Черные Холмы - Нора Робертс

- Твой отец дал мне ключ. Вообще-то, здесь такие ключи чуть ли не у каждого второго. Какой тогда толк от замка?

- Такие ключи только у тех, кто работает в заповеднике, - Лил и сама удивилась, что оправдывается. Но это из-за страха - в какой-то момент она здорово испугалась. - Иначе нам понадобился бы привратник - открывать ворота каждое утро, чтобы остальные могли войти. Ты что, заехал проверить, все ли в порядке? Надо было просто позвонить. Это сберегло бы тебе массу времени.

- Не так уж много времени я потерял. - Купер вернулся к машине и вытащил из кабины большой лоток. - Это тебе от бабушки. Курица и клецки, - не ожидая приглашения, он переступил порог.

Лил в полной растерянности последовала за ним.

- Очень мило со стороны Люси. Послушай, я признательна тебе за заботу…

- Черт, да у тебя здесь настоящее пекло.

- Просто я замерзла. - В комнате и правда было жарче, чем хотелось бы, но это как-никак ее собственный дом! - Послушай, нет никакой необходимости оставаться здесь на ночь, - это вырвалось у нее в тот момент, когда Купер только снял куртку. - Ты же видишь, я в полной безопасности. У нас с тобой и так был сегодня нелегкий день.

- Именно. И я здорово проголодался. -Забрав у нее лоток, Купер пошел на кухню.

Тихо чертыхаясь на каждом шагу, Лилиан отправилась следом. Надо бы указать ему на дверь, но законы гостеприимства были усвоены ею с раннего детства. Гостя, даже нежеланного, следовало напоить и накормить. Тем более что еду гость привез с собой.

Купер включил микроволновую печь и поставил туда лоток с курицей.

«Можно подумать, - удивилась Лил, - будто это не он здесь гость, а я».

- Курица еще теплая, так что ждать недолго. Надеюсь, пиво у тебя есть?

«И вообще, - мрачно продолжила свой внутренний монолог Лил, - воспитанные люди ждут, когда им предложат выпить».

Она открыла холодильник и вытащила две бутылки пива. Салливан откупорил обе и протянул одну Лилиан.

- Приятное местечко, -он сделал глоток и огляделся.

Кухня была небольшой, но функциональной: много полок и шкафчиков, удобная стойка и маленький столик в углу - все это выглядело на редкость уютно.

- Ты готовишь?

- Если хочу есть, готовлю.

Купер кивнул:

- В этом я тебя понимаю. Когда мне наконец удастся сделать из дома для сезонных рабочих свой собственный, кухня там будет примерно такого же размера.

- Послушай, что ты здесь делаешь?

- Пью пиво. А потом буду есть курицу и клецки.

- Смотри не растолстей.

Салливан сделал еще несколько глотков.

- Я здесь по двум причинам. Точнее, даже по трем. Во-первых, после того, что сегодня произошло, мне хотелось проверить, как ты тут. Во-вторых, Джо попросил меня присматривать за тобой, и я ему обещал.

- Ради бога, не начинай эту песню!

- Я обещал твоему отцу, - повторил Купер. - Так что тут ничего не поделаешь. В-третьих, после того как у нас с тобой не сложилось, ты могла решить, что ничего для меня не значишь. На самом деле это не так.

- Какая разница, что между нами было когда-то? Нужно жить настоящим. Пусть отец считает, что ты присматриваешь за мной. Это его и маму, безусловно, успокоит. Но я не нуждаюсь в няньках. Ружье у меня всегда заряжено, и я умею им пользоваться.

- А ты когда-нибудь стреляла в человека?

- Пока что нет. А ты?

- А я стрелял. В этом и разница, - ответил Купер. - Теория - это одно, а практика - совсем другое. Послушай, Лил, у тебя серьезные проблемы.

- Не думаешь ли ты, что после сегодняшнего…

- Пока мы были наверху, рядом с пумой, этот тип снова вернулся к нашей стоянке. Он разрезал палатки и зашвырнул часть вещей в воду.

Лилиан опять ощутила ком в горле.

- Мне никто ничего не говорил…

- Я сказал, что сам расскажу тебе. Он взял твою рубашку и измазал ее кровью. Все, что он делает, - не случайность. Это направлено против тебя.

Колени у Лилиан дрожали, так что ей пришлось сесть.

- Но зачем?… Какой в этом смысл?…

- Это я и хочу понять. Сейчас мы поужинаем, а заодно я задам тебе несколько вопросов.

- Почему ты, а не Билли?

- Думаю, он появится здесь завтра. А я хочу расспросить тебя сегодня. Кстати, где французский парень?

- Кто? - пытаясь сосредоточиться, Лилиан потерла виски. - Жан-Поль? Он в Индии… По-моему. А почему ты спрашиваешь?

- Вы с ним ссорились?

Лил изумленно воззрилась на Купера. Ей потребовалась пара секунд, чтобы понять, что он спрашивает ее уже как полицейский, а не руководствуясь личным интересом.

- Если ты думаешь, что это сделал Жан-Поль, то глубоко ошибаешься. Он не способен убить животное. И не способен причинить вред мне. Жан-Поль хороший человек. Он любит меня… или, во всяком случае, любил.

- Любил?

- Мы расстались, - Лилиан еще раз напомнила себе, что это не личная беседа. - Мы не виделись с тех пор, как я уехала в Южную Америку. Расстались без ссор, очень мирно. Да, он сейчас в Индии. В командировке.

«Это легко проверить», - сделал себе заметку Салливан.

- Есть кто-нибудь еще? - намеренно равнодушно спросил он. - Кто-то, с кем ты встречаешься, или какой-нибудь незадачливый ухажер?

- Я ни с кем не сплю, - голос Лил звучал очень спокойно. - И никто не пытается за мной ухаживать. Не понимаю, почему ты решил, что это личное.

- Твоя камера, твоя пума, твоя рубашка.

- Камера - это собственность заповедника. Пума моей не была. Она принадлежала только себе и никому больше. А рубашка с таким же успехом могла оказаться твоей, а не моей.

- Однако не оказалась. Может быть, ты кого-нибудь недавно оскорбила? Разозлила?

Лилиан покачала головой:

- Разве что тебя.

- У меня алиби, - он достал из шкафчика две тарелки и две чашки.

Лилиан раздражало то, как Купер ведет себя у нее на кухне. Раздражали его по-хозяйски уверенные манеры. Она осталась сидеть на месте, предоставив Салливану самому искать вилки и хлеб. Купер, в отличие от нее, не испытывал никаких негативных эмоций. Он нашел, что было нужно, и стал раскладывать еду на тарелки.

- Организовать заповедник - не самое простое дело, - продолжил он. - Необходимо получить лицензию…

- А еще оформить кучу документов, заплатить все необходимые налоги и тому подобное. К счастью, земля у нас уже была. Потом, когда мы устроились, удалось прикупить еще немного.

- Не думаю, чтобы все без исключения желали тебе успеха.