Рагу из любимого дядюшки - Наталья Александрова

Я поблагодарила Евгения Стратилатовича, забрала завещание иписьмо и отправилась по своим делам, оставив их с секретаршей разбиратьразгромленный архив.

На улице светило солнышко и пахло весной. Я вдохнула воздухполной грудью и вдруг ощутила, как безумно устала за последнее время. Сначалаболела мама, потом последовал ужасный год после ее смерти. Потом начались этизаморочки с бандитами и Никитой. И что в результате? Да ничего. Я так жеодинока, как раньше. Еще Ленка больна и ничем не может мне помочь, хорошо хотья ее вытащила из передряги. Из друзей у меня один только кот, да еще бабушкаСофья якобы присматривает сверху. Но это весьма проблематично… Однако нужносрочно прекратить распускать нюни, что я и сделала.

Остаток дня мы с Багратионом сидели на диване и занималисьгазетами. Сначала я внимательно прочитывала объявления о найме на работу иотмечала подходящее красным фломастером. Потом звонила по этим телефонам иполучала почти везде отказ — либо место уже занято, либо голос мойработодателям не нравился, после чего газета поступала в полное распоряжениекота, который с видимым удовольствием раздирал ее на мелкие кусочки.

Наутро позвонила Ленкина мама и просила навестить ее дочь,потому что она сама простудилась, все тело ломит, и она боится принести вбольницу грипп. Разумеется, я согласилась.

Ленка выглядела гораздо лучше. Она сказала, что ей здесь досмерти осточертело, что с трудом, но уговорила врача ее выписать, и попросиламеня немного подождать в приемном покое, пока она заберет вещи и получитдокументы.

Я сидела в коридоре на обитой потертым дерматином скамеечкеи перебирала в уме события последних дней. Мне казалось, что я упускаю из видучто-то очень важное, что какая-то очень существенная деталь все времяускользает от меня…

Народу в коридоре не было — больных сюда не выпускали, аврачи занимались своими делами. Неожиданно рядом со мной бесшумно приоткрыласьдверь кабинета, оттуда выскользнула фигура в белом халате и марлевой маске, и,прежде чем я успела испугаться, на мою голову натянули плотный полиэтиленовыйпакет.

Я попыталась сорвать его, но мои руки прижали к туловищу, апакет перехватили на шее веревкой, полностью прекратив доступ воздуха. Ябилась, как выброшенная на берег рыба, в глазах у меня потемнело. Кровь стучалав голове тяжелыми неровными ударами.

Моими действиями руководил не разум, а только жадное, животноежелание жить, дышать… Это был какой-то первобытный инстинкт, унаследованный отдалеких пещерных предков… Из последних сил извернувшись, я соскользнула соскамьи, упала на холодный каменный пол, при этом убийца на долю секунды утратилравновесие, покачнулся… я изо всех сил пнула его ногой, кажется, попала поколену. Он вскрикнул и ослабил хватку. Я высвободила руки и сорвала пакет сголовы…

Никогда в жизни воздух не казался мне таким прекрасным,таким благоуханным! Я дышала и не могла надышаться.

И тут в моей памяти всплыла совсем недавняя сцена, когда яточно так же не могла надышаться после того, как чудом спаслась от удавки в томсамом злополучном поселке Листвянка…

Вместе с этой мыслью ко мне вернулась способностьсоображать. Я повернула голову, пытаясь понять, куда исчез убийца и почему онне доводит до конца начатое дело, не пытается меня убить. Сейчас это было быочень легко, я совершенно обессилела и не смогла бы оказать ему серьезногосопротивления.

Боковым зрением я заметила убегающего по коридору человека вбелом халате, и в ту же секунду он скрылся за поворотом. Тут же я поняла, чтоего спугнуло: с другой стороны ко мне приближалась группа врачей, возглавляемаявысоким дородным мужчиной лет пятидесяти. Судя по его важному, начальственномувиду, это было какое-то местное медицинское светило — главный врач, илипрофессор, или заведующий отделением, в окружении своей свиты производившийобход подведомственной территории. Ослепительно белый, накрахмаленный дожестяного скрипа халат, надменное лицо с густыми темными бровями, белаяшапочка, надетая так, словно это корона, — все вместе производилоцарственное, монументальное впечатление.

— Чтобы к завтрашнему дню все было сделано! —говорил профессор кому-то из своих спутников, и тот, кивая, быстро записывалраспоряжения в блокнот, стараясь не сбиться с шага и не отстать от шефа.

Поравнявшись со мной, светило удивленно застыло на месте,густые брови поползли вверх.

— Это что? — спросил профессор у своихподчиненных, указывая на меня. — Почему у нас больные на полу?

Только сейчас я сообразила, что лежу на холодном и грязномлинолеуме, куда упала во время борьбы с убийцей, и представляю собойчрезвычайно жалкое и неприличное зрелище.

— Я не больная, — отозвалась я, ухватившись застенку и неловко поднимаясь на ноги.

— Тем более! — Голос светила набрал гневнуюмощь. — Почему у нас посторонние на полу?

— Разберемся! — раболепно отозвался от лица свитычеловек с блокнотом, делая там очередную пометку. — Немедленно во всем разберемсяи доложим, Георгий Вахтангович!

Я не стала дожидаться, пока со мной «разберутся и доложат»,и торопливо зашагала по коридору, оглядываясь по сторонам. Впрочем, здесь почтивсе ходили в одинаковых белых халатах, и я не узнала бы своего неудачливогоубийцу, даже если бы столкнулась с ним лицом к лицу.

Внизу, в вестибюле, оказалось полно народу, так что можнобыло не опасаться внезапного нападения. Я стояла, наблюдая за лестницей, чтобыне упустить Ленку, и думала. Последнее неудавшееся покушение, если можно таквыразиться, очень благотворно повлияло на мои мыслительные способности. Такоевпечатление, что голову продуло хорошим сквознячком. Потому что все события,случившиеся со мной, обрели смысл и выстроились в стройную систему. Кто-тохочет меня убить. В первый раз это случилось на даче, где чуть не взорвалсягазовый котел. Я-то думала, что убить хотели Ленку, но она тут абсолютно ни причем, просто так все совпало. Охотились, несомненно, за мной, потому что Ленканикому не мешала, за муженьком своим не следила, о деньгах в сумке понятия неимела. Убивать ее не за что… А меня за что? Вот это вопрос! Я-то, конечно, тоженикому ничего плохого не сделала, но по всему получается, что кому-то сильномешаю.

Я мысленно перебрала все случаи покушений: газовый котел надаче, потом возле дома, когда мы столкнулись с Ленкой и мне показалось, что натой стороне улицы на чердаке сидит снайпер. Вполне вероятно, что так и было,только убить хотели меня. Но я плюхнулась на асфальт и Ленку за собой потащила.

И когда я выслеживала Никиту, тот тип в Листвянке неслучайно напал на меня. И если бы случайно не подвернулся Олег, то меня бы ужена свете не было. Потом льдина, свалившаяся на голову, и вот сегодня вбольнице. Тут уж я сама не сплоховала либо прабабка Софья помогла…

Что же мне делать? Как выяснить, что нужно от меня томутипу? Из-за чего меня хотят убить? Олег… Олег, несомненно, может мне помочь. Унего связи где-то там в спецслужбах, он взял мой телефон и сказал, что не хочетменя так просто отпустить, а самое главное — он присутствовал при покушении изнает, что я ничего не придумываю.