Душитель со 120 страницы - Валерия Леман

Все хорошо, что хорошо кончается: вечерний аэропорт, цветные огоньки взлетной полосы, приземление и наше поспешное прощание с Соней, потому как любезные полицейские уже ожидали ее у подножия трапа.

– Рад приветствовать тебя, мил-человек! – первым пожал мне руку майор Лучников, с которым, казалось, мы расстались только вчера. – Помнишь, я тебе говорил, что мы еще увидимся? Так и случилось. Не забыл мой телефон?

– Он забит в моем сотовом, – я тепло пожал руку полицейского. – Будут новости – непременно позвоню!

Мы расстались, после чего для меня все было как обычно: таможенный досмотр, электричка, такси и – теплые огни дорогого дома, где меня уже ожидал предупрежденный звонком Васек Щекин.

– Приветствую тебя, Ален! – в свою очередь, встретил он меня на пороге, похлопывая по плечу, отступая на шаг, удивленно приподнимая брови. – А где же твой болгарский загар? Не вижу! Ты точно был в Софии или где?

– Или где!

– Первым делом, оставив все объяснения на потом, я кинулся в душ, ощущая почти немыслимое ощущение счастья от того, что буду намыливаться и стоять под потоками теплой воды хоть до утра. Дело в том, что у Пенки я душ не посещал чисто из благородных побуждений – чтобы не вводить ее в лишние расходы: как оказалось, плата за воду по счетчикам для болгар – крайне неприятное мероприятие.

Пока я резвился в душе, смывая с себя болгарский пот, Васек колдовал на кухне, где мы с ним и встретились на ночь глядя за щедрым столом, посвященным благословенной Болгарии.

– Болгарская кухня меня просто очаровала, – почти без пауз комментировал свои угощения шоколадный (в отличие от меня) Васек. – Очень много общего с греческой, которую лично я обожаю за «акцент» на брынзу, оливки, зелень. Ну, а турецкое влияние еще больше, и уж тут явное предпочтение мясцу – все эти кебабы и иже с ними!

Здесь Васек выразительно чмокнул два своих пальчика.

– Так что прошу пожаловать к нашему столу, угощайся, милый Ален, чем бог послал: среднегорский гювеч – дивные кусочки свинины с томатами, перцем да луком, запеченные в горшочках, традиционный и в какой-то мере даже банальный салат по-шопски, а заодно и до кучи – телешко вретено, или рулет из телятины, как говорят у нас, долма и банница – слоеный пирог с брынзой. Надеюсь, сегодня ты объешься на всю оставшуюся жизнь!

За это можно было не переживать: все угощения смотрелись и благоухали замечательно, а мой аппетит после авиапутешествия вполне проснулся, так что угощался я по полной программе.

– Васек, у тебя талант. Может, все-таки рискнем с тобой открыть кафе – на паях? Озолотимся же!

Словом, мы от души ели и запивали белым болгарским рислингом. Сказать по правде, так поначалу Васек извлек было с таинственным видом бутыль ракии, но я только отчаянно замахал на него руками, умоляя убрать крепкий напиток с глаз долой – в наш последний болгарский вечер я, признаться, немного перебрал этого национального напитка.

Отдельным «гарниром» к нашему ужину была восторженная лекция Васька о болгарском языке и особенностях кухни.

– Ты знаешь, что по-болгарски «кур» – это… М-м-м… Ну, наше мужское достоинство, идентичное знаменитому слову из трех букв, потому в Болгарии ни в коем случае нельзя произносить наше родное слово «курица» – это все равно что обозвать человека нехорошим словом. А знаешь, как курица по-болгарски?

– Понятия не имею.

– Эх ты, а еще называется в Болгарии побывал! Пиле – вот как по-ихнему курица! Пилешка супа значит куриный суп. Прикольно, правда? А вот представь, что к тебе в кафешке подходит такая симпатичная официанточка и говорит нежнейшим голоском: «Пьержени яйца на очи?»