Блондинка в футляре - Татьяна Луганцева

Варвара молча смотрела на него круглыми глазами.

– Ну же! Ты что, передумала?

– Растеряла боевой пыл, – честно ответила она.

Леня подошел к ней, наклонился и поцеловал со всей нежностью, на которую только был способен.

– А сейчас?

– В таком доме ведь должен быть подвал? – вопросом на вопрос ответила Варвара.

– Думаю, что должен быть…

– Может, там есть еще вино? Тогда я точно пойду с тобой, хоть на край света, – Варвара пыталась унять внутреннюю дрожь.

– Я мигом! – тут же понесся по дому в поисках подвала Леонид.

Варвара находилась в состоянии эйфории, для нее это был лучший вечер в компании лучшего мужчины на свете.

Сейчас она решила выпить вина для храбрости и отдаться своим чувствам до конца. Сквозь легкий алкогольный туман она слышала, как Леня громыхнул дверью, пробежал по комнате, снова что-то щелкнуло, и затем раздался его громкий голос:

– Вызови «Скорую помощь»!

– Что? А что случилось? Тебе плохо?! – встрепенулась Варвара.

– Скорее «Скорую»! В подвале окровавленная женщина, но она еще жива! – прокричал в ответ Леонид.

Все поплыло перед глазами Варвары, но она сумела сконцентрироваться на телефоне.

– Я думала, что с меня скальп сняли, – пожаловалась Варваре Арина Резник, лежащая под капельницей в одноместной палате дорогой частной больницы Москвы. Она недавно пришла в себя и еще не знала, что определил ее сюда Леонид.

На самом деле рана у нее оказалась не очень серьезной, правда, она потеряла много крови.

После того как Леонид вызвал «Скорую помощь», он позвонил следователю Артему Ивановичу и рассказал, что случилось. И вот теперь следователь вместе с Леонидом и Варей сидели в палате Арины.

– Господа хорошие, – вытер лоб платком Артем Иванович, – мне во всей этой ситуации непонятно одно. Почему с вами все время что-то происходит и почему вы при этом звоните мне, вызываете меня? Это не мой участок, не мое дело.

– Ну, вы нам стали как родной… все-таки знакомый… – ответила Варвара, но это прозвучало не очень убедительно.

– Ага, есть семейный врач, а я такой семейный следователь. И что у вас произошло? Опять скажете, что ничего не видели и ничего не знаете?

– Как вы узнали? Вы – телепат? – спросила Арина, пытаясь пошевелить бровями и корчась при этом от боли в темени.

– Во началось… висяк на висяке, и зачем вы только мне звоните? – сокрушенно развел руками Артем Иванович.

– Я не виновата! – забеспокоилась Арина, – я сидела весь день над документами, я сама вызвалась помочь подруге. А под вечер ко мне ворвался человек…

– Кто? Как он выглядел? – перебил ее следователь.

– Я не знаю… я его не видела… Он был в маске. Такая черная, трикотажная, с прорезями для глаз. Здоровый такой, думаю, что мужчина, хотя могла быть и женщина спортивного телосложения.

– Он или она что, не говорили? – спросил следователь.

– Нет. Я говорила. Вернее, кричала: «Кто вы такой? Что вам надо? Я вызову охрану!» Глупость, конечно. И так было понятно, что ему надо.

– Что? – заинтересовался Артем Иванович.

– Ограбить, что еще? В маске-то и с какой-то дубинкой в руке, – пожаловалась Арина. – А вот он молчал, а затем резко так стукнул меня дубинкой по голове, идиот! Мог бы попросить, мол, не ори, тетка, а то применю физическую силу, а он прям так сразу – раз, и все! – потрогала голову Арина с гримасой обиженного ребенка.

– И вы отключились? – уточнил Артем Иванович.

– Еще чего! У меня слишком крепкая голова, чтобы я потеряла сознание от одного удара! У этого бандита дубинка была с электрошоком, током-то он меня и доконал. А потом врач сказал, что я упала неудачно, содрав себе кожу с виска.

– Все, умоляю! Хватит! – взмолилась Варвара, – мне сейчас плохо станет. Чего вас всех по голове-то бьют? Точно одна шайка работает, всех глушит по башке, теперь будете ходить с бинтами на голове… А вообще я очень сожалею, но на твоем месте, Арина, должна была быть я.

– Это с какой такой радости? – не поняла подруга.

– Я же сейчас на месте директора, вот меня и должны были свалить, а я тебя попросила помочь, ты и пострадала… как-то это нехорошо.

– Вот что я вам скажу, девочки, на этом месте никто не должен был быть. Это ненормально, когда на людей нападают, бьют по голове или сбрасывают в мусоровоз, – подал голос Артем Иванович.

– Это кого в мусоровоз? – усомнилась Арина. – Вас, что ли?

– Именно, – кивнула Варвара.

– Ну, вы, ребята, и даете. Так я еще дешево отделалась?

– Артем, – обратился к следователю Леонид, – что делать, подскажи? Почему интернат подожгли? Почему напали на Арину, приняв ее за директора интерната?

Артем Иванович виновато поморгал глазами.

– Правильно мыслишь, только ответов у меня нет на твои вопросы, – ответил следователь. – Понятно, что какая-то связь есть между этими происшествиями. А вот что вообще кому-то понадобилось от детей, непонятно! Как-то все сумбурно и глупо, без улик и прямых доказательств.

– А вы хотели, чтобы бандиты вам визитку оставили, где их найти, вместе с объяснительной запиской, зачем они все это делали? – съязвила Арина.

– Мне кажется, товарищ следователь хочет сказать, что не знает причины поджога и нападений на нас. А не знаешь причины – не знаешь и следствия, – сказала Варвара.

– Спасибо, я в защите не нуждаюсь, но сказать хотел именно это, – улыбнулся следователь.

– Я обеспечу охрану детям, – сказал Леонид, – мимо вашего ночного сторожа танки пройдут, он не заметит.

– А вот это правильно, – отметил следователь.

– Ничего правильного! Никакой помощи от вас! – вспыхнула Арина. – Следующей здесь Варвара ляжет также с пробитой головой.

– Типун тебе на язык! – воскликнула Варя, ощутив приступ мигрени. – Я вижу, что тебе уже лучше, пожалуй, мы пойдем?

– Мы? – подмигнула ей Арина, – уже? Наша крепость пала?

– По-моему, у тебя с головой не все в порядке, попрошу врачей обследовать тебя получше, – покраснела Варя.

– Ладно уж… идите. Извините, что прервала ваш романтический вечер, я не виновата, честное слово.

– Балаболка твоя подруга, – заявил Леонид, когда они вышли из больницы.

– Она – молодец! Ни слова упрека, что пострадала за меня, – возразила Варвара.

Следователь аккуратно втиснулся между ними.

– Вас подвезти?

– Пожалуй, – согласилась Варя, смотря на Леонида.

– Ко мне? – спросил он. – Ты не забыла, на чем мы остановились? Я напомню, ведь сегодня все еще мой день рождения.