Последний взгляд - Росс МакДональд

- Это родители Ника прислали вас?

- Что вы! Они же не знают, что вы здесь. Кстати, раз уж мы разговорились, не лучше ли пройти в квартиру.

Поколебавшись немного, она все же отступила в сторону, и я вошел. Гостиная была обставлена дорого и со вкусом, но как-то уныло. Очевидно, Чалмерсы купили мебель, не советуясь с сыном. Комната выглядела такой безликой, словно Ник больше всего боялся проявить себя. На стенах не было картин. О пристрастиях хозяина свидетельствовали разве что книги в секционном шкафу, но там по преимуществу стояли учебники по политическим дисциплинам, юриспруденции, психологии и психиатрии.

- А Ник не любит оставлять вещественных доказательств, - обратился я к девушке.

- Нет, он мальчик, вернее, мужчина скрытный.

- Так кто же он - мужчина или мальчик?

- Наверное, он сейчас это выясняет.

- Сколько ему лет, мисс Тратвелл?

- В прошлом месяце - четырнадцатого декабря - ему исполнилось двадцать три. Он пропустил семестр несколько лет назад и окончит университет на полгода позже. Точнее говоря, кончит, если ему разрешат сдавать сессию. Он уже пропустил не то три, не то четыре экзамена.

- Почему?

- Только не подумайте, что у Ника проблемы с учебой. Ник поразительно способный, - добавила она, словно я ей возражал.

- По соцнаукам лучше Ника тут никого нет, а на следующий год он собирается заняться юриспруденцией, - говорила она, словно сама себе не веря: так девчонки пересказывают сны или вспоминают о несбывшихся надеждах.

- Ну а какие же все-таки у него проблемы, мисс Тратвелл?

- Как говорится, житейские. - Она шагнула было мне навстречу, но тут же остановилась. Руки ее повисли плетьми. - Ни с того ни с сего Нику все опостылело.

- И вы тоже?

- Если бы дело было только во мне, я б стерпела. Но он от всего устранился. В последние дни Ник изменил всю свою жизнь.

- Пристрастился к наркотикам?

- Не думаю. Ник знает, чем это грозит.

- Иногда соблазн именно в этом и заключается.

- Понимаю, понимаю, что вы хотите сказать.

- Он обсуждал это с вами?

- Что это?

- Ну, ту перемену в его жизни, которая произошла за последние несколько дней.

- Толком нет. Видите ли, тут замешана другая женщина. Женщина гораздо старше Ника. - Девушка побледнела от ревности.

- Он, должно быть, лишился рассудка.

Я хотел ей польстить. Но она поняла меня буквально.

- Конечно. Ник никогда не стал бы делать ничего подобного, будь он в своем уме.

- Расскажите мне, что он делал.

И тут впервые за время нашей беседы девушка задержала свой взгляд на моем лице.

- Не могу. Я ведь вас совсем не знаю.

- Меня знает ваш отец.

- Правда?

- Позвоните ему, если не верите.

Она перевела взгляд на телефон, стоявший на столике около дивана, потом на меня.

- Значит, вы работаете на Чалмерсов? Они папины клиенты.

Я не ответил.

- Для чего вас наняли родители Ника?

- Ответа на этот вопрос не будет. Зря тратим время. Мы оба хотим, чтобы Ник снова стал прежним. Поэтому нам следует помогать друг другу.

- Как я вам могу помочь?

Я почувствовал, что подобрал к ней ключ.

- Вам явно нужно излить душу. Вот и расскажите мне, что натворил Ник. - Я все еще стоял как незваный гость, но тут, не дожидаясь приглашения, сел на диван. Девушка робко подошла к дивану и примостилась на валике подальше от меня.

- Если я вам расскажу, вы не передадите мои слова родителям Ника?

- Разумеется, нет. А что вы имеете против его родителей?

- В сущности, ничего. Они славные. Я знаю их с детства - мы ведь соседи. Но мистер Чалмерс слишком суров к Нику. Уж очень они разные. К примеру, Ник не одобряет войны, а мистер Чалмерс считает это антипатриотичным. Он отличился в последней войне, и поэтому у него несколько косные взгляды.

- Что он делал во время войны?

- Служил в морской авиации, он тогда был моложе Ника. Ник ему кажется ужасным бунтовщиком. - Она замолчала. - Но на самом деле он вовсе не бунтовщик. Хотя, не стану отрицать, одно время Ник придерживался крайних убеждений. Но со всем этим покончено несколько лет назад, еще до того, как Ник вернулся в университет. Вплоть до прошлой недели дела шли как нельзя лучше. А потом все полетело в тартарары.

Я ждал. Она легко, словно птичка, вспорхнула с валика и нерешительно опустилась на диван рядом со мной. Лицо ее вдруг горестно скривилось, и она изо всех сил зажмурила глаза, чтобы сдержать хлынувшие слезы.

- По-моему, всему виной та женщина, - через минуту продолжила она. - Понимаю, в какое дурацкое положение я себя ставлю. Но как мне не ревновать, если он меня отшвырнул, как старый башмак, и променял на женщину, которая годится ему в матери. Да еще замужнюю.

- Откуда вам это известно?

- Он представил ее мне как миссис Траск. Я уверена, что она живет не здесь, - в телефонном справочнике никаких Трасков не значится.

- Он представил ее вам?

- Ему ничего другого не оставалось делать. Я увидела их в «Лидо», подошла к столику и не уходила до тех пор, пока Ник не представил меня ей и мужчине, который с ними сидел. Его зовут Сидней Хэрроу. Он живет в Сан-Диего и работает в фирме, торгующей в кредит, - собирает просроченные взносы.

- Он вам это сказал?

- Не совсем. Я сама выведала.

- А вы, я вижу, великий сыщик.

- Да, - сказала она, улыбнувшись, - хотя обычно я не сую нос в чужие дела. Но бывает так, что обстоятельства на это толкают. Так вот, когда мистер Хэрроу отвернулся, я незаметно взяла талончик со стоянки - он лежал у его тарелки. Сходила на стоянку «Лидо» и попросила служителя показать мне машину Хэрроу. Он указал на потрепанную машину с откидным верхом, заднее стекло у нее было разбито. Дальше все пошло как по маслу. Я прочла его имя и адрес на паспорте машины, а потом заказала разговор с его квартирой в Сан-Диего. Но оказалось, что это номер не квартиры, а конторы. Там мне сказали, что Хэрроу в отпуске. Ничего себе отпуск!

- А почему вы думаете, что он не в отпуске?

- Я еще не кончила, - сказала она раздраженно: ей явно не терпелось докончить свой рассказ. - Я встретила их в ресторане в четверг. А в пятницу вечером я снова увидела эту машину. Она стояла перед домом Чалмерсов. Мы живем через улицу, наискосок, так что из окна моего кабинета хорошо виден их дом. Я решила проверить, тот ли это автомобиль, и подошла посмотреть на паспорт. Дело было в пятницу, часов около девяти. Так вот, это оказалась машина Хэрроу. Он, наверно, услышал, как я хлопнула дверцей, опрометью выбежал из дома и накинулся на меня: что, мол, я тут делаю? А я спрашиваю: а вы что тут делаете? Он дал мне пощечину и стал выкручивать руку. Должно быть, я вскрикнула, потому что из дому выскочил Ник и сшиб мистера Хэрроу с ног. Мистер Хэрроу выхватил из машины револьвер, и я испугалась - думала, он застрелит Ника. Лица у обоих были такие чудные, словно им жизнь не дорога. Словно им только бы убить, а потом хоть умирай.