Дело рыжеволосой непоседы - Эрл Стенли Гарднер

Нили кивнул и повернулся к свидетелю.

– Скажите, мистер Олдрич, почему вы сочли необходимым взятьс собой револьвер, когда направились осматривать перчаточный ящик вашегоавтомобиля?

– Хотел убедиться…

– В чем?

– В том, что ящик пуст.

– Но для этого вовсе не требовалось брать револьвер с собой,– сказал Нили. – Заглянули бы в ящик, и дело с концом.

– Э-э… Видите ли… Я хотел иметь его под рукой… длясравнения.

– Вы хотите сказать, что забыли, как выглядит ваш револьвер?

– Нет, я помнил.

– Тогда к чему второй револьвер?

– Чтобы сравнить… то есть я хотел… э-э… я хотел убедиться втом, что пропал именно мой револьвер. Мой, а не мисс Чейни.

– Но в таком сравнении не было никакой нужды, – настаивалНили. – Раз уж вы пометили револьвер, вам достаточно было бросить беглый взглядна его рукоятку, чтобы тут же сказать, ваш он или нет.

Олдрич промолчал, пряча глаза.

– Разве я не прав? – спросил Нили.

– Что ж… наверное, правы.

– Тогда зачем, направляясь к автомобилю, вы взяли с собойревольвер?

– Э-э… растерялся, наверное.

– Растерялись?

– Да.

– Вы и сейчас все еще находитесь в растерянности?

– Нет.

– Тогда почему бы вам не объяснить четко и внятно, зачем выбрали с собой револьвер?

– Ну… Не могу объяснить. Я же говорю – растерялся.

Нили покосился на Мейсона. Тот одобрительно кивнул и шепнул,словно выдохнул:

– Хватит.

– У меня все, – сказал Нили.

Олдрич и в самом деле казался несколько сбитым с толку,когда, встав со свидетельского кресла, спускался в зал.

– Хорошая работа, – тихо сказал Мейсон молодому адвокату,крепко сжимая его предплечье. – Когда будете читать в газетах отчет о процессе,увидите, что репортеры превознесут до небес ваше редкостное умение загонять вугол таких акул, как Мервин Олдрич.

– Ваша Честь, – обратился между тем Гамильтон Бергер к судьеКиппену, – нельзя ли объявить короткий, минут на пять, перерыв?

– Хорошо, – согласился судья. – Ввиду столь неожиданногоповорота событий суд готов пойти вам навстречу. Прерываю заседание на пятнадцатьминут. Надеюсь, что к концу перерыва мы получим сообщение, которое развеетнекоторые сомнения, появившиеся у нас в связи с этим делом.

Судья и присяжные удалились на перерыв, а к Нили подошли дваюриста, которые находились в зале среди прочих зрителей.

– Славно потрудились, коллега, – сказал один из них,обращаясь к младшему из защитников.

– Отличная работа, – добавил второй, обмениваясьрукопожатиями с обоими адвокатами. – Замечательный перекрестный допрос. У вас,мистер Мейсон, превосходный напарник.

– Согласен с вами, – усмехнулся Мейсон.

Лицо Нили озарилось радостной улыбкой.

Прорвавшись сквозь толпу устремившихся из зала зрителей искользнув под ограждение из красного дерева, к Нили подбежала Эстел Нуджент.

– Фрэнк, я так горжусь тобой! – воскликнула она, хватая егоза руку. – Ты был просто великолепен! – Эстел порывисто повернулась к ПерриМейсону и Эвелин Багби. – Ах, мисс Багби, – сказала она, – я так надеюсь, чтовсе закончится хорошо. И я так благодарна вам, мистер Мейсон, за то, что вы предоставилиФрэнку возможность проявить себя!

– У него, по-моему, все идет как надо. – Эвелин Багби молчапожала Эстел Нуджент руку и отвернулась, пряча навернувшиеся слезы.

– Спокойнее, Эвелин, – сказал Мейсон, касаясь рукой ееплеча. – Поверьте, это надолго не затянется.

– Вы так считаете?

– Уверен в этом, – ответил адвокат.

К ним подошла женщина в форме полицейского, чтобы отвестиЭвелин в комнату для подсудимых.

– Прошу вас следовать за мной, мисс Багби, – сказала она.Эвелин повиновалась.

– Скажите мне, мистер Мейсон, – повернулся Нили к старшемунапарнику. – Какого черта Олдричу понадобилось тащить револьвер к автомобилю?

– Чтобы заменить его на другой, – улыбнулся Мейсон.

– Чтобы что?!

– Чтобы обменять его на другой, – терпеливо повторил Мейсон.– Таким образом он надеялся запутать следствие. Едва взглянув на протянутое емуоружие, Олдрич узнал в нем револьвер Хелен Чейни. Его же собственный револьверлежал – и он не сомневался в этом – в бардачке машины. Олдрич счел, чтоубережет Хелен Чейни от многих неприятностей, если подменит оружие.Воспользовавшись ситуацией, он помчался к машине, достал из бардачка свойревольвер, сдвинул оба барабана, заменил две гильзы и четыре патрона в барабанеХелен Чейни на снаряженные патроны из барабана своего револьвера, вынутыегильзы и патроны вставил в опустевшие гнезда своего, сунул оружие Хелен Чейни вкарман и вернулся в дом, держа свой револьвер на виду. Там он передал мне этотсамый револьвер с патронами и гильзами из револьвера невесты. Выбрав момент,когда я не смотрел в его сторону, он отдал второй револьвер Хелен Чейни,обеспечив ей таким образом возможность продемонстрировать оружие, есливозникнет в том необходимость. Мне же он сказал, что револьвера в машине ненашел.

Нили и Эстел изумленно уставились на Мейсона, не в силахвымолвить ни слова.

– Вы уверены в этом? – спросила наконец Эстел.

– Абсолютно, – ответил Мейсон. – Я для того и позволил емувзять револьвер с собой к машине, чтобы дать возможность его подменить.

– Вы знали, что он пойдет на это?

– Все было ясно с самого начала, – ухмыльнулся Мейсон. –Мервина Олдрича можно было читать, как раскрытую книгу. Он обменивался с ХеленЧейни весьма многозначительными взглядами, и она, пока я говорил с ним,непрерывно подавала ему знаки за моей спиной.

– Но зачем, бога ради, вы позволили ему совершить подмену? –спросил Нили. – Зачем?

– О, я подумал, что хуже от этого не станет. Такой обман,коль уж он на него решился, сулил обернуться в будущем великолепнейшейпутаницей. А ответчик по криминальному делу редко что-нибудь теряет, когда делозапутывается.

– Но в таком случае пули… Ах, вот почему вы завели разговоро почерке затвора на гильзах, – хлопнул себя по лбу Нили.

– Подождите еще немножко, – сказал Мейсон, – и вы увидитенечто забавное.