Фантом - Николай Лузан

В отдельном закутке, для особо приближенных к хозяину «Стекляшки» Адгуру Бжании, он и еще трое местных парней погромыхивали костяшками нард и скучающими взглядами постреливали по залу, но остановиться было не на ком. Две разбитные бабенки из офицерской столовой томились над хилой закуской и графинчиком с водкой. Напрасно они принимали откровенные позы и строили глазки: эти коварные приемы, безотказно действовавшие на подвыпивших прапорщиков и сорокалетних капитанов, никак не воспламеняли темпераментных южан. Те, в предвкушении нового многообещающего заезда молодых «львиц», истосковавшихся в дальних гарнизонах по жаркой любви, не горели желанием растрачиваться на молодящихся дам «песочного» возраста.

Появление в зале новых лиц вселило было в дам надежду. Блондинка, сверкнув пышными ляжками, перебросила ногу на ногу и нацелилась на Кочубея, а гривастая брюнетка голодным взглядом заглотила Остащенко. Но, возникшая за их спинами хорошо знакомая дамам суровая физиономия особиста Быстронога похоронила все надежды. Прошедшие через дальние гарнизоны, «Крым и рым», они не понаслышке знали: «Командира бойся на плацу! Замполита — за трибуной, а особиста — со всех сторон».

— Коля?! Привет! Ты откуда?! — швырнув костяшки на доску, воскликнул удивленный Адгур и поднялся навстречу Кочубею.

В его коренастой, крепко сбитой фигуре и исполненных скрытой силы движениях угадывался бывший борец.

— Здравствуй, Адгур! Как поживаешь? — был рад встрече Николай.

— Нормально! Ты как, еще не женился?

— Нет, с тебя беру пример.

— И правильно! Настоящий мужчина — это после тридцати, — одобрил Адгур и, обернувшись, позвал: — Марина!

Из кухни выглянула миловидная девушка, и он распорядился:

— Для моих гостей лучший шашлык, вино от Феликса Цикутании и…

— Адгур, угомонись! Мы только кофейком побалуемся, — попытался остановить его Быстроног.

— Боря, ты меня обижаешь! Что подумают обо мне гости?

— Мы согласны на хачапури и графин вина, — предложил компромисс Кочубей.

— И шашлык тоже! — настоял на своем Адгур и, обратившись к друзьям, попросил: — Масик, Денис, Теймураз, извините, потом доиграем.

Те без лишних слов собрали нарды и освободили места. Марина принесла графин с вином и бастурму. Затем на столе появилось блюдо с горкой румяных и аппетитно пахнущих хачапури. Быстроног по-хозяйски разлил вино Феликса по стаканам, и они подняли тост за встречу. Вино было превосходным и под него пошли не только хачапури с шашлыком, но и лобио, которое так вкусно готовили только в «Стекляшке».

Первым нашел в себе силы оторваться от абхазского стола Кочубей и предложил:

— Ребята, пора заканчивать этот пир желудка и поговорить о деле!

— Еще парочка таких ужинов, и можно забыть про контрразведку, — согласился Остащенко.

— Не волнуйся, Юра, когда надо она напомнит о себе, а пока наслаждайся. Такого в Москве не увидишь, — лучился радушием Быстроног.

— И все-таки, Боря, вернемся к Штабисту? Что мы имеем? — напомнил о деле Николай.

Тот, доев шашлык и запив вином, перешел к докладу:

— После обеда у командующего он и офицеры опергруппы около 40 минут прогуливались по набережной санатория. Подозрительных контактов не имел. Затем до девятнадцати двадцати работал в штабе, проверял документацию. Потом…

— С этим ясно! Где он сейчас? — прервал Кочубей.

— В кафе «Парус» с начальником штаба и тыла подводят «итоги» первого дня проверки.

— Номер и вещи осмотрели? — поинтересовался Остащенко.

— Да! — подтвердил Быстроног.

— И что?

— Нашли три диска. На одном план проверки, а два других закрыты паролями, их не стали взламывать.

— Правильно, а то не дай бог проколоться! — одобрил Кочубей.

— Что с ноутбуком? — напомнил Остащенко.

— Тоже ознакомились! Есть кое-что интересное, но пара файлов не открылись, пришлось копировать весь «винт».

— Для начала очень даже не плохо! — оценил итог досмотра Остащенко и потер руки.

— Не обольщайся, Юра! — поубавил его оптимизм Кочубей. — Стельмах не дурак оставлять компромат в номере. Наверняка носит при себе.

— Флешка или мини-диск? — предположил Быстроног.

— Верно, Боря, и потому надо проверить его лично!

— Нет проблем! Вопрос только в одном: нужна санкция суда.

— Будет, подойдет шифром.

— Тогда нет проблем. Через командующего организуем сауну и там посмотрим.

— Отлично! То, что сегодня получил, первым же рейсом в Москву лично Сердюку, — распорядился Кочубей и поинтересовался: — Что имеем на завтра?

Быстроног полез в карман куртки, достал блокнот и зачитал: «8.00 — завтрак. 8.30 — сбор в кабинете командующего. С 9.00 до 13.00 — работа в штабе. Затем обед и сон-тренаж до 15.00. Потом инструктивные занятия с офицерами в клубе. Вечером — «кино, вино и домино». Но здесь я вношу поправку: сауна — досмотр вещей Штабиста!

— Обязательно! — подтвердил Кочубей. — Что у него на послезавтра?

— Полагаю, будет много интересного!

— А конкретно?

— Опергруппа отправится с инспекцией постов миротворцев в Кодорское ущелье. Туда же заявились наблюдатели из миссии ООН. Среди них есть два интересных англичанина, один точно работает на разведку!

— О, уже теплее! — оживился Остащенко.

— Это еще не все! — и, выдержав многозначительную паузу, Быстроног объявил: — В это же самое время в село Лата по линии НПО намерены выехать три американца. Двое — Харт и Джексон — появились в Сухуме накануне.

— Очень даже интересно! Слетаются, как мухи на мед, — загорелся Кочубей и распорядился: — Пусть Тимур немедленно садится им на хвост!

— Проблем нет, сядет! — заверил Быстроног.

— В таком случае будем закругляться, — предложил Кочубей и посмотрел на часы.

Стрелки приближались к двенадцати. Оба зала «Стекляшки» опустели. Марина сонно клевала за стойкой бара, а Адгур, уткнувшись в экран монитора, устало нажимал на мышь и без энтузиазма «мочил» плодившихся, словно вши, международных террористов в «московских сортирах», «вашингтонских борделях» и «арабских гаремах». Движение за столиком гостей не осталось без внимания Адгура, он встрепенулся и спросил:

— Ребята, может, еще чего?

— Спасибо! Все очень замечательно! — принялись наперебой благодарить они. Быстроног достал кошелек с деньгами.

— Ты что, Боря?! Вы же гости! — возмутился Адгур.

— С нашими аппетитами мы тебя пустим по миру, — попытался тот свести все к шутке.

На помощь ему пришел Остащенко, но и его напор разбился о гостеприимство хозяина «Стекляшки».