Не оглядывайся, Джин… - Эрмина Блэк

Блейр протянул ей руку, и Джин потрясенная поднялась с дивана.

— Дорогая, хуже всего то, что ты столько страдала ни за что. Пожалуйста, пойми, что все уже кончилось. Макнейрн мертв — он больше не может выбалтывать свои пьяные признания. Никто больше не свяжет тебя со случившимся…

— Но Лорна… она знает, — возразила Джин. — Она меня ненавидит. Она сделает все, чтобы помешать мне выйти за тебя. Надо смотреть в лицо правде. Она сама тебя хочет.

— Неужели? — Джин с трудом узнала его голос и взгляд, настолько они стали ледяными и жесткими. — Это… интересно. — Он обнял ее за плечи, и лицо его смягчилось. — Не волнуйся, дорогая: я уже поговорил с Лорной. Мне известно, что она решила отказаться от медицины и уезжает за границу. Не сомневаюсь, она преуспеет, но что касается меня, моей матери или Аннет, — она перестала для нас существовать.

— Блейр! — воскликнула Джин. — Но твоя мать! Страшно даже представить, что она могла подумать обо мне. И как ей теперь объяснить, почему я убежала…

— Об этом не волнуйся. Мама способна понять самую сложную ситуацию! — заверил Блейр. — Тебя вызвали к больной родственнице, и нашу свадьбу пришлось отложить, но только временно, — вот такая будет версия.

— Но разве ты не понимаешь, что она почувствует, когда узнает… — начала Джин.

— Дорогая, она все знает. Все. — Он встал и снова поднял ее, а потом привлек к себе. — Больше не будем об этом. Твое будущее решено — если, конечно, я тебе не надоел.

Она все еще не могла привыкнуть к мысли, что кошмары прошлого развеялись, как дым. Но даже теперь, на самом пороге счастья, она оставалась прежней Джин и не могла не подумать еще кое о чем.

— А как же Тим? — спросила она. — Что будет с ним? Его отец сказал, что если бы мы поженились, он попросил бы нас… заботиться о нем.

— Что ж, мы ведь поженимся. Так что беспокоиться не о чем, — решительно сказал он. — У нас будет своего рода «полуторная» семья. Хорошо?

— Дорогой, — полушепотом проговорила она. — Не могу поверить… — Но он прижался к ее губам своими губами, и в этом была самая убеждающая правда.

Потом он сказал:

— Кстати, я еще не передал послание моей матери: «Моя дорогая, твое свадебное платье по-прежнему ждет тебя. Ты должна вернуться и надеть его». Именно это ты и сделаешь! Понятно, дорогая? Приказ врача!