Обнаженная жара - Ричард Касл

— Возможно, потому, что такие мелочи не запоминаются.

— Солей, вы сшибли ее со стула посреди ресторана. Назвали свиньей и пригрозили воткнуть нож в спину.

Солей со вздохом возвела глаза к потолку, словно ожидала найти ответ среди арматуры сценических прожекторов.

— Ну, вы же знаете, как она умерла, — заговорила она наконец. — И как вы думаете, почему мне не хотелось вспоминать, что я тогда наговорила?

Хит должна была признать, что в этом есть определенная логика, но вслух она сказала другое:

— Я пытаюсь найти убийцу. Каждая ваша ложь усиливает впечатление, что вы виновны, и заставляет меня тратить драгоценное время.

— Ну и что?

Хит достала снимки.

— Вы когда-нибудь видели этого человека?

Солей посмотрела на фото из водительского удостоверения Эстебана Падильи.

— Нет.

— А этого? — Никки показа ей фоторобот техасца. — Его не знаете?

— He-а. Выглядит как персонаж «Плохого Санты».[106]— Певица самоуверенно улыбнулась.

— А этого? Тоже не знаете? — протянув ей посмертное фото лица Дерека Сноу, Никки увидела, как Солей покидает вся ее самоуверенность.

— О господи…

Фото выпало у нее из рук.

— Его звали Дерек, — сказала Хит. — Тот самый Дерек, которого вы спьяну подстрелили прошлой зимой в «Дрэгонфлае». И не этот ли Дерек позвонил вам, когда вы сидели с Зейном Тафтом? Я спрашиваю потому, что после звонка вы поспешно ушли, а вскоре Дерек Сноу был убит.

— Я не могу… я не… — бормотала побледневшая певица.

— Двое связанных с вами людей были убиты в ту ночь, Солей. Подумайте хорошенько и объясните мне, что происходит. Кэссиди Таун что-то писала о вас? Только не врите больше.

— Мне нечего вам сказать.

Танцоры возвращались на сцену. Солей Грей, убегая, растолкала их.

— Ты не хочешь ее задержать? — спросил Рук.

— Зачем? Что я ей предъявлю: дачу ложных показаний? Или припомнить старое и обвинить в незаконном ношении оружия? Мне это ничего не даст. Адвокаты вытащат ее так быстро, что она успеет к ночному эфиру. Предпочитаю сохранить эту карту, чтобы разыграть в подходящий момент. Пока я добилась чего хотела: надавила и заставила ее нервничать.

— Ну и ладно. Но если она скомкает концовку «колеса» и в эфире, ты будешь виновата.

Они посидели в заднем ряду зала, ожидая продолжения репетиции. Опыт подсказывал Никки, что иногда трудные собеседники передумывают, если дать им время, и она надеялась, что Солей вернется в более благоразумном настроении. Но они напрасно четверть часа мерзли в холодной студии: режиссер объявил перерыв на ужин, а Солей так и не вышла.

Выйдя из зала и свернув к лифтам, они услышали крик:

— Ох ты, господи, да это же Никки Хит!

— Только этого сейчас не хватало, — прошептала Никки.

— Может, успеем удрать? — предложил Рук.

— Никки!

Снова услышав голос, Никки остановилась и, на глазах у Рука, раздражение на ее лице сменилось радостным удивлением. Оборачивалась Никки уже с сияющей улыбкой.

— О боже!

Развернувшись, Рук увидел перед собой тощего парня с волосами песочного цвета, в футболке с треугольным вырезом и джинсах. Парень приближался к ним, широко раскинув руки. Никки бросилась в его объятия, радостно пискнула, и оба расхохотались. И закачались взад-вперед, не размыкая рук. Журналист, не зная, куда деваться, сунул руки в карманы. Расцепившись, Никки и ее приятель восторженно уставились друг на друга.

— Ты смотри, — воскликнула Никки, — без бороды!

— А ты все такая же, — сказал парень. — Нет, стала еще красивее.

Рук заметил гортанное «р», не такое раскатистое, как у шотландцев, но явно иностранное.

И тут Никки его поцеловала. Быстро, но, как отметил Рук, прямо в губы. И наконец, продолжая держать парня за руку, обернулась к журналисту:

— Это Петар. Мой старый друг по колледжу.

— Правда? — Журналист протянул руку. — Я Джеймсон.

— Джеймс? — переспросил Петар.

— Джеймсон. А вы… Питер? — Рук умел бить по больному месту.

— Нет, Петар. Все так ошибаются.

— Нет, ну подумать только, — Никки потрясла Петара за руку, — а я и не знала, что ты в Нью-Йорке.

— Да, я здесь работаю помощником продюсера.

— Петар, ты стал продюсером! Это же здорово!

Парень застенчиво огляделся.

— Тс-с! Меня уволят, если услышат. Не продюсер, а помощник продюсера.

— Устраиваете гостей в отели и ведете предварительные беседы? — напомнил о себе Рук.

— Совершенно верно. Джим понимает в нашем деле.

Никки улыбнулась Руку:

— Джим… мне нравится.

Петар пояснил:

— Предварительные интервью нужны, чтобы Кирби знал, о чем спрашивать гостей. У него на каждого около шести минут, поэтому я беседую с ними заранее и предлагаю ему список возможных тем, иногда какие-нибудь забавные истории.

— Вроде литературного раба, — заметил Рук.

— Нет, лучше, — нахмурился Петар. — Мое имя значится в титрах. Слушайте, у меня есть немного времени, пойдем в фойе? Можно поесть или выпить что-нибудь, вспомнить прошлое…

Рук попытался перехватить взгляд Никки.

— Мы бы с удовольствием, но…

— С удовольствием, — перебила Никки. — Несколько минут у нас найдется.

Шоу выходило в прямом эфире и не могло длиться часами, так что в артистическом фойе никого не было. Рук начал дуться. Он надеялся повести Никки ужинать, и вот они сидят и жуют цыпленка по-тайски и роллы из копченого лосося.

— День выдался на редкость удачный, — болтал Петар. — Пять минут назад Солей Грей почему-то отказалась участвовать в программе… — Хит повернулась, чтобы поймать взгляд Рука, тот уже смотрел на нее. — Это означает, что ее место может занять другой гость, — мне проще. И тут ты, Никки. Сколько же лет прошло?

Никки откусила крошечный кусочек ролла и ответила:

— Нет-нет, годы считать не будем.

— Нет уж, — вставил Рук.

Она вытерла губы салфеткой.

— Я встретилась с Петаром, когда семестр училась за границей, в Венеции. Изучала постановку оперы в театре «Ла Фениче»[107]и познакомилась с потрясающим хорватом с факультета кино.