Труп в оранжерее - Дороти Ли Сэйерс

Любопытствующим пришлось этим удовлетвориться, и, подарив Груту полкроны, в шестом часу они оказались на болотах.

— Бантер, — сказал лорд Питер сквозь сумрак, — я аб-со-лют-но уверен, что ответ на загадку лежит в Грайдерс-Холле.

— Очень возможно, мой лорд.

Лорд Питер вытянул палец в юго-восточном направлении.

— Грайдерс-Холл там, — сказал он. — Пойдемте.

— Очень хорошо, мой лорд.

Так, подобно двум наивным кокни, лорд Питер и Бантер отправились быстрым шагом по узкой болотистой тропке вниз к Грайдерс-Холлу, ни разу не оглянувшись назад, где сквозь ноябрьский сумрак большая белая угроза бесшумно сползала с широкого одиночества Вемелингского холма.

— Бантер!

— Я здесь, мой лорд!

Голос прозвучал рядом с его ухом.

— Слава богу! Я думал, вы исчезли навсегда. Я говорю, мы должны были предусмотреть.

— Да, мой лорд.

Он накрыл их сзади, одним махом, густой, холодный, плотно облегающий, скрыв одного от другого, хотя они были на расстоянии всего лишь одного или двух ярдов друг от друга.

— Какой я дурак, Бантер, — сказал лорд Питер.

— Нисколько, мой лорд.

— Не двигайся, продолжай говорить.

— Да, мой лорд.

Питер поискал справа и нащупал рукав Бантера.

— Ох! Что же нам теперь делать?

— Не могу сказать, мой лорд, не имея никакого опыта. Имеет ли это… явление какие-либо привычки, мой лорд?

— Никаких постоянных привычек, я полагаю. Иногда он перемещается. В другое время остается в одном месте несколько дней. Мы можем прождать здесь ночь и посмотреть, не поднимется ли он на рассвете.

— Да, мой лорд. К несчастью, несколько влажновато.

— Несколько… как вы говорите, — согласился его милость с коротким смешком.

Бантер чихнул и смущенно извинился.

— Если мы будем продолжать идти на юго-восток, — сказал его милость, — мы выйдем прямо к Грайдерс-Холлу, и тогда им придется приютить нас на ночь или дать провожатого. У меня есть фонарик в кармане, и мы можем идти по компасу… О, проклятие!

— Мой лорд?

— У меня не та палка. Черт побери! Никакого компаса, Бантер, мы пропали.

— Разве мы не можем продолжать спускаться, мой лорд?

Лорд Питер колебался. Воспоминания о том, что он слышал и читал, всплыли в его памяти, говоря, что восхождение и спуск кажутся очень похожими в тумане. К тому же они шли в полном сумраке. Трудно поверить, что ты действительно беспомощен. Холод был ледяной.

— Придется попробовать, — сказал он со слабой надеждой.

— Я слышал, мой лорд, что в тумане человек всегда ходит по кругу, — сказал мистер Бантер, охваченный запоздалым сомнением.

— Не на склоне, конечно, — сказал лорд Питер, начиная чувствовать себя смелее из явного упрямства.

Бантер, будучи не в своей стихии, не мог ничего предложить на этот раз.

— Вряд ли мы можем оказаться в худшем положении, чем сейчас, — сказал лорд Питер. — Мы попробуем идти и будем продолжать кричать.

Он схватил руку Бантера, и они осторожно зашагали вперед в густую неприветливость тумана.

Как долго продолжался этот кошмар, ни один из них не мог сказать. Мир вокруг них как будто умер. Их собственные крики ужасали их; когда они прекращали кричать, мертвая тишина становилась еще более ужасающей. Они шли, спотыкаясь о кустики толстого вереска. Было удивительно, как в условиях отсутствия видимости они преувеличивали неровности земли. Лишь с очень небольшой долей уверенности они могли отличить подъем от спуска. Они окоченели от холода, но тем не менее пот струился по их лицам, на которых застыли напряжение и страх.

Внезапно — непосредственно перед ними, как казалось, но только на расстоянии нескольких ярдов — раздался протяжный, ужасный вопль, за ним еще и еще.

— Мой бог! Что это?

— Это лошадь, мой лорд.

— Конечно. — Они вспомнили, что слышали крик лошадей, похожий на этот, когда рядом с Поупрингом горела конюшня…

— Бедный малый, — сказал Питер. Он импульсивно двинулся в направлении звука, выпуская руку Бантера.

— Вернитесь, эй, лорд! — закричал слуга в отчаянии. А затем с испугом от ужасной догадки: — Ради бога, остановитесь, мой лорд, — трясина!

Резкий крик в кромешной темноте.

— Держись подальше, не двигайся, меня засасывает!

И ужасный булькающий звук.