Дебютантка - Кэтлин Тессаро

Все эти вещи одна за другой исчезали из поля зрения, пока в конце концов Джек с удовлетворением не констатировал, что теперь может спокойно передвигаться по всей квартире, не рискуя натолкнуться на что-либо, так или иначе связанное с покойной женой.

Таким образом он изгнал из своего жилища сам ее дух.

И вот теперь, когда Джек совсем оправился, когда выкарабкался из пропасти, когда мрачные дни наконец ушли в прошлое, он внезапно увидел свою жизнь в совершенно ином свете. Словно пелена вдруг спала у него с глаз, словно густой туман развеялся, и он узрел бесконечно расстилающийся перед ним пейзаж во всех его мельчайших подробностях.

И все, что касалось его прошлой семейной жизни, моментально стало неправдой.

Сент-Джеймс-сквер, 5

Лондон

23 мая 1936 года

Дорогая Птичка!

Вот скажи на милость: можешь ты объяснить мне, чего именно хотят от нас мужчины? Лично я ну никак не могу этого понять. То он к тебе так внимателен, что, кажется, просто умрет на месте, если ты сделаешь два шага в сторону. А через минуту он сам уходит, даже не попрощавшись. Похоже, вокруг меня всегда будут увиваться мужчины, которые мне без надобности, а те, что действительно нужны, вечно будут в дефиците! Сегодня я что-то склонна к меланхолии. Чувствую, как давит на меня это огромное черное здание, и единственный выход – танцевать, танцевать и танцевать. Или вообще больше не танцевать никогда…

Напиши мне что-нибудь хорошее, любовь моя. Ну пожалуйста, даже если тебе для этого придется солгать. И прошу тебя, расскажи еще какую-нибудь историю про свою забавную служаночку! Неужели она и вправду сшила вместе обе половинки твоих панталон? Не думаешь ли ты, что она работает на Маман?

Если тебе вдруг захочется приехать в Лондон, я буду тебе постоянной и преданнейшей спутницей. Прошу, не оставляй меня одну со всеми этими интриганами и политиканами! Город просто кишит иностранными посланниками и заграничными особами королевских кровей. У них совершенно дикие имена и еще более дикие манеры, которыми эти люди щеголяют друг перед другом: не вылезают из сырых винных погребков, без перерыва пьют и постоянно обнимаются. Я уверена, что все они сплошь шпионы. Лорд Р. всеми правдами и неправдами пытается заставить меня танцевать с ними в надежде на их нескромность и длинный язык. Конечно, в скромности этих типов и впрямь не упрекнешь, однако совсем не в том смысле, как это понимает лорд Р. То ли дело мистер Пол Робсон – вот человек, с которым я просто обожаю танцевать! Представляешь, что бы сказал на это наш Старый Служака?!

От души надеюсь, что заставила тебя покраснеть!

Шлю тебе тысячи непорочных, одобренных Римско-католической церковью поцелуев,

твоя Б.

* * *

Продавщица, слегка хмурясь, повертела значок.

– Никогда не встречала ничего подобного, – призналась она и вернула его Кейт. – Боюсь, мисс, что я в этом не разбираюсь. Вроде похоже на какой-то значок девочек-скаутов, только это вряд ли: уж больно он старый. А вы спросите у Лоуренса, у него стойка под номером двадцать восемь. Мне кажется, тут что-то связано с войной. Он как раз этим занимается.

Кейт сунула значок в карман джинсов.

– А где эта стойка двадцать восемь?

– В самом конце левого прохода, справа.

– Как, вы сказали, его зовут – Лоуренс?

– Да, Лоуренс Фридман.

– Спасибо.

Кейт пошла по проходу «Элфис-антик-маркет», тесные ряды которого были заполнены мебелью, одеждой, предметами искусства, завалены всевозможным барахлом и сувенирами. Словом, здесь можно было найти товар на любой вкус. Этот, один из крупнейших в Европе, антикварный рынок занимал четыре этажа и для знатоков был настоящей сокровищницей: в удивительных коллекциях одержимых, а порой и откровенно чудаковатых энтузиастов оживало прошлое.

В самом конце прохода Кейт заметила цифру «28». Здесь продавались часы и ювелирные изделия: бриллиантовые серьги, броши, ожерелья из жемчуга. В основном все довоенное, а кое-что – даже периода Регентства. За прилавком читал «Сан» бородач лет пятидесяти с лишним. Увидев потенциальную покупательницу, он поднял голову, сложил газету и сунул ее куда-то под прилавок.

– Здравствуйте, – улыбаясь, обратилась к нему Кейт. – Лоуренс – это вы?

– Точно, – ответил продавец и встал. – Чем могу служить?

– Мне нужна ваша помощь.

– Постараюсь по мере сил.

– У меня есть одна вещица, но я никак не могу определить, что это такое. – Кейт вынула значок и положила его на стеклянный прилавок, добавив: – Мне сказали, что вы сможете помочь.

Лоуренс взял значок и поднес его поближе к глазам. Облупившийся, местами помятый, темно-зеленого цвета. По центру горела золотая свеча с тремя буквами «ОСГ». По краю виднелась надпись: «Надежда велика, награда справедлива».

Нахмурившись, бородач поднял на нее глаза:

– Где вы его взяли?

– Нашла. Так что это такое?

– Никогда раньше не видел такого, – медленно произнес продавец, – но думаю, что это значок Общества Святого Георгия. – Он перевернул его. – Погодите минутку… А это что?

Лоуренс достал ювелирную лупу и принялся внимательно разглядывать обратную сторону значка.

– Тут какая-то надпись. Такие маленькие буквы, не разобрать! – Он сощурился. – Ага. «И сказал Бог: „Да будет свет!“ И явилась ты». – Он снова посмотрел на Кейт. – Очень странно.

– А я и не заметила. А что это за Общество Святого Георгия? Никогда не слышала.

– Ну, тут удивляться не приходится. Вообще-то, раньше я и сам думал, что это просто легенда. Об этом никто толком ничего не знает. Вроде как была незадолго до Второй мировой войны какая-то общественная организация. И ее члены якобы ставили перед собой цель – сделать Британию страной более чистой и строгой, обладающей над другими государствами духовным превосходством. Отсюда и образ святого Георгия. Британия, управляемая британцами и для британцев, – нечто в таком роде. В то время весьма популярная идея, к сожалению. Особенно в высших классах. Но все это длилось недолго. – Лоуренс снова посмотрел на лицевую сторону значка. – Потрясающая находка. Эти люди хотели добиться даже большего влияния, чем «Кливденская кучка». Получить статус весьма привилегированной и престижной организации. Стать ядром подпольного, тайного движения.

Пояснения антиквара никоим образом не прояснили ситуацию. Ну и при чем здесь, спрашивается, светская львица, с улыбкой позирующая модному фотографу в костюме Венеры или с породистой собачонкой в ошейнике, усыпанном бриллиантами? Что за ерунда!

– Вы уверены? Неужели речь идет о тайной политической организации?

– Я уже сказал, что прежде никогда не видел такого значка. Но кое-что читал. Когда-то выходила газета под названием «Уик», там писали про такие вот негосударственные организации, разоблачали их деятельность. Жаль только, что правящие круги серьезно не относились к этим публикациям, потому что газета была коммунистического толка. В общем, все как всегда: кучка правит, остальные повинуются. В том числе и неофициально, за кулисами. Я дам вам пятьдесят фунтов.