Список запретных дел - Коэти Зан

Их лица хранили отсутствующее выражение, словно они пытались защититься от внешнего мира, замкнувшись на внутреннем как на единственном островке спокойствия. Это было место, куда никто не мог проникнуть, которого не достигала даже физическая боль. Я хорошо знала те края. Уже тринадцать лет, как я жила там.

Девушка напротив когда-то могла похвастаться модной стрижкой под мальчика, но сейчас ее волосы пребывали в таком же беспорядке, как и она сама. Бедняжка мельком глянула на нас. В отличие от остальных, в ее взгляде пока сохранилось что-то человеческое.

—  Кто эти парни? — прошептала я в темноте. — Куда нас везут?

Я с удивлением услышала свой дрожащий голос. Видимо, потрясение временно взяло верх над ужасом. На одно мгновение я словно бы обрела контроль над собой.

Девушка криво улыбнулась, но улыбка тут же увяла. Я уже не надеялась, что она ответит. Когда она все-таки заговорила, я заметила, что у нее отсутствует пара зубов.

—  Вы действительно хотите знать?

—  Да, — ответила Трейси, подаваясь вперед. — Да, мы действительно хотим знать. Надо понять, как выбраться отсюда.

Хоть она и крепилась, я уловила нотки страха в ее неровном голосе.

—  Что ж, удачи, — фыркнула девушка. — Если выясните, дайте знать, — поспешила добавить она. — В любом случае я в деле, хоть и сомневаюсь в успехе. Вы не знаете, с чем столкнулись.

—  Тогда расскажи, — попросила я.

—  Мы повидали много дрянного, — добавила Трейси. — Ты бы сильно удивилась сколько.

Девушка открыто посмотрела на нас:

—  Нет, вряд ли.

Ее взгляд скользнул прочь, устремившись на затемненные окна.

—  И что вы сами думаете насчет этого? — тихо спросила она, глядя в пустоту.

Я даже думать не хотела.

Девушка повернулась и пристально взглянула на меня:

—  Что бы вы ни думали, умножьте на сто.

Убеждая себя, что она не знает, на какие глубины может опуститься мое воображение, я решила сосредоточиться на более рациональных вещах, к примеру спланировать побег.

—  Думаешь, будем ехать всю ночь?

—  Возможно.

—  От чего это зависит? — пробормотала Трейси, еле скрывая раздражение. Она терпеть не могла догадок.

—  От заказа.

—  Заказа?

Теперь мне тоже хотелось, чтобы девушка перешла к сути дела. Нужно выяснить, что нас ожидает.

—  Ну знаете… — Она изобразила в воздухе, что печатает. — Что закажет по Интернету клиент. Мой вам совет: делайте, как они говорят, и тогда, в общем, не так больно.

Я взглянула на окна задних дверей, за которыми от нас убегало шоссе, и старалась не представлять себе то, о чем говорила пленница.

Трейси наклонилась и подняла обмякшую руку девушки по соседству. Та, казалось, даже не заметила этого.

—  Никаких наручников, — заметила Трейси.

—  В фургоне, — отозвалась девушка. — Им же нужно что-то сочинить, если нас остановят копы. Мы знаем, как себя вести. Мы члены религиозного ордена. — Девушка подняла руки, демонстрируя рукава белой туники. Затем кивнула на дверцы. — Он выглядит как обычный церковный фургон, но они зафиксировали дверную ручку так, что с нашей стороны не открыть.

Значит вот оно что. Религиозная организация Ноя Филбена была лишь прикрытием. Принадлежала ли Сильвия к числу этих девушек? Может, она так рвалась на свободу, что согласилась выйти замуж за Джека Дербера?

Я потрясла головой, отгоняя эти мысли. Без толку рассуждать, если мы не можем выбраться отсюда живыми. В голове прояснилось. Как и в прошлый раз перед побегом, я даже сквозь страх ощущала прилив энергии, будто большая беда включила скрытые резервы. Я готова. Мне просто нужно включить мозг. Лишь разум способен спасти нас.

—  Что бывает, когда вы приезжаете на новое место? Расскажи подробно, — попросила я.

Девушка кисло улыбнулась и покачала головой, на этот раз прикрывая рот ладонью.

—  По-разному. Иногда нам дают особые указания. Иногда приходится… ну, наряжаться к приезду.

Она кивнула на большой деревянный сундук, стоящий в углу фургона и закрытый на два массивных навесных замка.

—  Если нет заказов, то они отвозят нас к себе и запирают на ночь. У них довольно много всяких… помещений.

—  Вас когда-нибудь оставляют одних? — в отчаянии спросила Трейси.

—  Только удостоверившись, что мы полностью покорны и не посмеем даже шевельнуться от страха. Что поверили их рассказам.

—  Каким? — спросила я, опасаясь услышать ответ.

—  О сети торговли белыми рабынями, огромной организации, которая непременно выследит и убьет, попытайся вы сбежать. И еще убьют ваших родных, если они у вас есть.

Фургон газанул и круто повернул направо.

—  Как ты здесь оказалась? — после нескольких минут тишины спросила Трейси.

Мы пытались осмыслить слова девушки.

—  Я сглупила, — отозвалась пленница. — Сама втянула себя в эту чертовщину. Когда мне было четырнадцать, сбежала со своим парнем, и мы направились в Портленд. Мы оба хотели избавиться от семейных неурядиц.

Она вытерла нос тыльной стороной ладони.

—  Стоило дважды обо всем подумать, — проговорила она. — Но когда ты молод, то надеешься совершить невозможное. Мы были совсем детьми.

Я прикусила язык, чтобы не сказать, какая она все еще юная.

Трейси подалась вперед:

—  Дай угадаю. Наркотики. Какие? Героин? Экстази? Кетамин?

Сначала девушка посмотрела на Трейси без всякого выражения, но потом кивнула:

—  Героин. Сэмми им увлекался. Значит… ты знаешь всю историю — ему нужно было платить за наркотики, поэтому он занялся их торговлей. Диплома у него никакого не было, мы сели на мель, особенно когда Сэмми покусился на свой же товар.

Девушка покачала головой, очевидно, ее больше огорчали скверные деловые способности Сэмми, чем то, что он был наркодилером и наркоманом.

—  Он втянул меня в это, прикрываясь благородными побуждениями. Ему же нужно было как-то расплачиваться с долгами. — Девушка пожала плечами.

—  Тобой? — с отвращением спросила я.

—  Ну… Я должна была понять, что дело неладно. Он просил поехать с ним, забрать партию. Упал на колени и, рыдая, умолял, говорил, что не справится без меня. Выглядело очень убедительно. Наверное, кто угодно сыграет не хуже, когда на кону его жизнь.

Девушка замолчала и уставилась в потолок пустыми глазами.