Нечисть, или Тайна старинной шкатулки - Диана Бош

Кот Вантуз терся о ее ноги и настойчиво мяукал, привлекая к себе внимание.

— Что ты хочешь мне рассказать, малыш? — Есия, не раздеваясь, взяла его, и кот благодарно потерся мордой о ее руки.

— Еська, к тебе можно? Чего опять с открытой дверью сидишь? — На пороге возникла Софья с неизменным шитьем в руках. — Где самый «старший»? У бабушек?

— Ага. Заходи, подруга. Гостем будешь.

Есия спустила кота на пол.

— Слушай, меня сегодня с такой гадалкой познакомили — это что-то! Хочешь сходить погадать? — Софья прошла в гостиную и плюхнулась на диван.

— Я и так все знаю. Что она мне может нового рассказать?

— Ну и зря. О, слушай, я сегодня такую прикольную статью прочитала! О поцелуях. Вот скажи, что ты о поцелуях знаешь?

— Да кое-что знаю, — иронично фыркнула Есия, снимая пальто и вешая его в прихожей. — Еще в школе, помнится, мы в девичьих дневничках писали: «Умри, но не давай поцелуя без любви».

— Это все устаревшие предрассудки, — убежденно отмахнулась Софья. — По новым данным, именно поцелуй позволяет нам понять, подходим мы друг другу или нет.

— Мы?!

— Я имела в виду мужчину и женщину. Пару.

— Ага. И что дальше?

— Когда мы целуемся, то сразу чувствуем либо притяжение, либо отталкивание. То есть когда в детстве, мечтая о первом поцелуе, мы придавали ему значение вселенского масштаба, это была не такая уж и глупая идея. — Софья встала и включила телевизор.

— Ой, ну надо же какое открытие. «Британские ученые», наверное, постарались? Они уже давно стали аналогом «армянского радио» в Интернете.

— Не все то, что в Интернете пишут, неправда.

— Ладно, я пошла в душ, а ты располагайся. Машинку, сделай одолжение, сама достань, — покосившись на Софьино шитье, сказала Есия.

Струи воды лились на лицо, снимая напряжение. Есия долго стояла так, не шевелясь, потом зачерпнула ладонью скраб и нанесла его на тело.

— Есия! — отчетливо донеслось из-за двери.

— Что случилось? — откликнулась она сразу.

Поскольку ответа не последовало, Есия включила сильнее душ и начала смывать скраб.

В дверь ванной постучали.

— Еська, ты чего меня звала? — весело поинтересовалась Софья. — Полотенце забыла?

— Я тебя не звала! — крикнула Есия. — Это ты звала меня!

Наскоро смыв скраб и обмотавшись полотенцем, она вышла из ванной и сразу пошла на кухню ставить чайник. Софья в нерешительности мялась в коридоре рядом с дверью.

— Есь, что-то мне страшно. Ходит кто-то, вздыхает, половицами скрипит. Я четко слышала, как ты меня звала, а ты говоришь — ничего не было.

— Расслабься, тебе послышалось, — отмахнулась Есия.

— Все-таки надо тебе к гадалке сходить. Сама ты во всем этом не разберешься.

— Да чем гадалка-то мне поможет?! Зоська, не провоцируй меня.

— Вот ты дурында! — Софья всплеснула руками. — Да порядок она тебе навести в своих мыслях поможет. А заодно и расскажет, отчего у тебя и в доме, и в жизни такая вот чертовщина творится. Скажите, пожалуйста, не звала она меня. Но кто-то же звал! Я это четко слышала, прям над самым ухом имя назвали… — Она удалилась, непрестанно бурча.

Только добившись от Есии обещания сходить к гадалке завтра же, Софья ушла. Причем случилось это поздно, потому что Софье пришлось брать подругу измором.

— Ладно, пойдем, но я во все это не сильно-то верю, — нехотя согласилась Есия.

— В гадание не веришь? — вытаращила глаза Софья.

— В гадалок. Наговорят всякой ерунды, а ты потом переживай. Сколько уж мне гадали, кроме тебя, разумеется, никогда ничего не сбывалось.

— Ой, да ладно. Не льсти мне. Я свои способности знаю. Но понимаешь, очень тяжело близким подругам гадать: ты ведь уже в ситуации и в курсе всех дел. А потому и эффект меньше. А вот когда незнакомый человек тебе правду говорит — это бомба.

— Может, тогда все-таки не надо? — усомнилась Есия. — Бомбы мне только не хватало.

— Ты слушайся меня, я плохого не посоветую. Арина знаешь какая! Да она не просто гадалка — она ясновидящая. И я вообще не понимаю, как она это делает! Это что-то необыкновенное, я тебя уверяю.

— Ладно, уговорила. Завтра после работы пойдем.

— Я договорюсь. Только смотри, не передумай, — и Софья погрозила подруге пальцем.

После ее ухода Есия отправилась стелить себе постель. Спать хотелось смертельно. Но привычка сидеть перед сном с компьютером оказалась сильнее. Не зря великий поэт Пушкин писал, что «замена счастию она». Поэтому, несмотря на слипающиеся глаза, Есия вошла в Интернет. Сразу на нижней панели замигал квадратик нового письма.

Она открыла электронную почту. Адресант — Герман Ольховский.

«Есия, — писал он, — не знал, появишься ли ты в Сети или нет, потому решил воспользоваться электронной почтой, указанной в контактах. Я снова уезжаю, на этот раз надолго. Не знаю, будет ли у меня регулярный доступ в Интернет. Я давно искал сведения о своих биологических родителях и собирал информацию о своей родословной. И нашел нечто интересное. Считаю, нам нужно обязательно увидеться. Напоминаю, что в конце мая — начале июня собираюсь быть в Москве. О своем приезде обязательно сообщу. Герман Ольховский».

Есия перечитала письмо несколько раз.

— Ольховский… Где-то я уже слышала эту фамилию, — сказала она в ухо дремлющему рядом Вантузу, и он лениво тряхнул головой. — Где-то слышала… И мне даже кажется, в сочетании с именем.

Есия запрокинула руки за голову и, уставившись в потолок, начала вспоминать. Картины прошлого закрутились хороводом, и вдруг она вспомнила.

Это было лет десять назад, в летнем лагере на Черном море. После окончания первого курса юридического факультета Есия поехала туда работать вожатой. Когда смена закончилась и вещи были собраны, Есия пришла попрощаться с морем. Сидя на берегу, она кидала в воду плоские камешки и размышляла. Мысли были не слишком веселые. Ее романтические отношения с однокурсником Димой Бычкаускасом, завязавшиеся в лагере, оставили неприятный осадок. Перед самым отъездом Есия застала его в обществе двух обнаженных девушек. Барышни работали в лагере поварихами, но, судя по открывшейся Есии сцене, мечтали о карьере порноактрис.

Постояв несколько секунд в оцепенении, Есия молча повернулась и ушла.

— Ты все не так поняла! — догнал ее на лестнице Бычкаускас и, схватив за локоть, рывком повернул к себе.

Тонкая ткань платья затрещала.

— Отпусти. Иди к ним, тебя ждут. — Есия зло прищурилась.

— Понимаешь, это все ерунда. Мне просто захотелось попробовать, как это бывает. Но люблю я тебя!