Страж державы - Алексей Пронин

– Что будем с ним делать? – Сидевшая за рулем Фатима вопросительно глянула на Миссионера.

– Сейчас встанем в тихом уголке и приведем его в чувство. Не хотелось бы, конечно, чтобы он тебя видел, но теперь уже поздно.

– Почему не хотелось?

– Ну, тебе же еще жить и жить. А этот, – показал взглядом на сползшее вниз бесчувственное тело Миссионер, – может подпортить тебе твое существование, если как следует зафиксирует твой фейс.

– А если так? – Фатима одной рукой нашарила в своей сумочке большие черные очки и стянула свои вьющиеся черные волосы узелком.

Миссионер придирчиво осмотрел ее в зеркальце, висевшее на лобовом стекле, и одобрительно ответил:

– Нормально. Тем более что в такой ситуации он вряд ли станет слишком приглядываться к тебе. Останови здесь.

После нескольких чувствительных пощечин Энтони Фишер с трудом разлепил веки. Мутные очертания происходящего вокруг не сразу обрели отчетливые формы. Лицо напротив показалось ему знакомым, отчего сердце забилось в самых дурных предчувствиях. Он попробовал ущипнуть себя, чтобы избавиться от кошмарного сновидения, но улыбающееся лицо мистера Гангренуара не исчезло, а, наоборот, окончательно стало реальным.

– С возвращением, мистер Фишер, – ядовито ухмыльнулся Миссионер. Он вжился в роль и готов был доиграть ее до конца.

Приподнявшись, мистер Фишер, наконец, сообразил, что сидит в незнакомой машине рядом со своим противником. За рулем – какая-то черноволосая красотка. И только сейчас, к своему ужасу, до него дошло, что все это ему не снится. Сильно гудела голова. Он никак не мог собраться с мыслями, пытаясь припомнить, что же на самом деле с ним приключилось. После нескольких неудачных попыток в мозгу щелкнуло, сознание вернулось к нему в полном объеме, и он вспомнил все до мельчайших деталей, до того самого момента, когда инерционная сила толчка Гангренуара отбросила его вперед, на асфальт.

– Где мои люди? Что происходит? – Фишеру не хотелось даже думать о том, что произошло на заброшенном складе. Внутри все похолодело.

– Возьми себя в руки, Тони, – холодно произнес старлей Слобцов. – Это я должен у тебя спросить. Как же так получилось, что вместо денег я чуть не поймал своей простоволосой головой пулю? Отвечай, сука! – Для пущего эффекта Миссионер схватил его за грудки и утопил дуло своего пистолета в его щеке. – Я чудом остался жив. Считаю до трех, после чего продырявлю тебе башку.

Поняв, что отпираться бесполезно, Фишер решил потянуть время.

– Я приехал, как ты и сказал. К трем часам.

– Хочешь сказать, что с тобой больше никого не было, а джип, который перегородил выезд, оказался там случайно. Лучше не юли. – Миссионер сжал зубы и еще сильнее упер ствол в его челюсть.

– Да, я взял с собой еще людей, в целях безопасности, для подстраховки. Но…

– Что «но»? А те, кто был внутри, они откуда взялись?

– А что, – пронзила догадка Фишера, – разве это были не твои люди?

Миссионер разжал руку, державшую Фишера за ворот и немного ослабил давление «стечкина» на его челюсть. Отлично. Клиент начал думать в нужном направлении. Необходимо срочно закрепить успех. Замолчав на время, изображая нешуточную работу мысли, старлей Слобцов отвел от Фишера взгляд. После чего продолжил с более спокойной интонацией, как будто самостоятельно нашел ответы на свои вопросы.

– Кто еще знал о том, где состоится наша встреча?

Фишер ответил не сразу, мучительно размышляя над тем, говорить или не говорить ему всю правду. В душе контрразведчика царил полный хаос. Однако же – Фишер чуть не воскликнул вслух – одна из версий, выдвинутых им на совещании, полностью накладывалась на произошедшие события. Их подставил тот самый русский «крот», который не хотел, чтобы его неприглядная роль в событиях, произошедших в Гонконге, выплыла наружу. И этим «кротом» может быть только один из троих, исключая, конечно, самого Фишера, участвовавших в совещании и знавших время и, самое главное, место их встречи с Гангренуаром, – Уильямс, Робертсон или Стиклер. Запутанный донельзя клубок начинал потихоньку разматываться. Высказывая свои предположения, полковник Тихомиров был не так уж и не прав. В противном случае засевший в Лэнгли на самых верхах агент не стал бы предпринимать столько усилий, чтобы информация, которую прихватил русский полковник, не дошла до адресата.

А что, разве сам Гангренуар, то бишь Алекс Ковальски, не знает заказчика в лицо или хотя бы его имя? Пауза слишком затянулась, и Фишер решил идти ва-банк, чтобы во что бы то ни стало окончательно докопаться до истины, которая была совсем рядом.

– А разве вы не знаете того, кто вам заказал похищение полковника русской полиции?

– Все инструкции я получал через посредника, с которым постоянно работаю.

– Кто он?

Миссионер выразительно посмотрел на Фишера.

– Извините за бестактный вопрос, – поправился тот, поняв, что ляпнул очевидную глупость. – Как я понял, нам обоим нужно найти ответ на один и тот же вопрос.

– Кто подставил кролика Роджера? – усмехнулся Миссионер.

– Вот именно. Поэтому я сформулирую, если позволите, свой вопрос по-другому – какие указания вы получили через посредника?

«Тепло, очень тепло, скоро станет совсем горячо», – с удовлетворением отметил про себя старлей Слобцов.

– Я должен был выкрасть из отеля полковника Тихомирова вместе с документами, а потом в условленном месте передать его заказчику. Дополнительные инструкции на счет встречи с вами, чтобы предложить вам купить документы, я получил в самый последний момент. Никакие документы вам продавать и не требовалось. Видимо, заказчику это нужно было, чтобы запутать ситуацию. Для отвода глаз. Это мое мнение.

– Когда заказчик должен был подъехать?

– Через четыре часа после получения подтверждения о выполнении заказа. Но вы спутали мне все карты. Кстати, а как мой человек? Что с ним?

– К сожалению, его пришлось убрать. Зато ваша подельница успела скрыться с места событий, вы вовремя подоспели. Хорошая актриса, кстати. Вы подобрали неплохой коллектив.

– Чего не скажешь о вас, мистер Фишер, – подколол его Миссионер.