Ты меня заворожил - Мэри Хиггинс Кларк

– Ты был прав, Лори ужасно встревожилась, когда я сообщил ей, что ты в больнице, – сказал доктор Моррис Лео Фэрли. – Но я сумел ее успокоить. Она приедет к тебе сразу после съемок, и, как я и предлагал, вы вдвоем позвоните Тимми.

– Да, так легче – знать, что не придется выдумывать, что бы такое ей солгать, – признал Лео. – Ты сказал ей, что я выйду отсюда завтра?

– Я сказал ей, что выпишу тебя утром, если у тебя не будет новых приступов. Еще я сказал, что за все сорок лет моей медицинской практики ты самый капризный пациент, какой у меня был. Полагаю, именно это ее и успокоило, Лео.

Фэрли с облегчением рассмеялся.

– Хорошо, я в это поверю. Но я капризный только потому, что чувствую себя беспомощным, когда все эти датчики и капельницы приковывают меня к постели.

Доктор Моррис постарался, чтобы сочувствие, которое он испытывал, не прозвучало в его голосе.

– Давай надеяться, что у тебя больше не будет сбоев сердечного ритма, Лео. И я могу заверить, что если ты заставишь себя сохранять спокойствие и, возможно, посмотришь какую-нибудь телепостановку, то завтра утром ты уже отправишься домой.

Бруно с ликованием слушал запись. Хакнуть телефон Лео было блестящей идеей. Фэрли уже позвонил начальнику лагеря и сказал, что находится в больнице. И теперь Бруно знал, что Лори и ее отец вместе будут звонить Тимми сегодня вечером.

«Если Лео и Лори поговорят с Тимми около восьми часов, они будут уверены, что все в порядке, и им в голову не придет звонить ему снова до завтрашнего вечера, – думал Бруно. – Я надену полицейскую форму и приеду в лагерь в десять часов. Скажу тому, кто там за все отвечает, что дедушке пацана стало хуже. Если они позвонят в Маунт-Синай, там подтвердят, что в больнице есть такой пациент, но никаких сведений о его состоянии не дадут. Это обязательно сработает».

Бруно был так уверен, что начал подготовку к своей вылазке. В кладовке купальни он положил одеяла и подушку. Будет слишком опасно размещать Тимми в спальне при домике. Мальчишку придется связать и заткнуть ему рот кляпом. Бруно знал, что необходимо соблюдать распорядок дня: рабочий фургон из «Идеального поместья» должен забрать его в конце дня и привезти снова завтра утром. Нужно привезти овсяные хлопья и апельсиновый сок для Тимми. Бруно всегда привозил с собой в пакете свой обед, так что никто не увидит ничего необычного.

Съемочная бригада постоянно оставляла повсюду копии рабочего расписания. Бруно знал, что завтра Пауэлл будет последним давать отдельное интервью, а потом всех будут фотографировать за завтраком, так же, как снимали для начальной сцены.

«Тогда-то и будет наш с Тимми выход, – подумал он. – Я буду держать его за руку и приставлю к его голове ствол. Прикажу Лори выйти, пригрозив пристрелить его. Каждая любящая мать в такой ситуации бросится спасать своего ненаглядного сыночка».

Он рассмеялся низким отрывистым смехом, потом открыл дверь купальни. Выпускница с мужем-калекой сидели на скамье возле бассейна.

Бруно начал тщательно изучать цветы вокруг купальни, выискивая малейшие признаки беспорядка.