Пасьянс из визитных карточек - Галина Куликова

Через двадцать минут они уже сидели за столом передэлектрическим самоваром. Прасковья улыбалась им полупустым ртом и радостнокивала перед тем, как ответить на какой бы то ни было вопрос.

– Эта бабка выглядит бодрее, чем курсант на параде, –шепнул Олег, обжигая Сашино ухо своим дыханием.

– Не отвлекайся, – Саша подтолкнула его локтем, какобычно делают приятели. И тут же подумала, что в ответ он вполне мог быущипнуть ее или дернуть за волосы. Ей такая перспектива не понравилась.

«Опять я веду себя не так, как надо, – тоскливоподумала она. – Когда мужик мне не нравится, я его почем зря оскорбляю. Акогда нравится – начинаю вести себя, как товарищ по пионерскому отряду».

Олег, правда, не собирался ее щипать. Он переключил все своеобаяние на старушку, которая то и дело подливала себе в чай «Бальзам Биттнера»,отчего глаза ее сделались подозрительно блестящими.

– Деваха эта, Настюха, ходила по деревне, –рассказывала повеселевшая Прасковья, – и всех расспрашивала про пятницу.

– Про какую пятницу? – уточнил Олег.

– Про ту, кады дачницу убили. Там, в ихнем поселке.

– И вы ей сообщили что-то сногсшибательное, –утвердительным тоном заявила Саша. Она очень боялась, что бабка по какой-нибудьнепонятной причине начнет отпираться.

– Сестру ж ее убили, – пояснила Прасковья. – А ячто? Я только одно ей и сказала. Что кады ехала с рынка, видала в автобусесамого. Хозяина.

– Погодите-погодите. Какого хозяина? – не поняла Саша.

– Председателя колхоза, что ли? – спросил Олег.

Бабка разразилась смехом, откинулась назад, потом промокнулаглаза кончиком своего платка.

– Да нет, хозяина дома ентого. Сережа его звать. Видныйтакой мужчина, все время в галстуке ходит. Даже когда сюды ездит, галстук неснимает. Интеллигентный.

– Хозяин коттеджа – это Яновский, – обернулась Саша кОлегу. – Сергей Яновский. Мы же только что о нем говорили.

– Точно, Яновский, – обрадовалась старушка. – Яего Сережей зову. Случайно-ть с им познакомились. На рынке. Помнится, года ещетри назад...

– Это утром было? – перебил ее Олег, предполагая, чтона рынок старухи ездят ни свет ни заря. – В каком он автобусе приехал?

– Чавой-то утром? Я надумала петрушечку продавать аккурат кпяти, к электричке. Многие уж едут в это время из города, по дороге заходят набазар, а тута я с петрушкой.

– Так во сколько этот автобус шел? – уточнилаСаша. – Где вы Яновского встретили?

– В шесть часов вечера. Тютелька в тютельку он подъезжает,жаловаться нечего.

– И вы Насте Леонтьевой рассказали, что видели Яновского вэтом самом автобусе?

– В точности так.

– Вы еще кому-нибудь про это рассказывали? – вкрадчивоспросил Олег.

– А никто не спрашивал.

– А милиция?

– А чаво милиция? Милиция ничаво не спрашивала. Они дачниковшерстили, соседей, значит.

Олег с Сашей переглянулись.

– В автобусе было много народу?

– У нас всегда много народу, – махнула рукой старушка.

– Значит, Яновского не вы одна видели.

– Да тут мало кто дачников-то в лицо знает. Может, вспомнютмужчину этого, а может, нет. Это ж у меня с им личные отношения наладились. Вотгода три назад...

Старушка принялась рассказывать, как три года назад Яновскийкупил у нее два мешка картошки и целую тележку кабачков. На нее это произвело,судя по всему, неизгладимое впечатление.

– Евойная бывшая ничего сама не сажала. Сетку привязывалапромеж деревьев, забиралась в нее и висела, царствие ей небесное.

В голове у Саши мгновенно выстроился ряд животрепещущихвопросов. Взглянув на Олега, она поняла, что он точно так же взбудоражен новойинформацией.

– Хотелось бы мне знать, что господин Яновский сообщилследователю, – пробормотал Олег, когда они садились в машину.

– А если он ему ничего не сказал?

– Тогда должен сказать нам.