Азартная игра - Феликс Фрэнсис

– Можете мне поверить, готов избавиться от этой привычки при малейшей возможности, – парировал я.

Офицер какое-то время переговаривался с Томлинсоном по телефону, волей-неволей я слышал часть этого разговора. Речь шла о видеопленке, которую изъяла полиция у мистера Пателя. Мы просмотрели ее еще в лавке, на маленьком черно-белом экране, установленном в подсобке. При виде зернистого изображения мужчины, вошедшего в лавку мистера Пателя, мелкие волоски у меня на руках и шее встали дыбом. Вот убийца сделал пару шагов, остановился, огляделся по сторонам. Затем прошел через все помещение, заглянул за пластиковую штору, отделявшую его от подсобки. Потом отошел, толкнул входную дверь и вышел на улицу, захлопнув дверь за собой. К сожалению, камера видеонаблюдения размещалась под таким углом, что разглядеть, что он делал дальше, было невозможно. И ни на одном из кадров не было видно пистолета, который он, очевидно, держал в кармане своей куртки с капюшоном.

Я содрогнулся. Ведь поначалу я собирался укрыться в подсобке. Что бы тогда со мной было?

– Старший инспектор Томлинсон хочет сказать вам пару слов. – И он протянул мне трубку.

– Да? – сказал я.

– Как считаете, по какой причине вас кто-то хотел убить?

– Понятия не имею, – ответил я. – И потом, даже если и хотели, зачем понадобилось столько ждать? Почему нельзя было сделать это в Эйнтри, не прикончить следом за Гебом? Стало быть, с тех пор что-то изменилось.

– Но что именно? – спросил он. – Вы пытались выяснить, чьи инициалы указаны в тех списках?

– Нет, не пытался. Ездил к агенту в отделение «МаниХоум». Спрашивал о квитанциях, но было это в пятницу.

– Пусть расследованием занимаются профессионалы, мистер Фокстон, – сухо произнес старший инспектор.

Явно хочет отшить меня, чтоб не путался под ногами.

– Но если б я не занимался, – возразил я, – тогда бы вы не узнали об американцах, которые играли в азартные игры, используя кредитные карты мистера Ковака.

– Ну, точно мы этого не знаем, – пробормотал он.

«Может, и нет», – подумал я, уверенный в своей правоте.

– Так как вы собираетесь ловить этого парня? – спросил его я. – Есть надежда, что схватите до того, как он меня пристрелит?

– Суперинтендант Иринг объявил план-перехват, ориентировки разосланы повсюду, на железнодорожные станции, в аэропорты и порты, распечатаны кадры с изображением этого человека. Мы связались с телевизионщиками, пленку покажут в ближайших новостях.

Но мне показалось это недостаточным.

– Разве у вас нет картотеки со всякими там подозрительными личностями и преступниками? – спросил я. – Я мог бы посмотреть, вдруг он там? Не чувствую себя в безопасности, пока этот тип разгуливает на свободе.

– С этим вам лучше обратиться к суперинтенданту Ирингу, – сказал он.

И он передал ему трубку, но разговор меня не слишком обнадежил.

– Видите ли, у нас буквально десятки тысяч этих фотографий, – сказал он. – На то, чтоб просмотреть их все, уйдет несколько недель, и это притом, что нашего человека может и вовсе там не оказаться. Так что дело того не стоит. Нам нужно нечто другое, могущее указать верное направление в поисках. Возможно, удастся получить отпечаток пальца с вашего дверного звонка. Так что наберитесь терпения, мистер Фокстон. Видеоизображение вполне пристойное, может принести пользу, когда его покажут в новостях.

Если я только доживу до этого.

– А вы не могли бы обеспечить мне защиту полиции? – спросил я. – В каком-нибудь доме-сейфе, что-то в этом роде?

– Ну, может, у Ми-15 и есть дома-сейфы. А мы не располагаем, – с улыбкой заметил он. – Насмотрелись фильмов по ящику.

– Но ведь кто-то действительно пытался меня убить, – в отчаянии возразил я. – И ваш долг – предотвратить второе покушение. Мне нужна защита.

– Извините, – сказал он, – но у нас просто не хватает людей.

Как же, не хватает у них людей! Я сам только что видел, как дюжина полицейских ползала по дороге чуть ли не на четвереньках, разыскивая гильзы. А вот на то, чтоб предупредить убийство, – видите ли, нет. Черт знает что!

– И что мне делать? – спросил я. – Просто сидеть и ждать, когда меня придут убивать, так, что ли?

– Наверное, оставаться дома вам все же не стоит, – сказал он. – У вас есть куда пойти?

О доме и конторе не могло быть и речи. Куда еще?..

– Поеду в больницу, где лежит моя девушка, – сказал я.

Один из членов отряда быстрого реагирования согласился подождать в доме, пока я с запозданием приму душ и переоденусь. Затем я побросал в чемодан кое-какие вещи, в том числе – компьютер, и поехал в больницу в одном из полицейских фургонов.

– Это самое большее, что мы можем для вас сделать, – сказали они.

Я даже заставил водителя сделать довольно большой крюк у Свисс-Коттэдж, убедиться, что нас никто не преследует.

И, разумеется, никто нас не преследовал. Да и какой убийца станет преследовать фургон, битком набитый вооруженными полицейскими? Хотя тут же вспомнился парень с пистолетом, не побоявшийся застрелить Геба на глазах шестидесяти тысяч свидетелей. Он же ломился в дверь моего дома средь бела дня с целью прикончить меня.

Тут я не мог не вспомнить о Джилле Дандо, известном британском телеведущем, которого застрелили точно таким же образом на Фулхем-стрит.

Кстати, убийцу так и не нашли.

Когда я вошел в палату, Клаудия все еще спала. Она даже не заметила, что я отсутствовал часа четыре вместо обещанных полутора.

Меня целым и невредимым высадили из полицейского фургона прямо перед главным входом в больницу, и я направился в палату к Клаудии, нервно поглядывая на каждого, кто попадался по пути. У меня едва не случился сердечный приступ, когда я вошел в лифт. Двери уже начали закрываться, как вдруг в кабину в последний момент заскочил какой-то мужчина, немного похожий на моего преследователя.

Нет, если так пойдет и дальше, нервный срыв мне обеспечен.

Я затворил дверь в палату Клаудии и заметил, что запереться изнутри нельзя – ни замка, ни защелки не было.

Тут я еще больше занервничал.

Вряд ли убийца откажется от своих намерений лишь потому, что однажды упустил меня. Наверняка он – профессиональный убийца и, как большинство профессионалов, любит доводить дело до конца.

Чертова полиция! Я чувствовал себя таким уязвимым. И считал, что мне непременно нужна защита, в противном случае я обречен. Нет, конечно, меня могут убить и при наличии телохранителя, но с ним я бы чувствовал себя в большей безопасности. Хотя как посмотреть… Взять, к примеру, миссис Ганди, индийского премьер-министра, ее застрелил собственный охранник, так что вооруженная защита не всегда срабатывает.