Месть без права на ошибку - Лариса Соболева

– Итак, Сергей, – выбрал он короля, – и его спутники (пешки) вышли из театра. Посадил он их в такси, сам залез в свой автомобиль и… не двинулся.

Славу продирал холод, он же вел наблюдения, интересно ведь: почему Сережа не уезжал. Да-а, любопытство погубит человечество. Время тащилось, Слава с тоской припомнил горячий чай и пирожки Лады. В 23.00 вышел со служебного входа господин Васков с дамой, женой наверняка, они укатили – скатертью им дорога. А Сергей продолжал стоять. В его машине было темно, но изредка вылетала горящая сигарета, а то иногда казалось, что там никого.

Бакшаров водил по столу фигурами, обозначив театр, автостоянку, дороги, скамью, фонтан канцелярскими предметами. Примитивно, но как-то же надо упорядочить в мозгах неразбериху.

– В 23.30 началась детектива, озадачившая Славу. Из театра вышла… О, эта девушка, из партера! Мечта. Она села на скамейку рядом с фонтаном. Пусть сидит? Не тут-то было! Сергей выскочил из машины и… крался к ней. Очень подозрительно, заключил Слава, и сам двинул за ним на цыпочках, как балерина. Но тут Слава чуть не сел! Потому что за Сергеем следили! Это был узколобый Орангутанг! Сергей спрятался за углом и наблюдал за девушкой, Орангутанг – за Сергеем, а Слава – за всеми. Вдруг! Подъезжает машина… Васкова. Девушка прыгает в нее и – привет. По логике Сергей должен был поехать за ней. А ничего подобного. С видом побитой собаки Тулин побрел к своему авто и укатил в противоположном направлении. Что бы это значило?

Слава умолк, глядя на фигурки. Любопытных-то было больше. Орангутанг после отъезда Сергея переговорил с неизвестным в машине с темными окнами, прыгнул в другой автомобиль и… Казалось, Сергей под колпаком, а Орангутанг умчался в сторону авто Васкова.

– Странно, – недоумевал Бакшаров. – За кем шпионил Орангутанг? Если за девушкой, почему главный объект у него был Сергей, от которого он прятался? Если за Сергеем, почему уехал в сторону девушки?

Он взял чистый лист бумаги и авторучку, начал составлять список:

– Итак, номера автомашин есть, осталось выяснить, чьи они. Второе: кто девушка и почему Сережа так странно рефлексировал на нее. Третье. Орангутанг общался с очкариком и гражданином Че, правой рукой господина Васкова… Что между ними общего? Четвертое – кто очкарик и Орангутанг? А что у нас есть? Снимки, украденное ружье, надежда на Сашку. Короче, ничего нет.

Он разложил фотографии на столе, обыкновенному глазу они могли показаться одинаковыми, но не Славе. Он искал мизерную разницу и максимальную похожесть следов Симича и Сашки. Мелочей не бывает. Минуточку! Вот. Есть в данных отпечатках… Глубина погружения.

– Лада, иди сюда. Посмотри, – сказал, когда девушка появилась в кабинете, – снимки похожи?

Она обошла стол, став у Славки за спиной, наклонилась к фотографиям, коснувшись грудью плеча. Бакшаров подскочил:

– Ты садись, я постою. При моей комплекции стоять и ходить надо двадцать пять часов в сутки. Похожи? Скажи, похожи?

– По-моему, они разные.

– Нет, ну как же? Вот два абсолютно одинаковых снимка!

Слава ударил по столу ладонью и раз, и два. Лада поспешила с ним согласиться, но частично:

– Конечно, похожи. Но все же раз…

– Ты меня слушай. Вот погружение в грунт здесь и здесь. А вот отпечаток носка, видишь? Вот пятка тут и тут. Обрати внимание на выброс грунта из-под ноги. Одинаково? А?

– Не кричи. Да, теперь вижу. Похоже. А что это значит?

– Спасибо, Лада, иди.

Отпечатки следов Сашки похожи на следы Симича… На обратной стороне Сашкиных фото сделаны надписи в день печати. Перевернув фото, Бакшаров прочел: впереди. Итак, сумку с камнями Сашка нес впереди себя.

Любопытная деталь: нет ни одного положительного отзыва о Симиче.

А расклад таков: объектом Орангутанга была Вера, а за Сергеем наблюдали из машины Черемис и Гена. Тулин не уезжал, Черемиса сей факт сильно беспокоил, он предположил, что Верка и Тулин договорились (видел их шушуканье в театре) уехать вместе. Кто после этого она? Да распоследняя! Васкову будет «приятно» узнать, что она спит и с Тулиным. Илья Николаевич делиться не любит, авось, кинет Верку, и пойдет все по-старому. Черемис держал наготове смартфон, чтобы запечатлеть компромат, пусть даже в темноте, кадры можно очистить, да не повезло – Илья увез ее.

Утром Денис (Орангутанг) отчитывался перед Геной:

– Упустил. Тогда поехал к ее дому, заглядываю через забор, смотрю – сидит в окне. Я осторожно перелез, а она бубнит че-то под нос, думаю, базарит с кем-то. Я двинул ближе, но тут старуха выползла. Я назад через забор, ну и нашумел. Так и не узнал, кто у нее был. Все.

– Иди, Дэн, – выпроводил парня Гена.

Из другой комнаты выглянул Черемис, он осторожный, незачем ребятам Генки знать о его личной заинтересованности шашнями Васкова.

– Витек, – заговорил Гена, наливая в стакан джин с тоником, – зря ты придаешь значение…

– Две недели, – перебил Черемис, выставив указательный палец.

– Да хоть три. Жаль только от работы отрывать…

– Ой, перестань, какая у него работа? Корчить из себя Ван Дамма и сидеть сутками со спичкой в зубах?

Гена индифферентно выслушал брата, потягивая джин. Вдруг глаза его сузились, превратившись в щелочки без цвета, сел он по-хозяйски в кресло и сделал старшему братику внушение:

– Витек, это моя вотчина, в нее не лезь, понял? Раз я говорю – работает, значит, так и есть. Ты меня понял, Витек?

За монотонно сказанными фразами Черемис уловил реальную угрозу. Братец не ягненок покорный, он еще тот зубр, и в их тандеме – лидер. Не хотел с ним дела иметь, вот чуял, что не надо, так нет же, Генка змеем вполз в доверие. Попробуй теперь отделаться от него.

– Выпить хочешь? – предложил Сергей Бакшарову, который «шел мимо» и «случайно» заглянул к нему.

– Вообще-то пью редко, но с тобой… не откажусь.

Человек, находясь под градусом, становится разговорчивее и откровеннее, допускает ошибки, поэтому Слава согласился. Пока хозяин возился на кухне, он осматривал жилище.

– У тебя здорово, – сказал вошедшему Сергею. – Картины классные. Извини за вопрос, а почему ты не женат? За тобой девушки должны табунами бегать.

– Не случилось, – уклончиво ответил тот. – Что будешь пить?

– Все равно. Желательно наименьшей крепости.

Расставляя посуду с едой на небольшом столе, Сергей усмехнулся:

– Не пьешь, не куришь… Крылья не растут за спиной?

– Что ты! – рассмеялся Слава. – Я бывший мент, а менты, по общественному мнению, люди грубые, наглые, жадные, много пьют и тупые. И лицо у меня не ангела, не говоря о фигуре. Да, а как тебе спектакль?

Сергей изучал Славу не мигая. Есть в нем что-то отталкивающее, отметил Бакшаров, и дело не в высокомерии и неразговорчивости. Он казался пресытившимся. Унылый вид вызывал у Славы, человека подвижного и оптимиста по натуре, отвращение. У Сергея должно быть море врагов, он способен обидеть походя, не придавая значения сказанным словам и поступкам, даже в его корректности и воспитанности присутствует нечто противное.