Афромент - Михаил Серегин

— А что с записками? — Антон оттеснил довольного Кулапудова в сторону.

— Совершенно ничего, — огорченно сообщил начальник отделения. — Обычная тетрадная бумага, обычная шариковая ручка. Никаких отпечатков.

— Совершенно никаких? — удивился Антон. При письме шариковой ручкой обычно оставались отпечатки измазанных в пасте пальцев.

— Я так сказал? Нет, ну что вы! Есть четкий отпечаток кожаной перчатки, испачканной в синей пасте. Если у кого-то есть база данных на перчатки, я буду рад его помощи.

Курсанты переглянулись и рассмеялись.

— А что, мысль хорошая, — кивнул Леха.

— Вот бы такую курсовую написать, — представил Дирол. — Я так и вижу: «Концепция создания базы данных отпечатков пальцев кожаных перчаток на примере города Зюзюкинска».

— И основные отличия отпечатков кожаных перчаток от шерстяных, — добавил Андрей.

— Мочила ахнет!

— Самое главное, чтобы он в обморок не упал! — заметил Иннокентий Аркадьевич.

— Кто в обморок, Мочила? — И курсанты уже во второй раз за утро дружно рассмеялись.

— Ну ладно, смех смехом, а дело делать надо, — сказал Добродушевич, когда наконец успокоился. — Веня, оставайтесь здесь, поедем с вами в Копылку. А у остальных какие планы?

Ребята переглянулись.

— Отпустите нас домой, — попросил Федя.

— Что, уже? — нахмурился начальник отделения. — А как же еще одно нераскрытое преступление?

— След ведет в Зюзюкинск, — объяснил Дирол.

— Вот как? Ну тогда конечно. Только обещайте постоянно держать меня в курсе дел.

— Так точно, товарищ майор, — дружно отчеканили курсанты, щелкнув каблуками.

Добродушевич оглядел их с умилением.

— Вольно, — скомандовал он. — Можете быть свободны. Сейчас я договорюсь насчет транспорта. «Газель» заедет за вами в гостиницу через пару часов. Хотя, — он глянул на часы, — сейчас уже, пожалуй, поздновато. Тогда завтра утром, в восемь. Договорились?

* * *

Курсанты, все, кроме Вени Кулапудова, вернулись в гостиницу.

— Что будем делать? — спросил Дирол, как только все вошли в его номер.

— Как насчет выспаться и отдохнуть? — предложил Федя.

— Фу-у-у, это скучно. Давайте что-нибудь замутим.

— Поставим эту гостиницу на уши! — довольно потер ладони Антон.

— Что надо делать? — тут же согласился Андрей.

Леха переводил взгляд с одного на другого.

— А если вас поймают? — спросил он.

— Так ведь в том и заключается главная фишка — сделать так, чтобы не поймали, — объяснил ему Дирол.

— Как хотите, а я пойду спать. Всем спокойной ночи, — Пешкодралов развернулся и ушел в свой номер.

— Ну вот, объект приколов номер один уже нашелся, — довольно заявил Дирол.

— Все понятно, — усмехнулся Федя. — Теперь я спать не пойду. Знаю уже, что меня ждет.

— Значит, ты с нами?

— Похоже, что да, — курсант кивнул.

— Тогда так. У меня есть идея…

В гостинице «Счастье Калошина» проживало необычно много постояльцев. Вероятно, это было как-то связано с проходящим в городе мероприятием и тем, что все прочие гостиницы были переполнены. Поэтому когда в холл вошли еще четверо, на них сначала никто не обратил внимания.

Администратор улаживал очередную проблему, менеджеры носились по гостинице взад-вперед на крейсерской скорости. Носильщики, утомленные непривычно большим количеством сумок, отдыхали в креслах.

— Опять улеглись! — в который раз рявкнул на них администратор, на секунду отвлекшийся от своего занятия.

— Нет, босс, — лениво ответил один из них. — На сегодняшний день количество сумок исчерпано. Больше мы ничего не отнесем.

— Платят-то нам за килограммы, — согласно кивнул второй. — А за сегодня мы уже этих килограммов перетаскали на неделю вперед. Так что у нас сейчас заслуженный отдых.

Администратор в сердцах выругался, о чем тут же пожалел. Стоявшая рядом дама приняла часть его реплики на свой счет, в результате чего только что улаженный скандал разгорелся с новой силой.

В этой суете никто даже и не глянул на необычную группу, состоящую из одного мужчины и трех… хм, ладно, пусть будет трех женщин. Пока наконец Федя, который и являлся тем единственным мужчиной, не решился сам привлечь внимание.

Он подошел к администратору, грубовато отпихнул скандалистку и обратился к служащему на непонятном языке.

— Чего вы хотите? — тот, распаленный спором, не сразу сообразил, что перед ним иностранец.

Федя повторил свою тираду на этот раз уже значительно более грозным тоном.

— Понял, понял. Номер?

Иностранец широким жестом обвел женщин, скромно стоящих позади и прикрывающих лица платками.

— Четыре? — уточнил администратор.

Увидев, что гость его не понимает, он показал тому четыре пальца. В ответ тот показал два.

— Только два?

Ганга кивнул и жестами объяснил, что в одном номере будет жить он сам, а в другом — женщины.

— Только на разных этажах, — возразил администратор.

Тщетно стараясь объяснить это гостю, он совсем забыл о постоялице, на время замолчавшей. Но она тут же напомнила о себе.

— Как вы смеете держать женщин в одной комнате? — возмутилась она. — Ведь женщина — это нежное и воздушное существо! Она должна быть окружена заботой и лаской. А вы… Вы бездушный, безнравственный и отвратительный тип!

Женщина зарыдала. Администратор с ужасом глянул на Федю, справедливо опасаясь, что это произведет на того неприятное впечатление. Федя в ответ с ужасом глянул на администратора, а потом беспомощно обернулся к друзьям, которые пока не понимали, что происходит.

Гостья тем временем снова переключилась на администратора:

— Вы тоже бездушный, безнравственный и отвратительный тип! — заявила она ему. — Как вы можете запрещать мне общаться с Мессиром! Ведь я же без него никуда! Я даже в ванной с ним не расстаюсь. Иногда, конечно, приходится, надо же моему кисе удовлетворять свои мужские инстинкты, — она скромно потупила глаза в пол.

— Какие еще мужские инстинкты? — закричал рассерженный администратор. — Идите прочь со своими мужскими инстинктами.

Гостья остолбенела:

— Я буду жаловаться в общество защиты животных! — грозно заявила она. — И вы все поплатитесь. И вы тоже, — кинула она Феде, уходя. В руке у нее покачивалась огромная сумка, из которой доносились странные звуки.

— Болтается тут со своим котом, — в сердцах сказал служащий, тщетно пытаясь успокоиться. — Извините.