Три последних дня - Анна и Сергей Литвиновы

Сам был готов просидеть под агавой хоть вечность. Но разве дадут?.. Шофер в полицейском управлении – работа хлопотная. Лейтенант уже вопит на весь двор:

– Кларк! Хорхе! Где вы, черт вас дери?! На выезд!

Ну, Хорхе, его напарник, известно где. Кадрит девчонок, тоже у человека забота. Но не сдавать же его.

– Мы тут, господин лейтенант! – откликнулся Кларк. – Уже идем!

И через пару минут оба сидели в фургоне. Кларк за рулем, напарник (он считался охранником) рядом. Живописал восторженно про какую-то новенькую из буфета. Кларк слушал вполуха – не был охоч до женского пола, а уж когда под кайфом находился, и вовсе дамы его бесили.

…А конвой к джипу, будто назло, бабу привел. Белая, приличная – в их тюряге неслыханная редкость.

– Вау! – сразу оживился Хорхе. – А она ничего. Давай (это Кларку) ей кондиционер включим!

В принципе, заключенных полагалось перевозить в относительном комфорте, но оба всегда включали кондиционер лишь на кабину. И сейчас с какой стати исключение делать, ресурс дорогого оборудования тратить?

– Ты сдурел? – лениво прикрикнул на напарника Кларк.

Мимолетно взглянул на тетку (монитор в кабине позволял видеть, что творится в фургоне), фыркнул презрительно:

– Ей же лет сто!

– Не сто, а сорок пять, сорок шесть, – авторитетно поправил Хорхе. – Для женщины самый сок!..

Кларк только плечами пожал. Его и аппетитные проститутки (когда их возить приходилось) бесили, а тут – поникшая почти старуха. Интересно, за что она в тюряге?

– Отвезете ее к сторожевой башне, там уже ждут, будет следственный эксперимент, – приказал лейтенант. – Да побыстрей! И глаз с нее не спускать. Код «А».

Код «А» – это сильно. Убийца, значит. А с виду будто училка школьная. Чего ей-то спокойно не жилось?

– Та самая, что любовника своего застрелила, – просвещал, пока выезжали со двора, Хорхе. – Они вместе богатый дом взяли, а потом добычу поделить не смогли. Тетка психанула – и бах! Бах!

– Да, я что-то слышал, – рассеянно ответствовал Кларк.

Мысли неслись совсем не про тетку, а что до сторожевой башни путь долгий. Хорхе же, хоть бабник, парень надежный. Не сдаст. Сейчас из города выедем – и можно за косячок браться.

…Движение сегодня на дорогах нервное, суматошное. С ума, что ли, народ посходил – нет бы спокойно на пляжах лежать, все едут куда-то. Хорхе тоже суетится, все пытается по громкой связи с арестанткой беседу завязать. Она по-английски еле-еле, у напарника родной испанский, получается разговор глухого с немым. Но кричат громко, в голове аж молоточками отдается.

– Тихо вы! – рявкнул было Кларк.

– Слушай, да не лезь ты! Кури спокойно свой косяк! – окрысился напарник.

Он уговаривал тетушку на жутком англо-испанском снять кофту. Та не понимала, лепетала растерянно:

– What? What?

– На фига тебе ее сиськи обвислые сдались? – фыркнул Кларк.

И, благо из города выехали, с облегчением закурил.

Но от силы пару затяжек сделал – новая напасть. Через все шоссе растянулось стадо – нелепые вислоухие мулы.

– А, чтоб вас! – Кларк резко затормозил, машину занесло.

Дамочка, он видел на мониторе, едва не свалилась со скамейки.

Хорхе тоже разозлился, открыл окно, заорал на пастуха:

– Куда своих тварей вывел?..

А тот, вместо того чтоб мулов пошевелить, к машине заторопился, руку к уху прикладывает, орет:

– Чего?!

– Стадо свое, к черту, уводи! – Хорхе высунулся в окно еще дальше, рявкнул во все легкие.

И вдруг – Кларк опешил – голова напарника исчезла, раздался неприятный хруст. А спустя еще секунду распахнулась его собственная дверь. И спорить с огромным мужиком в черной маске (в руках пистолет) водитель, конечно, не решился.

* * *

– Таня, я ведь говорил тебе: все получится! – Юного скульптора переполнял восторг.

Садовникова на заднем сиденье автомобиля в обнимку с мамой тоже была счастлива. И только Майк – он сидел за рулем – выглядел неприкрыто мрачным.

– Мы сделали это! Сделали! – продолжал ликовать Дэн.

– Слушай, заткнись, а? – раздосадованно попросил пожилой детектив-гора.

Кажется, его переполняло раскаяние, что пошел у Татьяны на поводу. Или, скорее, он считал, что продешевил.

Когда Таня впервые заикнулась про побег, Майк был непреклонен:

– Бесполезно. Опасно. Глупо.

Странно было б, если бы согласился сразу.

Она достала из кошелька золотую кредитную карточку.

– Таня, у меня на острове легальный бизнес, – поморщился Майк. – Какой мне смысл рисковать?

– Пятьдесят тысяч, – выпалила она.

Сумма явно произвела на него впечатление. Детектив задумался. После паузы медленно произнес:

– Допустим… технически это возможно. Но что дальше? С острова твоей матери не выбраться.

– Пятьдесят тысяч, когда мы окажемся… допустим, в Мексике.

– Ты меня за дурачка держишь? – обиделся Майк. – Один транспорт – чтоб без документов и чтоб не сдали – нам влетит тысяч в тридцать!

– О’кей. Тогда я заплачу тебе восемьдесят, – не стала торговаться она. – Покрою все твои расходы. Не бойся, деньги у меня есть. Можем вместе сходить в банк – ты убедишься.

Детектив вздохнул. Обратился к ней отеческим тоном:

– Таня, я понимаю, конечно. Ты хочешь спасти свою маму. Но, по большому счету, только хуже сделаешь. Даже если ей удастся скрыться, все, не будет больше госпожи Юлии Садовниковой. Ее объявят в международный розыск. До самой смерти придется прятаться. Тем более, ты говоришь, мама твоя ни в чем не виновна. Не проще ли нанять ей хорошего адвоката? Получится дешевле. А главное – гораздо разумнее.

– Но я не хочу, чтоб мама оставалась… там! – Таня вспомнила антураж местной тюрьмы, и по спине сразу пополз холодок. – Ни дня, ни минуты!..

– Адвокат может ходатайствовать, чтобы ее выпустили под залог, – произнес Майк.

Однако уверенности в его голосе не было.

– Какой залог?! Когда ее в двух убийствах обвиняют? – взвилась Татьяна.

И Дэн (Таня предусмотрительно прихватила с собой собственного защитника) тоже загорелся, начал давить на друга:

– Майк, ты же сам говорил, что с финансами у тебя труба! А тут полста чистыми!

– Или самому в тюрягу. Лет на пять.

– Да ладно, ты же профессионал! Кому в голову придет подозревать тебя?.. А уж меня, – Дэн весело рассмеялся, – тем более. – И беспечно добавил: – Хотя заголовки были бы неплохие: «Известный скульптор арестован за участие в вооруженном налете».