Бандиты, баксы и я - Наталья Александрова

— Вы из бухгалтерии? Поминки здесь!

— Спасибо, мы по другому вопросу, — буркнул Андрейи прошел мимо.

Выразительно указав мне глазами на дверь в другом концелестничной площадки, он поднялся еще на один марш, оглянулся, убедился, чтопоток иссяк, и пошел вниз.

На улице я потребовала объяснений. Поглядев на меня, как надвоечницу и второгодницу, Андрей сказал:

— Ты помнишь, в какой квартире живет Валерий — тот,который отмывает и одевает бомжей перед визитом к нотариусу?

— Ну, помню, — обиженно ответила я, — втридцать первой.

— Правильно, в тридцать первой, а в двадцать девятой,на том же самом этаже жил до недавнего времени Виктор Павлович Копылов,сотрудник Государственного строительного управления. Не рядовой, между прочим,сотрудник, а референт начальника Управления Вахромеева, референт по общимвопросам. А знаешь, что это за должность такая — референт по общим вопросам?

— Не знаю, — сердито буркнула я, — и прекратимне экзамены устраивать! Мы не в школе. Рассказываешь, так рассказывай.

— Референт по общим вопросам — это человек, которыйрешает для своего начальника разные сложные проблемы, в основном, не связанныес работой. Допустим, начальнику кто-то мешает, — Андрей участливопокосился на меня, — или, скажем, нужно квартиру снять под чужим именем..,для всяких, так сказать, внеслужебных встреч. Ну этот референт и обращаетсяпо-соседски к нашему Валерию — Валерий как раз и занимается тем, чтопредоставляет чисто вымытых бомжей для подобных нужд, — и Копыловупривозят Милютенко. То есть Копылова ему не показывали, но квартиру оформили.Так что квартира на улице Ландау впрямую завязана на начальника Строительногоуправления Вахромеева.

— Послушай! — Я остановилась вдруг как громомпораженная. — А как этот Копылов выглядел? Ты его никогда не видел?

— Да видел как-то, — равнодушно ответилАндрей. — Немолодой такой дядька, лицо бульдожье.., а что?

— Челюсть тяжелая, глубокие морщины у крыльевноса, — пробормотала я тоскливым невыразительным голосом.

— Ну да, а в чем дело?

— А в том, что это твой Копылов пытался сбить меня тридня назад на углу Энгельса и Мориса Тореза.., но не сбил. А сам разбилсянасмерть. Как нам только что любезно сообщила дама с собачкой.

— Так-так, — протянул Андрей, — ты, сталобыть, свидетель… И они про это знали… Значит, квартиру снимал референт Копыловдля нужд своего начальника. Потому что ему самому квартира эта без надобности.

Жил он один, и все свои личные вопросы мог решать у себядома — не было у него ревнивой жены и кучи детей. И вот пригласили тудапрофессора Шереметьева… И что-то там случилось…

— Похоже, этот Вахромеев действительно с катушек сошел,сам профессора убил! — перебила я Андрея.

— Все может быть… Или случайно как-то дело обернулось…Слушай, ты извини, у меня со временем очень туго…

Глаза Андрея отливали горячим блеском, он посмотрел на часыи заторопился.

Я приуныла и побрела домой, к маминым примочкам и компрессам.Настроение было отвратительное, несмотря на то что все мои враги приказалидолго жить.

Действительно, «черного киллера» мы успокоили на пару с темплотненьким мужичком в доме с башней. Правда, ловушку придумала я, но мужичоктоже поработал.

Референт Копылов, который пытался сбить меня машиной, сампогиб в аварии.

И тот, кто его послал, теперь находится в больнице в тяжеломсостоянии. А я жива и, если не считать больного колена, здорова.

И хотя мне полагалось бы сейчас радоваться свободе ибезопасности, я почему-то совсем не радуюсь. То есть совершенно ясно, почему.Во-первых, Андрей теперь потеряет ко мне всяческий интерес и у меня не будетпричины с ним встречаться. А во вторых, как ни была я расстроена первойпричиной, где-то в глубине души возникла мысль, что больно уж все гладко. Все,кто хотел мне зла, — мертвы, но уж очень вовремя.

Все случившееся напоминало хорошо поставленный спектакль, ирежиссер его остался неизвестным.