Фанатик - Джеймс Хедли Чейз

Капитан Террел прибыл в полицейское управление чуть позже девяти утра. За истекшие сутки он спал всего три часа и чувствовал себя скверно – возраст.

Вместо обычного дружелюбного приветствия он лишь кивнул Чарли Таннеру и прошел прямо в кабинет. Сержант быстро сообразил, что к чему, и послал дежурного полицейского за кофе.

Не успел Террел приступить к изучению донесений, поступивших за ночь, как запыхавшийся полицейский принес дымящийся напиток.

– Спасибо, Джек, – благодарно сказал Террел, наливая кофе.

Вошли Бейглер и Лепски. Террел пододвинул к ним чашки.

– Наливайте, – он с наслаждением сделал первый глоток. – Что слышно?

– Я снял охрану с бунгало миссис Форрестер, – доложил Бейглер. – У Тома информация поважнее.

– Что там у тебя, Том?

– Вот подробный рапорт, шеф, – Лепски положил бумагу на стол. – Линдсей и Силк удрали. Линдсей нанял быстроходный катер и направился в Гавану. Силк тоже мотанул на катере, но куда, никто не знает. Катер принадлежит Алеку Кугану. Когда Алек вернется, если вообще вернется, я его допрошу. По моим предположениям, и Силк, и Линдсей сейчас в Мексике. Я предупредил мексиканскую полицию, но вы же их знаете... Я переговорил с мисс Джакси. Она рассказала, что в пещере за Форрестером наблюдал доктор, и описала его внешность. Все это отражено в моем рапорте. Киган мертв. Девица, которая застрелила его, наркоманка, и с головой у нее не все в порядке. Если мы сумеем ее подлечить, она даст нам соответствующий компромат на Силка и Линдсея. Линдсей хорошо известен в отеле «Бельведер». Он жил в самом лучшем номере, который снимает Герман Радниц.

Террел слушал, понимая, что эти сведения уже ни к чему. Дело полностью перешло под контроль ЦРУ, так что ему остается лишь передать им полученную информацию.

– Хорошо, Том, можешь быть свободен.

Когда Лепски ушел, Террел устало сказал:

– Что-то здесь не так, Джо, но я никак не пойму, что именно. Не нравится мне все это. С чего бы сумасшедший доктор засел в квартире? Почему они не задержат его? Почему сняли охрану с бунгало его жены?

– Хорошие вопросы, шеф, – сказал Бейглер. – Но это уже не наша забота. Давайте займемся нашими насущными проблемами. – Он допил кофе и поднялся. Глядя на огорченное лицо шефа, Бейглер улыбнулся. – Удачи, шеф!

– Да уж, – Террел взял рапорт Лепски и начал читать его.

В это время Уоррен попросил телефонистку соединить его с городом. Получив свободную линию, он позвонил Форрестеру. Какое-то время пришлись ждать – каждый звонок на квартиру Форрестера проверялся и фиксировался ЦРУ. Гамильтон сделал все возможное, чтобы никто, за исключением Уоррена, не мог связаться с этой важной персоной. Наконец Уоррен услышал Форрестера.

– В чем дело? – раздраженным голосом спросил тот.

– Это Уоррен. Я должен увидеться с вами еще раз. Пол. Могу я навестить вас в ближайшее время?

– Чего вы хотите?

– Этого я не могу сказать по телефону.

– Хорошо, но не думайте, что я изменю свои условия.

– Разумеется... все в порядке. Пол, я буду у вас меньше, чем через час.

На том конце положили трубку. Уоррен скривил лицо в гримасе. Гамильтон устало поднялся.

– Ну и?..

– Какой-то он неприветливый. Но все же согласился на встречу. – Уоррен склонился над столом, где лежали утренние газеты, и пробежал глазами кричащие заголовки. – Ох уж эти газетчики... Житья от них нет. – Повернулся к Гамильтону. – Где сейчас Нона Джакси?

– Летит со своим женихом на Ямайку, – ответил Гамильтон. – Я посадил их на самолет утром и велел держать язык за зубами до прояснения всех обстоятельств. Они клятвенно заверили меня, что будут немы, как рыбы. На всякий случай я послал с ними своего агента, хотя они и не догадываются об этом. Когда шумиха вокруг Форрестера уляжется, они смогут вернуться, но не раньше.

– А миссис Форрестер?

– Один из моих людей наблюдает за ней. Она бездельничает.

И здесь Гамильтон ошибся. Теа, напротив, была очень занята. Она упаковывала свои вещи. Из сообщений по радио и из газет она узнала, что ее сумасшедший муж отсиживается на какой-то квартире, и решила покинуть Парадиз-Сити. К тому же у нее хватило ума сообразить, что в этом городе у нее нет будущего. Когда эти недотепы из полиции наконец-то схватят мужа и вновь упрячут в клинику, ее имя газетчики потреплют всласть, так что все любовники отшатнутся. После некоторых колебаний Теа решила перебраться в Нью-Йорк. Там у нее был знакомый мужчина. Ей, конечно, будет не хватать залитого солнцем пляжа, но пляж и солнце денег не приносят, а деньги – смысл жизни.

Теа уже говорила с детективом Якоби, который сообщил ей, что охрана с бунгало снята, и она вольна вести себя, как заблагорассудится. Теа долго ломала голову, из кого бы вытянуть деньги на поездку в Нью-Йорк. В конце концов она решила, что Уоллес Маршалл, президент Национального банка, является идеальной кандидатурой. Жирный старый развратник, а жена его похожа на алебарду. Тысяч десять, скорее всего, вытянуть можно – больше не получится, старик скуповат. А десяти тысяч на первое время в Нью-Йорке вполне хватит.

Она закончила одеваться и критически осмотрела себя в зеркало. Сказала себе: «Привлекательная и... опасная для мужчин». Улыбнулась.