Коварство и свекровь - Наталья Александрова

Это прозвучало несколько двусмысленно. Чтобы снять возникшуюнеловкость, Сыроежкина добавила:

— Потом будет летний суп-окрошка и шашлык по-карски!

В другое время Леонид Петрович, он же Леня Маркиз, не устоялбы перед таким заманчивым предложением. Но сейчас он не мог отвлекаться. Онискал Лолу, в его ушах звучал ее голос, в ужасе повторяющий:

«Спаси меня, Леня!»

Поэтому он с сожалением отказался от предложенного угощения,сославшись на неимоверную занятость, еще раз осмотрел здание интерната инаправился к своей машине.

Около крыльца его поджидал Помпинчук. Осторожно взяв ЛеонидаПетровича за локоть, он вполголоса проговорил:

— Я надеюсь, вы составили о нашем интернате не самоехудшее представление?

С этими словами он осторожно вложил в начальственный карманплотно набитый конверт.

— Не самое, — ответил Леонид Петрович. —Самое худшее впечатление у меня осталось после посещения колонии строгогорежима «Голубая незабудка». У вас все-таки несколько лучшие условия содержанияконтингента.

С этими словами гость сел в машину и покинул интернат.

Помпинчук растерянно смотрел вслед высокому гостю и пыталсяпонять смысл его прощальной фразы, Все-таки, снимут руководство интерната илинет?

Машинально сунув руку в карман своего пиджака, Помпинчук судивлением обнаружил непонятно как вернувшийся туда плотно набитый конверт.

«Точно снимут! — подумал он в панике. — Да еще ипод суд отдадут! Если все всплывет, светит как минимум восемь лет сконфискацией… А все Сыроежкина, не оправдала доверия, не справилась с задачей!Раньше у нее таких проколов не случалось. Наверное, стареет, с перебоямиработает! Придется подбирать новую кандидатуру».

Отъехав от ворот интерната, Леня разочарованно проговорил:

— Здесь Лолки точно нет! И дом не похож на ее описание,и с телефоном прокол… давай, Ухо, покатаемся немножко вокруг, может, увидимчто-то подходящее.

Они больше часа объезжали окрестные деревни, но ничего хотьсколько-нибудь похожего на дом, о котором говорила Лола, им не попадалось.Деревенские дома были самые обыкновенные — бревенчатые, или обшитые вагонкой,выкрашенные в традиционные цвета — зеленый, желтый, коричневый. Пару раз попалисьсолидные двухэтажные коттеджи из силикатного кирпича или из бетонных блоков,выстроенные кем-то из местного начальства или приезжими из города, но ни одиниз них нисколько не походил на Лолино описание. Кроме того, эти коттеджи былислишком на виду, слишком близко к соседним домам, так что спрятать в нихпохищенного человека было бы весьма затруднительно.

Леня все больше мрачнел. Надежда отыскать Лолу таяла скаждой минутой. Наконец он тяжело вздохнул и сказал:

— Все, Ухо, мы тут только зря время теряем. Поехалидомой. Попробую через телефонную станцию что-нибудь пробить…

— Домой так домой, — невесело отозвалсяУхо. — Сейчас мы по этой дороге срежем, здесь до шоссе должно быть близко…

Он свернул на плотно укатанную грунтовую дорогу, котораявела через густой ельник. Дорога была ровная и широкая, видно было, что еючасто пользуются. Около километра она шла прямо, потом свернула налево. Ельниксменился светлым сосновым лесом. В стороне от дороги, за деревьями, мелькнулвысокий глухой забор. Точнее, самая настоящая стена.

— Ну-ка, притормози! — скомандовал Маркиз.

Он выбрался из машины и пошел через лес. Скоро онприблизился к каменной стене, такой высокой, что за ней ничего не было видно.Леня огляделся, увидел корявую сосну с низко расположенной развилкой ивскарабкался по ней, насколько удалось.

Ему удалось разглядеть за стеной черепичную крышу и верхнийэтаж серого каменного дома. Над окном второго этажа мелькало что-то сине-белое.Леня вгляделся и разглядел подвесное кашпо с ампельной петуньей. Сине-белыецветы, точно такие, о каких говорил Анатолий Иванов. Цвета футбольного общества«Зенит».

Леня поднялся еще немного. Тонкий сук под ним затрещал, иему пришлось попятиться. Но он разглядел в дальнем конце стены ворота. Они какраз отворились, чтобы пропустить черную машину с тонированными стеклами.