Дело о пустой консервной банке - Эрл Стенли Гарднер

Неожиданно Карр задал вопрос мисс Уикфорд:

– Я хотел бы знать, где вы жили все это время, чемзанимались, с кем водили знакомства?

– Вы, конечно, понимаете, мистер, что я была ребенком, когдауехал папа, но у меня сохранились отчетливые воспоминания. Я могу рассказать одомах, в которых мы жили… О некоторых из них, по крайней мере. А вы в своюочередь… вы не могли бы мне ответить, осталась ли от моего отца сколько-нибудьзначительная часть собственности?

– Мы с ним сотрудничали в одном деле, – ответил Карр. – И яникогда не знал, что у вашего отца есть наследники… Образовалось некоесостояние, нажитое в общем деле. Он погиб. Официально я не подсчитывал егодолю. Дело, которым мы занимались, не подлежало разглашению, поэтому исостояние, нажитое на нем, невозможно было предъявить к декларации в судебномпорядке для составления завещания. Нас бы всех обезглавили или повесили, еслибы мы попались на этом. Опаснейшее и самое рискованное в мире занятие, скажу явам, но и самое увлекательное. Нас предал проклятый Иуда!.. Но я выпуталсяблагодаря деньгам. Прибыль от вкладов оказалась немалой. Недавно Гао Луньвспомнил один эпизод из далекого прошлого. Однажды вечером, когда Доу Такерстоял у леера джонки около небольшой китайской деревушки и смотрел, как поодальна площадке танцуют маленькие девочки, показав на одну из них, китаяночку летсеми-восьми, признался Гао, что у него есть дочь примерно такого же возраста…Мне же он никогда об этом не говорил – очень скрытный был в своих личных исемейных делах. Гао Лунь тоже не придал прежде этому особого значения, пока яне заговорил с ним о той ночи, когда Такер был схвачен и убит… Но я устал. Надоподумать еще… Я, пожалуй, последую совету Гао Луня и отдохну немного. Сообщитемистеру Блэйну, миссис, все данные, которые еще сможете припомнить, – о том,где жили, где работали, где учились и все такое… Ответьте на все вопросы,которые могут возникнуть и у мистера Мейсона.

Дорис кивнула.

– Да, и еще, – вдруг добавил Карр. – Вы ведь жили с тетей?

– Да.

– Возможно, найдутся письма от отца и в вещах вашей тети?

– Я об этом как-то не думала.

– А знаете, где они могут быть?

– Нет, не знаю.

– Попробуйте найти их. Он мог писать и ей. До свидания. Нет…не до свидания, держите лучше связь с мистером Мейсоном. Он – мой адвокат. Ипусть враждебность Роднея Уэнстона не очень-то вас удручает. Он здесь ни причем. Это я ему велел относиться скептически ко всем, кто будет обращаться кнему по этому вопросу. Если вы дочь моего партнера, я буду к вам дружелюбен.Если вы самозванка, я упеку вас за решетку. Но не желаю слишком много тратитьвремени на выяснение того и другого.

Мейсону послышалось чье-то прерывистое дыхание: это был ГаоЛунь, и, кажется, он хотел что-то сказать, потом, наверное, самый верный слугапередумал. К тому моменту, когда Мейсон поднял глаза, Гао Лунь стоял абсолютнонеподвижно, вероятно, он даже не слышал их беседы.

– Ты что-то хотел сказать, Гао Лунь? – спросил все же Карр.

– Маски, – только и произнес слуга-китаец.

Девушка вопросительно посмотрела на Карра.

– Это китайский? – спросила она недоуменно.

Сумрачные глаза Карра выразили некое наподобие улыбки.

– Почти китайский, – сказал он. – Это пиджин-инглиш,англо-китайский гибрид языка, характерный для китайских портовых городов.Изумительнейшее из всех слов – это «маски». Оно означает: «ничего», «не важно»…А теперь, дорогая, счастливо! У меня, наверное, для вас скоро будет важнаяновость, но пусть мистер Мейсон еще проверит вас и…

Его речь прервал неожиданный резкий звонок у входной двери.Карр бросил быстрый взгляд на Гао Луня.

– Посмотри, кто пришел! – приказал он. – Я никого не хочувидеть.

Гао Лунь ничего не успел сообщить. Было слышно, как слугаспустился по ступенькам, как открылась дверь, а затем по лестнице раздалисьшаги двух людей и донеслись твердые нотки солидного голоса.

Впереди слуги-китайца шел лейтенант Трэгг.

– Добрый день всем, – сказал он. – Здравствуйте! А, и Мейсонздесь! Э, да с вами молодая дама? Надеюсь, не помешал? Ваш слуга, Карр, сказал,что вы заняты, но для меня служба превыше любезности, лучше я ее проявлюгде-нибудь в другой раз. Надеюсь, вы меня поймете.

Трэгг замолчал и вопросительно посмотрел на даму.

– Мисс Уикфорд, – представил ее Мейсон. – А это – лейтенантТрэгг из отдела по расследованию убийств.

– Убийств! – воскликнула с некоторым испугом мисс Уикфорд.

– Вот именно, – объяснил Трэгг. – Вас, наверное, неинтересуют дела, связанные с убийствами, мисс Уикфорд, но если вы читали вгазетах, то, вероятно, знаете, что один мужчина и его экономка…

– А вы что, занимаетесь этим делом? – перебивая его,спросила она. И по тому, с каким волнением она это сделала, лейтенант понял,что она осведомлена о событии.

Трэгг, сощурившись, посмотрел на девушку.

– Так точно, – сказал он, и в его голосе послышались вдругофициальные нотки. – Они жили в этом доме…

– Здесь, внизу? – переспросила Дорис, глаза ее расширились,взгляд неожиданно помрачнел.

– Да, в квартире прямо под этой, – повторил Трэгг. – Развевы не знали?

Она смотрела на него остановившимся взглядом.

– Нет, – ответила она.

– Простите, – сказал Трэгг, оборачиваясь к мужчинам. – Мнепридется, джентльмены, задать вам несколько вопросов. Давайте мысленно вернемсяназад, к той ночи, когда было совершено убийство. Так вот, Гао Лунь, гденаходились тогда вы?

– В Чайна-Сити. Я навесять мой двоюродный родственник.

– Сколько же у вас двоюродных родственников, позвольте васспросить? – поинтересовался Трэгг.

В глазах Гао Луня на мгновение появилось выражение, подобноенемому восхищению.

– Двасать один, – без запинки ответил он.

Воцарившееся молчание нарушила мисс Уикфорд.

– Двадцать один двоюродный родственник! – смеясь, повторилаона.

– Китайские двоюродные родственники, – пояснил Каррлейтенанту Трэггу, – отличаются от наших. В Китае существует, по сути, всегосто имен. Человек с одинаковой фамилией уже считается родственником.Родственная связь при этом может быть очень отдаленной. Сравнения с тем, чтопринято у нас, не существует. Вот почему любой китайский слуга может сказать одругом китайце: «Он тоже мой двоюродный родственник».

– Понятно, – сказал Трэгг. – Очень интересно! А ваша фамилия– Лунь?