Вещие сны - Кей Хупер

— Не скажете ли вы, кто этот другой мужчина? — негромко спросила она. — Я бы хотела с ним поговорить.

— Нет, Джоанна. — Тут Адам был абсолютно тверд. — Его репутация ему гораздо дороже, чем мне — моя.

У Джоанны на мгновение сжалось сердце — а что, если он не хочет повредить репутации шерифа? Готова ли она к тому, чтобы это услышать?

О боже, почему я все время возвращаюсь к Гриффину? Почему не могу поверить, что он ее не любил?

Так или иначе, она не сочла себя вправе настаивать на ответе, убеждая Адама, что ей можно доверять и она никому ничего не расскажет. Вместо этого она спросила:

— А как вы узнали о нем?

— Он сам мне рассказал. Когда она его бросила, он крепко выпил, и ему нужен был собеседник. Мы с ним друзья, вот он и пришел ко мне. — Губы Адама дрогнули. — Это было задолго до моей связи с Кэролайн, и надо сказать, ничуть не послужило мне предостережением.

Задолго до. Значит, перед смертью Кэролайн встречалась не с этим любовником — если только она не вернулась на круги своя.

— Вы имеете в виду, предостережением против этой женщины?

— Да. Она бросила его без всякой причины, или по крайней мере не назвала ему никакой причины. Просто сказала, что все кончено, и упорхнула, не выясняя отношений. А он любил ее, бедняга. Для него ничего не кончено до сих пор.

«Да и для тебя тоже», — подумала Джоанна. Итак, по крайней мере двое состояли в связи с Кэролайн; были ли другие? А что Скотт? Знал ли он об этом? Подозревал ли, что жена ему неверна? Как ей узнать все это?

— Адам, вы не знаете, была у нее с кем-нибудь связь непосредственно перед катастрофой?

— Не знаю. Наверное, была, но точно не могу сказать. Точно может знать только ее последний любовник.

— В этом городе так любят сплетни, — удивилась Джоанна. — Как же ей удавалось скрывать свои романы? Особенно если их было так много.

Адам усмехнулся:

— Вот уж не знаю. Может быть, она не попалась, потому что хотела попасться. Такое, знаете ли, случается.

Это было по-своему убедительно — если только это правда. Людям, которым нечего терять, часто фантастически везет — словно судьба демонстрирует свое чувство юмора. Если Кэролайн — сознательно или подсознательно — действительно хотела, чтобы муж узнал о ее неверности, возможно, судьба решила над ней посмеяться.

Так или иначе, Джоанне теперь было о чем поразмыслить.

— Спасибо за беседу, — сказала она Адаму. — И не беспокойтесь, я никому не расскажу о вас и о Кэролайн.

— Спасибо, — пробормотал он, но было видно, что ему это безразлично.

Джоанна хотела сказать что-нибудь еще, но в конце концов, так и не придумав что, она молча повернулась и пошла к двери.

— Гроб был закрытый.

Она испуганно остановилась и оглянулась на Адама. Он невидящими глазами смотрел на розовый куст.

— Ее отпевали в закрытом гробу. Она разбилась так… что было невозможно… собрать ее. Поэтому гроб был закрытый. Я больше никогда ее не видел.

Вот почему еще, сообразила Джоанна, на нее так странно реагируют. Тела Кэролайн практически никто не видел, а для многих это важно — проститься с телом, как это принято. Так что появление женщины, так похожей на Кэролайн, вскоре после ее смерти, должно быть, вызвало еще больше пересудов и самых не правдоподобных предположений, чем предполагала Джоанна.

— Поговорите с доктором Бекетом, Джоанна, — вдруг сказал Адам. — Он знал ее, как никто другой.

Джоанна не поняла, значит ли это, что Бекет был любовником Кэролайн, но уточнять ей не хотелось; она приняла этот совет без комментариев.

— Спасибо, непременно. До свидания, Адам. — Больше ей действительно нечего было ему сказать.

— До свидания, Джоанна. — И он снова устремил взгляд на розу, названную в честь Кэролайн, и на лице его было отчаяние.

Она вышла из оранжереи, села в машину и несколько минут сидела неподвижно, стараясь избавиться от тяжелого чувства, оставшегося от разговора с Адамом, стараясь отстраниться от его страданий и навести порядок в мыслях. И когда ей это удалось, она поняла, что запуталась окончательно.

Какой же на самом деле была Кэролайн Маккенна? Застенчивой? Сдержанной? Спокойной и безмятежной — но, помилуйте, она же постоянно грызла ногти! Самоотверженная мать — и, смотрите-ка, неверная жена! Она жертвовала миллионы на нужды больницы — а своих любовников бросала на произвол судьбы без раскаяния и сожалений, ничуть не считаясь с их чувствами.

То ли ее брак не удался из-за безразличия к ней мужа — то ли, наоборот, ее собственное поведение стало причиной его холодности.

…вы сделали вывод, что я виноват бог знает в чем. Что я монстр! Чудовище из сказки.

— А вы не чудовище?

— Отчего же, чудовище. Если все вокруг говорят, что я жестокий негодяй, это ведь не значит, что все говорят не правду.

Но правда ли это? Теперь Джоанна во всем сомневалась. Действительно ли Скотт Маккенна так уж холоден и бесчувствен, как кажется? Или скорее грешен не он, грешны перед ним? Может быть, под внешней бесстрастностью он тщательно скрывает свою тайну, — может быть, он тоже один из тех мужчин, которым эта странная женщина разбила сердце?

— Черт возьми, Кэролайн, кто же ты? — пробормотала вдруг разозлившаяся Джоанна, наконец включая двигатель.

— Ты уверен? — спросил Гриффин, одной рукой потирая затылок, а другой удерживая у уха трубку. — Черт, вчера ты говорил совсем другое!

Доктор Бекет вздохнул.

— Грифф, ты не хуже меня знаешь, что чем дольше труп подвергается внешнему воздействию, особенно воздействию воды — а в ту ночь, ты же помнишь, шел сильный дождь, — тем сложнее определить время смерти. Ты говоришь, девушка собиралась незаметно выскользнуть из отеля около половины двенадцатого. Могла ли она умереть ближе к полуночи, чем мы поначалу предположили? Да, могла. В любой момент между десятью вечера и четырьмя утра. Я действительно не способен ответить точнее.

— Вот оно, удивительное могущество науки, — неуверенно произнес Гриффин.

— Все в мире имеет свой предел, — раздраженно ответил Бекет. — Если тебя не удовлетворяет мой ответ, можешь обратиться в медэкспертизу Портленда.

— Не будь ослом. Спасибо, док. — Гриффин положил трубку и уставился в изящный альбом в кожаном переплете, который лежал перед ним. — Сукин сын, — тихо сказал он себе.

— Неудачный день?

Он поднял глаза на открытую дверь кабинета, откинулся на спинку стула и пожал плечами:

— Можно сказать, да.

— Тогда я лучше попозже.

Джоанна совсем было собралась удалиться, но услышала:

— Нет-нет, заходите.

Она вошла и, сев в кресло для посетителей, осторожно начала: