Косые тени далекой земли - Осака Го

Кабуки Тикако села на тот стул, где совсем недавно сидел Кадзама Симпэй.

– Какое совпадение! Видно, Мадрид не так уж и велик.

Застигнутый врасплох, Рюмон не нашелся что ответить.

Он вдруг осознал, что в течение трех недель, прошедших после их случайной встречи в испанском посольстве в Токио, он не видел ее ни разу, хотя по телефону они все же разговаривали.

Наконец он собрался с мыслями.

– Я позвонил в «Мемфис», как только зарегистрировался, но тебя там не оказалось. Кто бы мог подумать, что вдруг встречу тебя здесь!

В том, что они встретились, не было, в общем, ничего невероятного, потому что японцы, приехав в Мадрид, первым делом идут прогуляться по Гран Виа.

– Прости, что мне сегодня не удалось встретить тебя в аэропорту. Я хотела приехать, раз ты даже факс мне послал, но не смогла.

– Ничего. Мы ведь оба приехали сюда не развлекаться.

Тикако была одета легко – джинсовая куртка, джинсы и белые теннисные туфли. В руках у нее была видавшая виды холщовая сумка.

Рюмон подозвал боя и заказал две бутылки пива.

– В твоем факсе было написано, – начала Тикако с иронией, – что ты собираешься остановиться в «Вашингтоне». Я подумала – как это на тебя похоже!

– То, что у меня хватает нахальства поселиться рядом с тобой и в то же время хватает деликатности ограничиться соседней гостиницей?

– Ну да. Для второго наверняка потребовалось немало силы воли.

Чтобы скрыть смущение, Рюмон достал сигарету и закурил.

Интересно, что сказала бы Тикако, если бы узнала, что в «Мемфисе» просто не было свободного номера…

Принесли пиво. Они чокнулись.

Тикако отпила примерно половину.

– Послушай, а в чем ты видишь связь между подниманием бутылки двумя пальцами и поисками японского добровольца?

Рюмону пришлось рассказать, как он поспорил с незнакомым японцем и тот выманил у него пять тысяч песет. Тикако покачала головой, похоже, даже с некоторым недоумением. Затем перелила оставшееся пиво из бутылки в стакан, поставила бутылку на горлышко и попробовала поднять ее двумя пальцами.

Тикако шла по Гран Виа впереди Рюмона.

У нее были узкие джинсы, короткие брючины открывали лодыжки, а по бокам брючин шла пестрая вышивка. Рюмон залюбовался ею и неотрывно смотрел на две двигающиеся полосы.

Обернувшись назад, Тикако заметила его взгляд, и на секунду в ее глазах мелькнул упрек.

– Броские, однако, у тебя джинсы, – смущенно проговорил Рюмон.

– А, ты об этом? Мне говорили, что эта вышивка имитирует узоры на брюках тореадоров. Сейчас, говорят, очень модно носить эти джинсы такой длины, чтобы были видны лодыжки.

– Если ты – тореадор, то я с радостью взял бы на себя роль быка.

Тикако засмеялась, отбросив волосы со лба.

Вдруг где-то впереди послышался женский крик, и они остановились.

Люди расступились, освобождая путь человеку с длинными черными волосами, который, как ураган, несся им навстречу. На тротуаре за его спиной лежала женщина в голубом платье и что-то громко кричала, показывая пальцем на удиравшего.

Рюмон тотчас же оттолкнул Тикако в сторону. Затем бросил газету, которая была у него в руке, прямо в лицо бегущему. Тот, стараясь увернуться от нее, немного замедлил бег. Рюмон нырнул под выставленную вперед руку мужчины и, используя инерцию противника, применил сэои,[38]один из приемов дзюдо.

Тот бежал на такой скорости, что, описав широкую дугу, прежде, чем упал, пролетел несколько метров.

Рюмон тоже от силы толчка повалился на землю и перекувырнулся на мостовой.

Когда он поднялся, то увидел, что мужчина, по-видимому здорово ударившись позвоночником, лежал на том же месте, не подавая признаков жизни.

Рюмон подхватил с земли выпавшую из руки мужчины сумку из лакированной кожи. Женщина в голубом платье, тяжело дыша, подбежала к нему, затем, прокричав что-то на непонятном Рюмону языке, выдернула из его рук сумку и удалилась, широко ступая, от чего подол ее платья развевался.

Рюмон ошарашенно смотрел ей вслед.

На него с безопасного расстояния глазели зеваки. Тикако подбежала к нему и прошептала, взяв его за руку:

– Бежим.

– Бежим? Зачем?

– Может, его сообщники где-то рядом, может, прямо сейчас они смотрят на нас. Бежим, пока они не надумали нам отомстить. Как убежала эта неблагодарная баба.

Они пробрались сквозь толпу зевак и бегом направились по Гран Виа на юг.

По дороге Рюмон много раз оглядывался, но, казалось, никто их не преследовал. Пройдя метров сто, они наконец сделали передышку.

Рюмон рассмеялся:

– Неблагодарная баба, да? Это ты хорошо сказала.

Тикако недовольно надула губы:

– Если знаешь выражение покрепче – научи.

Рюмон вздохнул:

– В старые времена в Мадриде такого не случалось. Да к тому же на улице, среди бела дня.

Тикако повесила сумку через плечо и, повернув ее так, что она оказалась перед ней, крепко прижала к себе обеими руками.

– Значит, теперешняя Испания – вот такая. Лучше нам об этом не забывать.

Купив в главном книжном магазине Мадрида карту и расписание поездов, они свернули с Гран Виа в маленький переулок и зашли в небольшое кафе.

Заказали кофе с молоком и чурро – печенье «хворост».

Тикако ела чурро, обмакивая в кофе. Она говорила, что именно так его принято есть.

– Сегодня вечером я думаю посетить ресторан «Ботин».[39]У тебя какие планы?