Сезон охоты на падчериц - Наталья Саморукова

— Согласны, это было ребячеством. Теперь-то мы понимаем. Но самое странное знаете что? Самое странное, что после того первого взрыва Фима решил, что за нами охотятся спецслужбы! Они ничего не поняли! И мы подыграли! Мы попросили… в общем, договорились с одним человеком, чтобы на нас напали. Была такая драка, Настя, если бы вы видели!

— Я видела.

— Вот даже как? А вы молодец. Ну конечно! И виду не подали. После второго взрыва Фима совсем занемог, испугался. Ни секс, ни еда его не могли успокоить. Он испугался и принял решение от нас избавиться. Представляете, он решил, что мы не заметим его акваланг! Из Амстердама, это практически его родной город, он улетал с дополнительным багажом. Мы, конечно, проверили чемоданчик. Еще бы! Пришлось спешно покупать в Венеции новую одежду.

— Зачем?

— Ах, Настя, ну это же проще простого! Мы купили куртки на пару размеров больше, чтобы под ними можно было спрятать спасательные жилеты и комплекты сухой одежды. А уж привести в негодность клапан акваланга смог бы и ребенок. Когда Фима, помахав нам ручкой, нырнул в глубины, мы даже плакали. Честное слово. Ну конечно! Мы по-своему его полюбили. Прыгнули следом и поплыли к берегу. Дальше вы все знаете. Катер взорвался. Началось обычное светопреставление. А мы, дождавшись утра, спокойно уехали на вапоретто обратно. Вы оценили наш трюк с саквояжем? Ну конечно! Нам непременно надо было, чтобы карабинеры вышли на вас.

— Слушайте, я все понимаю, но я-то вам на что сдалась? Зачем было тащить меня в эти дальние дали?

— Ну конечно! Настя, простите, но мы подумали, что опасно самим провозить через границу настоящие камни… с курьером куда спокойнее. А тут вы появляетесь на празднике! Какое счастье, подумали мы, что нам послана женщина с таким простым лицом, которое ни у одного таможенника не вызовет и тени подозрения! Мы, кстати, не сразу поняли, кто вы такая. Спросили Фредди, оказалось, что он вас в первый раз видит. А потом уж прямо почти перед самым фейерверком Ангелина к нему пристала. И он вдруг заявил, что нанял детективов. Черт его знает, зачем он это сделал, но это было так кстати! В общем, мы спрятали бриллианты в вашей куртке… Не спрашивайте, как, когда. Это наши профессиональные секреты.

— То есть вы использовали меня втемную? Так?

— Получается, так. Простите, Настя, мы сожалеем, но другого выхода у нас не было!

— Знаете, я могла бы, конечно, сказать вам какие-то слова сейчас… Но у меня нет сил…

— Ну конечно! А вы думаете, у нас они есть? Мы все просчитали, мы были почти у цели. И тут по вашей милости все приходится начинать с нуля.

Я молчала. Молчали и девочки. Через три выкуренных сигареты голова моя начала кружиться, а язык ворочаться.

— Записку сожрал Теодор… Это свинья… декоративная. Я успела выхватить у него только клочок. Знаете, а ведь я обрадовалась, что вы живы.

— А сейчас снова огорчены?

— Не знаю, — пожала я плечами, — я уже ничего не знаю. Зачем вам алмазы? Зачем вам так много денег? Извините, девочки, но я… не совсем вам верю. И я вас боюсь.

— Ну конечно! — дурашливо всполошилась Мария. — Мы ведь вас сейчас убьем. Сначала отравим, потом расчленим на мелкие куски и оставим по фрагменту в каждой урне этого аэропорта. Или скормим рыбам. Или просто прирежем в клозете. Вам, Настя, что больше нравится?

— Лучше рыбам, — подумав, сказала я.

— Хорошо, — с самым серьезным видом сказали девочки. — А деньги нам для дела нужны. Хотите, скажем?

Я промолчала.

— Мы мечтаем сровнять эту чертову школу с землей! И тетушку Боннор, и всех сучьих тренеров, и учителей всех до одного, и сами стены. У нас просто глаза от счастья слезятся, когда мы все это представляем.

— Вот как?.. — удивилась я.

— Да-да, Настя, именно так! И еще мы хотим найти своего отца. Мы уверены, он не хочет встречаться с нами, потому что беден, потому что он несчастный человек, и, может быть, у него нет денег даже на приличную одежду. Ангелина его бросила, она всегда любила богатых. Каждый месяц, когда мы еще в Москве учились, мы находили в кармане своих школьных пальто письма. И там же мы оставляли ответы. Он наблюдал за нами, он о нас заботился. Если бы не он, мы были бы совсем одиноки, потому что никто, никто не понимал нас. Только он один! И мы… мы любим его, мы ему поможем! И мы это сделаем, даже если бы вам пришлось сесть в тюрьму за контрабанду алмазов.

— Нет уж, в тюрьму, если хотите, сами. Но послушайте, кто этот человек, который владеет школой? Тетушка Боннор?

— Нет, она лишь подручная. Настоящего владельца никто не знает. Но пока вы рыдали по нашей безвременной кончине, мы успели кое-что выяснить. Это русский! Мы еще удивлялись, почему русский язык в “Молнии” учат так основательно?

— Должно быть, очень серьезный человек.

— Серьезнее некуда. Пройдет еще лет пять, и у него будет в кулаке весь мир. Человек, который все это придумал, — гений. Схема проста, но она уже приносит свои плоды.

— А вы решили, значит, спасти мир?

— Мы решили спасти себя. Ну а заодно и мир. Так получилось. К сожалению, эти люди очень серьезные противники. И самое страшное, что они настольно не похожи на злодеев, что шанс разоблачить их — мизерный.

— Так уж и не похожи?

— А вы? Вы что-то поняли? Да вы видели тетушку Боннор.

— Видела? Не может быть!

— Еще как может.

— Когда и где? — накинулась я на девочек.

— Знаете что, Настя? Меньше информации, крепче сон. Если мы вам скажем, вы не сможете держать себя в руках и все испортите.

— Да, — поддержала ее сестра, — именно так. Нам удалось перетащить на свою сторону двух очень хороших людей. Один из них ближе некуда для тетушки Боннор. Так что, считайте, у нас все уже схвачено.

— Господи, во что я влипла? — завопила я, забыв о всякой осторожности. На меня стали коситься люди. Девочки тут же вскочили. Зашикали на меня и потащили прочь из курилки.

— Ладно, хватит! У вас регистрация через полчаса закончится, а вы нам тут все зубы заговариваете. Слушайте внимательно.

Инструкции по поводу своих дальнейших действий я получала уже на ходу. От меня требовалось — свести внешние контакты к минимуму. Не заводить новых знакомств, не ездить за пределы Москвы. Каждый день класть в свой кошелек по несколько камешков и далее, ни о чем не тревожась, ехать по одному из нескольких маршрутов. Маршруты прилагаются. По возвращении не впадать в истерику, обнаружив исчезновение кошелька. Если кошелька нет, значит, все идет по плану.

— У вас, оказывается, и без меня хватает помощников. А не проще ли избавиться от камней разом?

— Не проще. Делайте, как вам сказано. Да… насчет вашего Леши…

— Нет-нет, я передумала. Не надо ничего такого. Я как-нибудь сама.

— А мы и не собирались решать ваши проблемы за вас. Один ма-а-а-аленький совет. Так сказать, практическая рекомендация. Когда будете говорить с вашим милым… Ну не знаю, может, захотите поскандалить или подлизаться, представьте перчик.