Панихида по создателю. Остановите печать! (сборник) - Майкл Иннес

Слабоумный юноша из Эркани – или «недоумок» на жаргоне местных жителей, – как и предсказывал Гилби, добрался до Кинкейга на рассвете в день Рождества. Причем он дошел до такой степени изнеможения, что потребовалось некоторое время, прежде чем он сумел говорить более или менее внятно. И только между девятью и десятью часами утра были приняты первоначальные эффективные меры. Доброволец вызвался отправиться в Данун, чтобы вызвать доктора, потому что телефонная связь той ночью оборвалась. Но даже если бы с врачом связались быстро, задержка становилась неизбежной. Кратчайший путь в Эркани для доктора Ноубла лежал по льду замерзшего озера Кайли, а на подготовку транспортного средства, пригодного для такого путешествия, ушло несколько часов. Такая же проблема встала и перед органами правопорядка. Констебль из Кинкейга с полным на то основанием сомневался, что сумеет найти дорогу в Эркани без помощи Таммаса. А Таммас нуждался в продолжительном отдыхе. В результате Таммас, констебль и еще два крепких парня из поселка смогли тронуться в путь только после полудня. Настроение у участников похода было далеко не радужное; констебль не произносил этого вслух, но про себя всерьез готовился брать штурмом замок, ставший цитаделью темных сил. И все же, совершив поразительно быстрый марш, они достигли Эркани в начале пятого пополудни. Констебль осмотрел башню и мертвое тело, снял показания, запер все важные помещения на ключ, выпил чаю, после чего стало ясно, что время слишком позднее для рискованного возвращения в Кинкейг в тот же вечер. Однако один из добровольцев отчаянно рвался вернуться немедленно (как подозревал Гилби, у него было назначено важное свидание с девушкой). Он пустился в дорогу один, и ему сопутствовала удача. Уже к девяти часам он благополучно прибыл в городок, куда доставил первые новости о сделанных констеблем предварительных выводах. К тому моменту восстановили телефонную связь, и полицейские в Дануне получили всю доступную тогда информацию. Вероятно, ее предоставила миссис Джонстон – начальница почтового отделения. Тем временем в Эркани прибыл доктор Ноубл, сумевший пересечь озеро по льду. Вместе с констеблем и еще одним добровольцем из Кинкейга ему пришлось провести в замке ночь.

Четверг двадцать шестого декабря – день моего собственного путешествия на север – был ознаменован прибытием старших полицейских чинов и шерифа графства, человека, обожавшего приключения и привлеченного аурой тайны, зарытой в глубоком снегу. До Эркани он добирался через Кинкейг в сопровождении своего помощника, которого, впрочем, бросил на полдороге, достиг замка, сделал записи, объявил, что лично возглавит следствие, после чего удалился, нашел по пути своего помощника уже в критическом состоянии и дотащил на плечах до городка. Затем он съел на ужин невероятное количество блюд, что потом в красках описывали супруги Робертс, расстроил миссис Робертс, выпив полторы бутылки скверного кларета, и уехал наконец в Данун, пообещав прислать назавтра целую армаду снегоуборочных машин. Признаюсь, что эта часть моего повествования не имеет прямого отношения к описанию трагических событий. Зато читатель получит более четкое представление о работе правоохранительной системы в этой части Соединенного Королевства.

Затем Гилби объяснил, каким образом оказался в городке этим утром. Среди нагромождения прочих вещей в маленькой спальне башни он обнаружил пару лыж, припомнил, что дорога в сторону Кинкейга должна идти в основном под гору по поросшим не слишком густым лесом склонам, и убедил полицию разрешить ему воспользоваться возможностью. Поход оказался трудным, но закончился вполне благополучно, а у него, как мимоходом заметил Гилби, развился просто зверский аппетит. Ему оставалось только сожалеть, что не нашлось второй пары лыж для моей истинной клиентки – мисс Сибилы Гатри. Новая владелица Эркани ожидала прибытия советника по юридическим вопросам с огромным нетерпением.

Но как только я собрался отказаться от похода, обещавшего стать чрезмерно тяжким для человека моего возраста, прибыли обещанные снегоуборочные агрегаты, вызвав на главной улице городка новое оживление. Два современных мощных грузовика миновали нас с ревом двигателей и удалились в сторону Эркани. Хорошо, что я не отпустил на ночь своего шофера, и нам оставалось лишь сесть на удобные сиденья, чтобы в комфорте и без малейших неудобств последовать за снегоочистителями. Мне уже доложили, что тело собирались перевезти в город сегодня же вечером, а расследование оперативно провести в доме священника непосредственно перед похоронами, и потому я счел крайне важным добраться до замка как можно скорее. Мне предстояло выслушать поручения клиента, провести анализ и сделать собственные выводы, чтобы затем с уверенностью принять участие в процедуре слушаний по делу. Гилби чувствовал себя хранителем маяка, который выстоял в бурю, передал свои полномочия сменщику, а теперь с чистой совестью налегал на овсяное печенье и мармелад. Мне стоило некоторых усилий убедить его снова тронуться в путь, и мы выехали в сторону Эркани вскоре после половины десятого утра. Мы уже собирались покинуть «Герб», когда ко мне подошла миссис Робертс и спросила не без явной личной заинтересованности, не смогу ли я хотя бы кратко побеседовать с одним человеком? Это был тот, у кого спряталась от призрака миссис Макларен – обувной мастер Эван Белл. Я не мог найти благовидного предлога, чтобы отказаться от встречи. Гилби сделал вид, что ему необходимо запастись в дорогу табачными изделиями, и на время удалился. А меня провели в частную гостиную, где уже ждал посетитель.

Надеюсь, мистер Белл не сочтет это нескромным, если я опишу вам его как человека надежного и в чем-то поразительного. Атлет, ближе к старости занявшийся профессией одного из библейских патриархов – так я бы нарисовал читателям образ, представший передо мной. Размах его плеч подошел бы скорее молотобойцу-кузнецу, нежели сапожнику; в доброжелательных чертах лица угадывалась суровость одного из столпов местной церкви, какую любил отображать в карандашных набросках Уилки^[36]. Он приветствовал меня церемонным поклоном и сказал, что, насколько ему известно, мне поручено участие в разбирательстве по поводу печальных событий в замке.

– Мистер Белл, я вызван сюда, чтобы стать советником по юридическим вопросам для мисс Гатри. Как вам, вероятно, известно, эта американская леди находилась в замке на момент гибели мистера Гатри.

– И она, несомненно, приходится родственницей покойному лорду?

Я еще раз внимательно пригляделся к мистеру Беллу. Он по-прежнему производил впечатление весьма серьезного пожилого человека, явившегося ко мне не просто для удовлетворения своего праздного любопытства.

– Мисс Гатри действительно состояла с покойным в близком родстве, а сейчас претендует на его наследство, то есть на все поместье в целом.

Эван Белл вновь низко склонил передо мной голову.

– Но меня к вам привело не это, мистер Уэддерберн, а озабоченность судьбой двух человек, покинувших замок. Мисс Мэтерс и юноши по фамилии Линдсей. Меня волнует, что если смерть бывшего владельца Эркани сочтут не просто несчастным случаем, их исчезновение могут неверно истолковать и каким-то образом связать с его гибелью.