало ли кто там звонил…

– Да, у булочной, напротив, есть телефонная будка.

– Там Лизу и поджидали.

– И что теперь с ней?

– Этого мы еще не знаем, – Варя вздохнула. – А вот с тобой беда.

– То есть…

– Боюсь, следователь не будет глубоко копать. Сам сказал о чертовщине. А вот ты станешь первым подозреваемым.

– Опаньки!

– Логика проста. Незаметно приехать в Москву на несколько часов ради такого преступления, а потом скрыться в суете выходного дня очень просто. Думаю, это классический пример из учебника милицейской школы. А зная твою порядочность, можно с уверенностью предположить, что вечер прошедшего воскресенья ты провел один в гостинице, – Иван утвердительно кивнул. – Значит, алиби у тебя нет. Остается найти двух «бомжиков», которые подтвердят, что видели тебя именно в интересующее следствие время около своего дома. Этого достаточно!

– Но есть же билеты на самолет. Всех пассажиров регистрируют.

– А можно на хорошей машине ночью, когда дорога пустая, нарушая правила, часов за десять-двенадцать доехать из того города, где ты был в командировке, в Москву и вернуться?

Он кивнул и уныло прикрыл лицо рукой.

– Заметь, я импровизировала, как дилетант, в течение минуты… А что сможет опытный следователь, которому уже все ясно? Существуют мелочи, которые в умелых руках могут доказывать абсолютно противоположные утверждения. В случае необходимости их можно подбросить… Как эту книгу Лизе.

Тягостное молчание повисло в комнате. С каждой минутой оно становилось осязаемым.

– Ну, не стоит отчаиваться, – девушка ласково посмотрела на собеседника. – У нас есть немного времени. Использовать его нужно с умом.

– Что ты предлагаешь?

– Давай максимально подробно раскрутим последние три дня до исчезновения Лизы.

Девушка внимательно посмотрела на собеседника, предлагая приступить к делу.

– Да я был у нее на работе. Расспросил всех, кто с ней общался. Даже на листке план всей пятницы набросал.

В подтверждение Иван достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вчетверо лист бумаги и протянул девушке. Та изучала список несколько минут, потом вернула.

– Профессионально. Но ничего интересного для нас. Разве что два телефонных разговора с Натальей. Похоже, это были планы на вечер.

– Я же тебе говорил, Лиза в ту пятницу лазала с диггерами куда-то под Кремль.

– Можешь найти этих ребят по телефону?

– Только не говори, что мы пойдем с ними…

– Боишься?

Иван замялся. Покрутил в руках маленькую кофейную чашечку, разглядывая рисунок, и поставил обратно на стол.

– Я вырос в детдоме. Там у меня был конфликт с директором. Однажды, уезжая в областной центр, он хотел меня взять с собой – таскать мешки. Я заартачился. Тогда директор тайком запер меня в подпол своего кабинета и уехал в центр с ключами. Там ему кто-то набил морду, и он попал в больницу. Все решили, что я сбежал, и в кабинете не искали. Директор вернулся через неделю. Этот гад знал, чего я боюсь больше всего на свете… Мне было три года, когда я с родителями на машине попал в аварию. Они погибли сразу, а я бился в истерике часа два в искореженной машине, пока не вытащили… С тех пор завалящий подвал для меня как могила. Люблю альпинизм и горные лыжи, второй дан по карате, а в погреб спуститься проблема.

– Ванечка, без тебя мне не обойтись, – девушка осторожно погладила его по плечу. – Никак не обойтись.

Он горько усмехнулся и кивнул.

– Да, понимаю я… Лизу выручать нужно.

– Тогда звони своим диггерам.

– Своим?

– Нашим, Ванечка. Нашим… Сдается мне, что найдем там какую-нибудь ниточку.