Развод и девичья фамилия - Татьяна Устинова

Что на него нашло? Какая прослушка? При чем тут Батурин?

– Кира, – вслед ей попросил Костик, – скажи Раисе, что я этудуру из новостей на полчаса раньше жду! Пусть она ее найдет.

– Ну, пусть найдет, – пробормотала Кира.

Им обоим было хорошо известно, что найти сотрудника вне стенродной редакции почти невозможно, журналисты уходили “на задания” и исчезали,как будто подвергались дематериализации. Через некоторое время они объявлялись,и никому никогда в голову не приходило выяснять, где они были и что именноделали. Лишь бы материал сдали вовремя.

Так что где найдет Раиса “эту дуру из новостей”, если толькота не сидит на собственном стуле за собственным компьютером в собственнойкомнате.

Кира открыла дверь в крохотную приемную, чуть не стукнув поносу Верочку Лещенко. Верочка маялась прямо под дверью – Кира была уверена, чтоподслушивала.

– Привет, – выпалила Верочка и засияла глянцевой улыбкой, –я тебя жду. Или Костика.

Главного редактора почему-то все именовали Костиком, хоть илет ему было почти сорок, и выглядел он скорее как Константин Сергеевич, нежеликак Костик.

– Привет, – сказала Кира, – я уже освободилась. Ты хотелаколонку показать?

– Ну да, – смущенно призналась Верочка.

– Верочка, здравствуй! – провозгласил из кабинета шеф. –Написала?

– Написала, – подтвердила Верочка и зарделась. Она всегдакраснела, когда шеф к ней обращался, вот какая была застенчивая. – Я старалась,чтобы получилось в вашем стиле, но я точно не знаю…

– Кира посмотрит. – Костик вылез из-за стола и остановился вдверях, упершись руками в косяки.

Широченные плечи, пиджак “Хьюго Босс”, стрелки на брюках,свежая стрижка, смуглая кожа – и загар не какой-нибудь там искусственный, аавстрийско-горнолыжного происхождения.

Кира отвернулась, а Верочка продолжала смотреть на шефа какзачарованная. Поймав ее отражение в стекле книжного шкафа, Кира усмехнулась.Однажды в Лувре она попала в самый центр японского туристического торнадо.Перед Джокондой японцы стояли точно так же, как Верочка перед Костиком, иодинаковые желтые лица были одинаково непонимающе восторженными, как у Верочки.

– Рая, – сообщила Кира секретарше, – визит барышни из отделановостей переносится на полчаса раньше. – Костик в дверях согласно кивал. Кирестало смешно – чего он кивает? Раз уж вышел, говорил бы сам! – КонстантинСергеевич просит вас найти ее и предупредить.

– Где же я ее найду, если ее на месте не окажется? –недовольно спросила секретарша. – Домашний есть у нее, не знаете, девочки?

“Девочки” – Кира с Верочкой – покачали головами.

– Вера, пошли ко мне в кабинет, я посмотрю материал.

– Чайку? – спросила Раиса и посмотрела на Киру поверх очков.Палец был плотно прижат к тому месту в списке сотрудников, где, очевидно,значилась “дура из отдела новостей”. – Кофейку? Или сама поставишь?

– Конечно, поставлю, – согласилась Кира.

– Я вечером заеду, – в спину ей сказал Костик.

– Только ты позвони сначала, – напомнила Кира.

– Ну, ясный перец.

Кира закатила глаза. Этот “перец” вконец извел ее редакторскоеухо. Тим практиковал его к месту и не к месту, и его друг Илюха тоже, и вредакции он носился от одного сотрудника к другому, как метеор! Кто егопридумал, этот перец дурацкий!

– Костик, – предупредила Раиса у нее за спиной, – если ее наместе нет, я не знаю…

– Ладно-ладно, – бросил шеф, и дверь за ним закрылась. Киразнала по звуку, как закрывается каждая редакционная дверь.

…И все-таки почему Костик?

Никому и в голову не приходило называть ее бывшего мужаСережик, а ведь они с Костиком ровесники, и Сергей в своей конторе такой женачальник, как Костик – в своей. На работе его звали исключительно СергейКонстантинович, хотя неудобно это было и длинно, и язык непременно запутывалсямежду всеми “т” и “н”. Может, просто среда другая?

– Тебе чай или кофе? – Кира была недовольна собой и поэтомуговорила громко, громче, чем всегда.

Бывший муж вторгся в ее мысли слишком бесцеремонно, и она незнала, как теперь от них избавиться.

Верочка ничего не знала про Кириного бывшего мужа, которыйзастрял в ее мыслях, слышала только громкий недовольный голос и смотрела наКиру с некоторой опаской и некоторым излишком преданности.

– Не обращай внимания, – сказала ей Кира, – я просто думаю одругом. Так чай или кофе?

– Кофе, – выбрала Верочка. – Кир, а почему он меня попросилколонку за него написать? Ему… нравится, как я пишу?

Скорее всего попросил потому, что ее мордашка первойпопалась ему на глаза, подумала Кира. Это очень в духе Костика. Самому писатьлень. Замов искать лень. Ну, пусть хоть вот эта напишет, хорошенькая! Потом вслучае чего перепишем!

– Я не знаю, – ответила Кира, не придумав ничего получше.Она понятия не имела, как пишет Верочка, и не хотела авансом говорить, что тапишет хорошо. Просто чтобы потом не сказать, что материал плохой. – Давайпосмотрим.

Ее бывший муж Сергей Константинович, которого только-толькоудалось загнать в темный угол, опять нагло влез в самую гущу Кириных мыслей.

В отличие от большинства мужчин, впавших в популярный нынче“кризис среднего возраста”, вышеупомянутый Сергей Константинович девчонок нелюбил, особенно на работе.

Мне проще все сделать самому, чем тридцать три разаобъяснить, что нужно, потом три часа ждать результата, а потом переделыватьзаново.

Пожалуй, в этом Кира была с ним согласна.

…Зачем она о нем думает, будь он неладен! Все из-за Тима сего Костромой! Надо было сказать Сергею, что накануне их сын в компании сдругом Илюхой надергался за школой пива, и дело именно в этом, а не в том, чтоКира вознамерилась оградить его от жизни и… как это говорится?, да, привязать ксвоей юбке.

Кира в жизни не носила юбок.

Дело оказалось не так уж плохо. Стиль был неплох, и тонвыбран правильный, и даже похоже на то, как обычно писал сам Костик – наверное,проглядела подшивку!

– Все ничего, – сказала Кира с удовольствием и посмотрела наВерочку. Та немедленно покраснела и спряталась за свою кружку. – Только вотздесь надо переделать. Добавить фактуры, ну, ты понимаешь.

Кира закрыла файл и отпила из кружки.

– Переделай. Я посмотрю, а Костик туда что-нибудь добавит.Очень неплохо. Молодец.