Тайна дома в деревне - Анна Волжанская

Алекс и Александр переглянулись, оба синхронно подумав, что и серьезным людям иногда хочется чудить, и вместе, не сговариваясь, потянулись к тому шарику, который чуть сильнее стремился в небо. Раздался хлопок и на них посыпались розовые лепестки конфетти. Все снова засмеялись и зааплодировали, Андрей Иванович громко провозгласил: «Девочка!», и музыканты заиграли нежный романтичный вальс, в котором Александр тут же закружил свою любимую, волшебную Алекс.

Вечер уже близился к своему завершению, когда Павел, никем, кроме новоиспеченных супругов, не замеченный, подошел ближе. По его непривычно сосредоточенному виду и глазам, сверкающим каким-то веселым огоньком, Александр почувствовал, что друг явно имеет что-то ему сказать. Но не успел Франц озвучить свой вопрос, как рядом оказался и Андрей, который тут же прервал свой разговор с какой-то девушкой и, взяв стул, оседлал его, с видом скучающей интеллигенции уставившись на Павла.

– Я получил отличную новость, – подмигнул Калинин, встречаясь с зелеными глазами друга: – Официально это решение будет объявлено позже, но мне известно уже сейчас, что за блестящее раскрытие дела и проявленное мужество тебя повысят в звании и переведут в Москву. Мои поздравления! – и Павел, просияв, крепко пожал руку слегка опешившему Францу. Андрей, тоже издав победный клич, от души обнял друга, радуясь восстановленной справедливости.

– Друзья, у меня есть тост! – объявил Андрей Иванович, вдохновенно подняв бокал: – За Александра и его счастье! Во всем: и в любви, и в работе! За повышение моего дорогого друга!

Нестройный хор голосов потонул в дружном позвякивании бокалов, и к собравшимся подошел Константин Францевич; пока Павел пересказывал новость старшему Францу, Алекс под каким-то предлогом отошла, направившись на крыльцо, и Варя проводила ее задумчивым взглядом. Впрочем, не она одна: Александр дернулся было последовать за ней, но крепкая рука отца удержала его.

– Побудь пока здесь, – внушительно произнес Константин Францевич, и сам вышел на просторную веранду вслед за девушкой. На улице было уже довольно прохладно и темно, так что старший Франц не сразу заметил молчаливую фигуру в легком платье, прислонившуюся к периллам и меланхолично созерцающую окружающий пейзаж.

– Устали от праздника? – участливо спросил мужчина, сняв пиджак и накинув его на плечи девушки: – Понимаю… Шум, гвалт, музыка, неумолкающие разговоры. Или вас расстроило что-то другое? Неужели назначение Александра?..

Темно-зеленые глаза смотрели проницательно, и Алекс, встретившись с этим взглядом, невольно вздрогнула от того, что они пусть и частично, но все же отражали правду.

– За всеми этими событиями я как-то совершенно забыла о проблемах в собственной жизни, – тихо вздохнула Александра, вновь мрачно вглядываясь в темноту опускавшейся ночи: – Мое болезненное увольнение, тот скандал… Я ведь осталась без работы и не хочу вот так начинать нашу жизнь. Мне это кажется неправильным.

Константин Францевич внимательно посмотрел, как сильно девушка сжала пальцы на деревянных перилах, и одно предположение появилось в его голове:

– Ну что за молодежь пошла… Все она из-за денег переживает! Считаете, что Александр подумает, будто вы хотите жить за его счет, да? Ну и ну, – с искренним недоумением покачал головой старший Франц и вдруг искренне, от души расхохотался, схватив ручку слегка ошарашенной Александры и тряхнув ее, словно бы пожимая:

– Ох, дети! Вот что я вам скажу, милейшая Александра Федоровна – вы сделаете большое одолжение, если станете отбирать у этого моего оболтуса все его деньги и возьмете бразды правления в свои прекрасные ручки!

– Почему? – искренне недоумевая, спросила Алекс, и мужчина явно веселился от ее удивления:

– А потому, что девушка, купившая дом и машину, не может быть глупой! К тому же, я отчетливо вижу любовь между вами, – довольно закончил Константин Францевич: – Да, даже если иногда вспыхнет ссора, и в пылу захочется выкрикнуть обратное, слова ничего не изменят. Это еще один мой маленький совет в начале семейной жизни – простите старого ворчуна, он все болтает и болтает! Но и вы расстраиваете себя в ваш самый счастливый день из-за такой ерунды! Пф, подумать только!

И, увидев ответную улыбку на лице девушки, старший Франц галантно предложил ей руку, и вскоре они вернулись в дом.

Едва только Алекс и Константин Францевич возвратились к гостям, как все вдруг зааплодировали, и в центр вывезли огромный торт в несколько этажей. Венчали его не фигурки молодоженов, а два лебедя, причем тот, что крупнее, как бы прикрывал своим крылом девушку-лебедь с изящной короной на голове. Кто-то из гостей вспомнил знаменитое «Лебединое озеро», на что Андрей поморщился: все-таки далеко не все отличались тонкостью вкуса и изяществом. Однако Алекс улыбнулась и подала руку Александру, который нежно прижал ее пальчики к своим губам.

– Я по вам очень скучал, – проговорил он, и веселые искорки в голубых глазах отразились в зеленом взгляде.

– Все полчаса, что меня не было? – девушка чуть царапнула руку Франца, и ее взгляд нашел Константина Францевича, который тепло и загадочно улыбался. Что-то понял и Александр, который чуть кивнул отцу и поднес к груди ручку Алекс:

– А вы о чем-то сговорились, – сказал он, но девушке уйти от ответа помогла Варя, которая подошла к ним и кивнула на торт:

– Все ждут вас, – сказал она. – Самый лучший и первый кусочек – невесте и жениху.

Алекс выслушала девочку, грациозно подошла к настоящему воздушному замку: большому, из шоколада и крема, и ловко отрезала два кусочка, угостив одним из них Варю. Девочка радостно улыбнулась и вдруг обняла Алекс крепко-крепко, задержав этот жест на целую минуту и закрыв глаза.

– Мы ведь с тобой не расстанемся? – спросила Варя, и в ее глазках было и счастье за Алекс и легкая грусть, ведь теперь у ее любимой Александры Федоровны будет уже меньше времени.

– Никогда, – твердо и ласково ответила Алекс. – Нам только придется взять в компанию одного особенно упрямого полицейского… Ты не против?

Варенька слегка нахмурила бровки, явно в шутку, а потом серьезно и важно ответила:

– Пожалуй нет. Если будет себя хорошо вести.

– Конечно будет, – подошел к девочкам Константин Францевич, подмигнул Алекс и протянул руку Варе: – Юная красавица примет приглашение еще не слишком старого кавалера?

Варвара тихо рассмеялась и кивнула, и они с Францем-старшим отправились в центр полянки, где тотчас же зазвучал какой-то веселый танец. А Алекс, обдумывая слова Константина Францевича, мягко посмотрела на Александра и села рядом, когда вынесли поистине огромный самовар, и вскоре запахло ароматным чаем.

Деревня веселилась от души: народ вспоминал разные розыгрыши, игры, танцы, так что Андрею Ивановичу уже не нужно было следить за праздником. Скромные жители Михайловки не часто улыбались и говорили красивые слова, но в их взглядах всегда чувствовалась искренняя любовь к строгому Александру Константиновичу, а теперь и к прелестной Александре Федоровне. Кто-то даже невзначай сказал, не переименовать ли Михайловку теперь в Александровку, назначив Александра главой сельского поселения, и эту идею подхватили, справедливо полагая, что в каждой шутке есть не только доля шутки. Молодожены переглянулись и незаметно для других взялись за руки, ловя в глазах друг друга одно желание – поскорее сбежать с веселого праздника и остаться наедине в эту первую ночь их семьи.