Смерть на фуникулере - Тони Бранто

– Ну, давайте.

– Мистер и миссис Палмер, гостившие с вами в отеле, проходили мимо и слышали кое-что из ваших слов. Из них миссис Палмер предположила, что вы можете проявлять интерес к вашему приёмному отцу…

– И что? – перебила Мэри. – Это не её собачье дело!

– Разумеется. И не моё тоже, – Карлсен прямо взглянул на девушку.

– Тогда зачем вы лезете?

– Понимаете, какое дело, если местная полиция прознает о том, что вы испытываете некие чувства к вашему отцу, то непременно посчитает сей факт убедительным мотивом для убийства.

– Что? – Мэри напряглась с новой силой.

– Подумайте сами. Вы привязаны к отцу, а ваш отец не скрывает, что из всех своих детей он больше всего любит вас. Вы не отрицаете, что знали о веронале у вашей тёти. У вас была возможность его украсть. Так же у вас была возможность подсыпать веронал в травяной ликёр, когда Коннор передал вам бутылку на фуникулёре.

– Вы что, с ума сошли? Да я бы никогда… никогда!

Девушка метала испуганный взгляд с Карлсена на Каннингема.

Карлсен подтолкнул очки и добавил:

– Пятнадцать лет – это возраст, когда мы запутаны сами в себе больше всего.

– Умоляю, послушайте!..

– Добавьте сюда «Молодую мачеху», что в вашей сумочке, и у полиции не останется никаких сомнений в том, о чём были ваши мысли последних дней.

– Всё не так! Не так!

Мэри вскочила на ноги.

– Слушайте, я не знаю, какие у меня чувства к отцу. Он мне не родной, поэтому я думала, что в этом нет ничего такого. Ну, в смысле, что если я буду как-то иначе его любить… Не так, как дочь любит отца. Он всё равно ничего этого не знает. Только не говорите ему!

Карлсен кивнул:

– Мы ничего не скажем.

Девушка принялась ходить по комнате, обхватив себя за плечи. Её бил озноб.

– Кэти, моя подруга из школы, как-то сказала, что ей нравится мой отец. Сказала, что он очень статный и красивый. Я этого никогда не замечала, он мой отец всё-таки.

Мэри повернулась к мужчинам и произнесла жалобно:

– Это чувство к нему… Я не уверена, что я вообще чувствую к нему, ну, что-то такое… Но, возможно, со стороны так кажется, что я что-то к нему испытываю. А на самом деле… не знаю…

Карлсен осторожно спросил:

– Вы делились с мамой тем, что вашей подруге нравится ваш папа?

Девушка, потирая плечи, сказала:

– Да, кажется. Мама часто расспрашивала, о чём я болтала на встречах с подругами.

– И вы ей рассказывали?

– Не всегда, но иногда что-то рассказывала. Да, я сейчас вспомнила. Я говорила ей о том, что Кэти нравится наш папа. Мне было смешно от этой мысли, поэтому я и поделилась этим с мамой.

– Чтобы по-доброму посмеяться над Кэти?

– Да, всё так.

– А Кэти – та самая подруга, которая рекомендовала вам «Молодую мачеху»?

– Д-да, кажется.

Адам кивнул своим мыслям.

– Только прошу вас, – взмолилась Мэри, – скажите этим Палмерам, чтобы они ничего не говорили полиции из того, что слышали! Я ведь правда не убивала маму… честное слово…

Карлсен слез со стола, заявив:

– С полицией буду говорить я.

Он сделал знак Каннингему, тот подошёл и приобнял девушку.

– Спасибо, Мэри, на этом всё.

Уже в дверях Мэри обернулась. Её нос и щёки покраснели от слёз.

– Не волнуйтесь, всё будет в порядке, – сказал Адам Карлсен.