Контролер - Иэн Рэнкин

В понедельник утром Малькольм Фокс потратил уйму времени, чтобы припарковаться возле управления полиции — как в первый раз. Тони Кай и Джо Нейсмит были уже в офисе. Нейсмит (тяжёлая доля самого младшего) уже сварил на всех кофе и заранее принёс к нему пакет молока. Каждую пятницу он просил остальных расплатиться, однако те отнюдь не спешили выворачивать карманы, и Нейсмиту ничего не оставалось, как смиренно продолжать вести учёт, кто сколько ему должен.

— С тебя фунт, — напомнил он, остановившись у стола Фокса и, как обычно, держа руки в карманах брюк.

— Получишь целых два, но в конце недели, — невозмутимо ответил Фокс, вешая пальто.

За окном сиял прекрасный день. Дороги уже освободились от снега и льда. Проезжая мимо парков, Фокс заметил, что на месте бывших снеговиков высятся корявые, потемневшие глыбы. Он снял пиджак, явив миру давешние тёмно-синие подтяжки. Его сегодняшний галстук был ярче и краснее, чем в пятницу, а рубашка — белая в жёлтую полоску, в тон волосам. Портфель Фокса этим утром не мог похвастать содержимым, но Малькольм всё равно открыл его. Тем временем Нейсмит ретировался к кофеварке.

— Сахару три куска, — напомнил Кай, получив в ответ вполне предсказуемый жест.

— Нет вестей от Боба? — спросил Фокс.

В ответ Джо тряхнул шевелюрой — стрижка явно не вошла в программу его выходных. Он указал в направлении рабочего места Фокса.

— Мистер Макьюэн оставил тебе записку — во-он там, — сказал он.

Фокс поискал, но ничего не увидел. Тогда он отодвинулся и заглянул под стол. Клочок бумаги лежал на полу, на нём уже отпечатался узор подошвы. Малькольм поднял записку, перевернул и углубился в расшифровку каракулей шефа. «Инглис — ГЛОД — 10–30» ГЛОД означало — Горячая линия охраны детей. Большинство копов произносили это как «глот». А потому комната под номером 2.24 в дальнем конце коридора была известна как «Глотка». Фоксу случалось заходить туда пару раз. И у него неизменно сводило внутренности от одного воспоминания о том, что там творилось.

— Кто-нибудь знает, кто такой Инглис? — громко спросил он.

Но ни Кай, ни Нейсмит не могли помочь ему. Фокс глянул на часы — с момента времени, указанного в записке, уже прошло больше часа. Джо Нейсмит шумно стучал ложкой, размешивая сахар. Кай потягивался в кресле, отчаянно зевая и расправляя затёкшие локти. Фокс сложил записку пополам, спрятал в карман, вылез из-за стола и снова натянул пиджак.

— Я ненадолго, — сказал он.

— Даст бог, не помрём, — заверил его Кай.

В коридоре было прохладнее, чем в кабинете. Фокс шёл неспешно, но достиг комнаты 2.24 уже через несколько секунд. Она располагалась в конце коридора. Здесь имелся особый замок и специальная система входа-выхода. На двери не было списка сотрудников — подобно контролёрам, ГЛОД тщательно хранил свои секреты. Табличка на двери гласила: «Внимание! Необычные звуки и зрелища. При работе с видео в комнате должно находиться не менее двух человек». Фокс сделал глубокий вдох, нажал кнопку и стал ждать. Из динамика раздался мужской голос:

— Кто там?

— Инспектор Фокс. Мне нужен Инглис.

На какое-то время воцарилась тишина, потом голос ответил:

— Вы опоздали.

— Неужели?

— Вам было назначено на десять тридцать.

— На моих часах ровно половина.

Ещё тишина, потом:

— Подождите.

Фокс стоял, изучая носки своих ботинок. Он купил их месяц назад на Джордж-стрит, и они до сих пор натирали ему пятки. И всё же это были хорошие ботинки. Продавщица в магазине сказала, что они протянут «до конца света… или пока трамвайные рельсы не достроят… смотря что раньше случится». Забавная девчушка, с чувством юмора у неё порядок. Фокс спросил, почему она не в колледже. «Смысла нет, — ответила она. — Всё равно в этой стране хорошей работы не найти.» Это заставило Фокса мысленно вернуться во времена своей юности. Большинство его сверстников мечтали о блестящей карьере за границей. Некоторым это действительно удалось. Но очень, очень немногим.

Тем временем дверь перед его носом распахнулась. На пороге стояла женщина в чёрных брюках и серой блузке. Она была ниже его дюйма на четыре и, наверное, лет на десять младше. Её левое запястье охватывал ремешок золотых часов. Никаких колец. Она протянула правую ладонь для рукопожатия.

— Инглис, — представилась она.

— Фокс, — ответил он, а потом, с улыбкой: — Малькольм Фокс.

— Вы из ОПК. — Это прозвучало утвердительно, но он всё равно кивнул. За спиной девушки Фокс увидел, что офис за время его отсутствия как будто стал ещё меньше. Штук пять столов; проходы между ними такие узкие, что едва можно протиснуться. По стенам сплошь картотечные шкафы и отдельно стоящие металлические полки, забитые компьютерной аппаратурой. Некоторые системные блоки стояли со снятыми крышками, и можно было рассмотреть их железное нутро. Единственное свободное пространство на стене было заклеено фотографиями с изображениями лиц. Молодых и старых, с усами и бородой или гладко выбритых; с тяжёлыми, пустыми взглядами или вовсе лишённых всякого выражения. Кроме Инглис и Фокса, в комнате находился ещё один человек — мужчина. Видимо, это его голос только что звучал из динамика. Он пристально изучал гостя, не двигаясь с места. Фокс кивнул ему и получил в ответ такое же приветствие.

— Знакомьтесь, это Гилкрист, — сказала Инглис. — Входите и располагайтесь поудобнее.

— Разве это возможно? — спросил Фокс.

Инглис окинула взглядом комнату.

— Чем богаты, тем и рады.

— Кроме вас двоих, здесь больше никого?

— Сейчас нет, — призналась она. — Трения внутри отдела и так далее.

— Всё равно мы почти все дела передаём в Лондон, — добавил Гилкрист. — У них там сильная команда — человек сто, наверное.

— Сто — это много, — сказал Фокс.

— Видели бы вы, сколько у них работы, — возразила Инглис.

— Как мне к вам обращаться? В смысле — по званию или, может, лучше по имени?

— Энни, — помедлив немного, ответила она. Соседний стол был свободен, и, повинуясь её указующему жесту, Фокс расположился за ним.

— Давай, Антея, покажи класс, — сказал Гилкрист. По его тону Фокс понял, что это эдакая тонкая шутка, понятная только посвящённым.

— Брюс Форсис? — наугад спросил он. — «Игра поколений?»[9]Инглис кивнула.