Никому не говори - Алафер Берк

Элли доводилось видеть немало приютов для бездомных. Во время работы в патрульной службе она всеми силами старалась избегать выезда туда по вызовам. Это были грязные ночлежки, переполненные надломленными, отчаявшимися людьми. У нее всегда возникало впечатление, будто стены зданий впитывали в себя горести и печали их обитателей.

Но Центр Надежды для молодых людей не принадлежал к этой категории. Строение с чистым кирпичным фасадом и застекленным атриумом при входе больше походило на центр общины, нежели на приют для бездомных — если не обращать внимания на консьержку с ярко-розовым ирокезом и серебряной цепочкой, соединявшей ее правую ноздрю и ухо.

В парке Вашингтон-сквер какие-либо признаки существования Кейси Хайнца отсутствовали. Мобильный телефон Рамоны отвечал голосовой почтой. Таким образом, Центр Надежды стал следующим пунктом поисков единственного человека, представлявшего интерес для расследования смерти Джулии Уитмайр. Женщина с розовым ирокезом не видела Кейси сегодня, но сказала им, что немедленно разыщет директора центра.

Спустя две минуты их приветствовала женщина с черными, аккуратно уложенными волосами и кожей безупречно алебастрового цвета. Ее строгий костюм и черные чулки отдавали старомодным чопорным формализмом, но это впечатление улетучилось, когда она развела руки в стороны и радушно улыбнулась, словно знала посетителей долгие годы.

— Детективы, меня зовут Чан Мэйри. Добро пожаловать в Центр Надежды. Насколько я понимаю, вы ищете Кейси?

Роган представился, представил Элли и объяснил женщине цель их визита.

— По нашему мнению, Кейси располагает информацией, касающейся дела, которое мы расследуем.

Улыбка директора центра сделалась еще шире.

— Кейси — замечательный человек. Если ему действительно известна информация, способная помочь вам, я уверена, он обязательно поделится ею с вами. Это умный парень, и, я уверена, он добьется в жизни успеха.

— Я побывала во многих приютах, миссис Чан, — сказала Элли, — и не слышала, чтобы кто-то из их обитателей добился больших успехов.

— В этом-то и заключается особенность Центра Надежды. Существуют приюты для матерей с детьми и приюты для взрослых, которые, как правило, имеют какую-либо зависимость либо психическое расстройство или просто махнули на себя рукой. Центр Надежды создан для молодых людей с менее благоприятными стартовыми возможностями, чем у других, которые, тем не менее, все еще пытаются найти свое место в жизни. Мы создаем для этих ребят условия, дабы они могли встать на ноги.

— А каковы были неблагоприятные стартовые возможности у Кейси? — поинтересовалась Элли.

Женщина опустила глаза, продолжая улыбаться.

— Думаю, это дело Кейси решать, с кем ему делиться своими секретами.

— Нам известно, что он транссексуал, если вы это имеете в виду.

— А вы не считаете, что это достаточная причина для того, чтобы у человека возникла необходимость начать новую жизнь?

— А что вы скажете о Брэндоне Сайксе и Вонде Смит? Они тоже ищут возможности, чтобы начать новую жизнь?

По лицу миссис Чан пробежало выражение тревоги.

— Что-то я не слышу от вас дальнейших предсказаний успехов обитателей вашего центра, миссис Чан.

— Пожалуйста, пройдемте со мной.

Они последовали за ней через здание центра, минуя мастерские и маленькие комнаты с койками, пока не достигли крошечного кабинета, в котором помещались лишь письменный стол и два стула.

— Извините за столь стесненные условия. Когда мы строили центр, я решила, что обитателям должно быть отведено максимально возможное пространство.

— Вы здесь с самого начала? — спросил Роган.

— Да. Мы открылись три года назад. До этого я была директором «Оперэйшн Найтуотч». — Элли знала этот временный приют, дававший кров на одну ночь и не обеспечивавший долгосрочного пребывания. — И вдоволь насмотрелась на наших молодых клиентов. Слабые, наивные, они стремились к достойной жизни, но у них ничего не получалось. Вам известно, что каждый второй беглец подвергался дома побоям? Что каждый третий предпринимал попытки самоубийства? А у этих ребят еще есть шанс. У них нет никаких зависимостей, и они не страдают психическими расстройствами. Именно поэтому мы принимаем только молодых людей в возрасте от шестнадцати до двадцати четырех лет.

Элли с сомнением покачала головой:

— В этой возрастной группе не так уж много бездомных.

— У вас не совсем точные сведения. Треть американских бездомных составляют дети. У нас в списке ожидания никогда не бывает меньше пятидесяти имен.

Элли подумала об учениках школы Касден, сидевших на транквилизаторах. Они даже не догадываются, какое счастье выпало на их долю.

— Вы пригласили нас сюда после того, как мы спросили вас о Брэндоне Сайксе.

— Я не люблю говорить плохо о молодых людях, которым мы стараемся помочь.

— И все же?

Миссис Чан положила руку на сердце:

— У меня особое отношение к Кейси. Если причины, побудившие вас встретиться с ним, каким-то образом связаны с этими двумя ребятами, для меня это тревожный сигнал.

— У нас сложилось впечатление, что они друзья.

— Кейси стремится подружиться с каждым. Но не каждый воспринимает его так, как ему того хочется. Что касается Брэндона — я все же думаю, временами он относится к Кейси неплохо. Кейси общается здесь главным образом с девочками. А с парнями у него проблемы. Мне пришлось выделить ему отдельную комнату, по половым причинам. Брэндон совсем другой. Он защищает Кейси от других парней.

— Так в чем же проблема?

— Для Брэндона это третий и последний шанс остаться здесь. Ранее мы были вынуждены уже дважды просить его покинуть центр из-за употребления наркотиков.

— Каких наркотиков?

— Героина. Мы не доносим в полицию на своих клиентов, но и не терпим подобное поведение. В первый раз мы нашли у него небольшое количество порошка и спустили его в унитаз. Два месяца назад у него был обнаружен шприц. Около месяца назад мы приняли его обратно, но, скажем так, у меня есть причины для беспокойства.