Танец на кладбище - Линкольн Чайлд

Прождав Пендергаста в вестибюле городского совета больше десяти минут, д’Агоста пошел разыскивать нужный офис самостоятельно, что заняло у него еще столько же времени. Наконец он остановился перед закрытой дверью, на которой висела пластмассовая табличка с надписью:

Марти Вартек

Исполняющий обязанности заместителя директора

Управление жилищного строительства Нью-Йорка

Район Манхэттена

Д’Агоста осторожно постучал.

— Войдите, — откликнулся жиденький мужской голос.

Войдя, лейтенант увидел неожиданно просторный и комфортабельный кабинет с диваном и двумя мягкими креслами, напротив которых располагался письменный стол. В нише сидела секретарша из категории так называемых старых кошелок. Единственное окно выходило на лес небоскребов Уолл-стрит.

— Лейтенант д’Агоста? — осведомился обитатель кабинета, поднимаясь из-за стола и указывая на кресло.

Но д’Агоста сел на диван — он выглядел более располагающе.

Мужчина обошел стол и опустился в кресло. Д’Агоста незаметно оглядел его: маленький тщедушный человечек в плохо сшитом коричневом костюме, лысая голова с редкими клочками волос, лицо с порезами от бритвы, хитрые бегающие глазки, трясущиеся ручки, плотно сжатые губы и весьма самодовольный вид.

Д’Агоста вынул жетон, но Вартек отрицательно покачал головой:

— Не надо. И так видно, что вы детектив.

— Неужели?

Лейтенант был несколько задет. Именно такого приема он и ожидал. «Винни, голубчик, держи себя в руках».

Последовало молчание.

— Может быть, кофе?

— Одинарный, если можно.

— Сьюзи, два одинарных кофе, пожалуйста.

Д’Агоста попытался собраться с мыслями. В голове у него был полный сумбур.

— Мистер Вартек…

— Зовите меня просто Марти.

«Парень старается держаться по-дружески. Не стоит лезть на рожон».

— Марти, я пришел, чтобы поговорить о Вилле, который находится в Инвуде. Вы о нем знаете?

Марти осторожно кивнул:

— Я читал о нем в газетах.

— Мне бы хотелось знать, как так получилось, что эти люди безнаказанно оккупировали городскую территорию и закрыли туда доступ.

Прозвучало несколько резковато, но д’Агоста был слишком измучен, чтобы миндальничать.

— Видите ли, лейтенант, существует такое юридическое понятие, как «предиальный сервитут», или «владение, основанное на утверждении правового титула вопреки притязаниям другого лица», — начал Вартек, расставляя кавычки нервными подергиваниями пальцев. — Оно подразумевает, что если земельный участок был занят и открыто использовался без разрешения владельца в течение определенного периода времени, то пользователь получает определенные законные права собственности. В Нью-Йорке этот период составляет двадцать лет.

Д’Агоста недоуменно посмотрел на Вартека. Все сказанное было для него китайской грамотой.

— Извините, я вас не совсем понял.

Чиновник вздохнул.

— Жители Вилля заняли этот участок еще во времена Гражданской войны. Там стояла заброшенная церковь с множеством пристроек, и они, насколько я понимаю, просто поселились в ней. В те времена в Нью-Йорке многие самовольно селились на свободной земле. В Центральном парке было полно таких поселенцев — там строили маленькие фермы, свинарники, лачуги и все такое прочее.

— Но сейчас их там нет.

— Да, вы правы. Когда там решили устроить парк, всех поселенцев выгнали. Но северная оконечность Манхэттена всегда была ничейной землей. Там каменистая почва, совершенно непригодная для культивации или строительства. Инвудский парк появился только в тридцатые годы. К этому времени жители Вилля уже приобрели право на владение землей.

Бесстрастный лекторский тон Вартека привел д’Агосту в раздражение.

— Послушайте, я вообще-то не юрист. Но мне известно, что они не являются собственниками этой земли и не имеют права закрывать туда доступ. И я до сих пор не получил объяснений, как такое стало возможным.

Сложив на груди руки, д’Агоста откинулся на спинку кресла.

— Лейтенант, я пытаюсь вам объяснить. Они живут там уже сто пятьдесят лет. И они приобрели права на эту землю.

— И право перегораживать городскую улицу?

— Вероятно.

— Значит, я могу возвести баррикаду на Пятой авеню? Получается, что я имею на это право?