Закон маятника - Вероника Вереск

– И правда, здесь его что-то не видно…

– Есть тут одна деревушка, отсюда километров двадцать по грунтовке, а потом по лесу пешком или на лошади – на машине не проедешь. Всех жителей человек двадцать: старухи, алкоголики, пара каких-то чудиков, которым больше деваться некуда. Две трети домов пустует, водопровода нет, электричество и то с перебоями…

– И он что, занял один из домов? – не выдержала я.

– Не просто занял, а на самых законных основаниях! Выбрал двухэтажные хоромы, не совсем в руинированном состоянии, попросил, чтобы я владельца разыскала. А что делать? Всех в районном архиве на уши поставила, интернет перерыла и нашла-таки хозяина этой недвижимости, залягай ее лягушки! Точнее, наследника хозяйки. Он и рад-радешенек за эту развалюху хоть что-то получить, уступил за сущие копейки, да еще и беспроцентную рассрочку предоставил. Откуда у Кольки сейчас деньги? Хотя говорит, что подрабатывает: грибы-ягоды, да еще и соседям помогает. А самое главное, дом и огород поднимает, чтобы Полине его разлюбезной было где с ребеночком поселиться. Ох, чует мое сердце, хлебнет он с ней еще горюшка!

– Хоть смысл жизни появился, и то хорошо. Только ведь он еще недавно был полуживой, а ты говоришь – дом, огород, деревенская жизнь…

– А вот врачи и те руками разводят, говорят: чудеса да и только! Не то чтобы как по волшебству выздоровел, но… Тьфу-тьфу на него, чтоб не сглазить.

– А знаешь, чудеса и вправду случаются, – вспомнила я. – Лет пять назад было у меня расследование, связанное с черными риелторами…

– А как же, помню! Статья «Куда исчезают соседи?». Много шуму наделала.

– Так вот встречалась я по этому поводу с одним потерпевшим. Если бы своими глазами не увидела, подумала бы, что выдумки. Все рождественские истории отдыхают. Одним словом, гражданин одинокий, третья стадия алкоголизма, у всего дома денег набрал «до зарплаты». История обычная: пришли к нему «добрые люди» с ящиком водки, а когда протрезвел, продемонстрировали ему документы, согласно которым его недвижимость теперь принадлежит им. Квартиру типа он им продал, деньги на радостях пропил. Протестовать бесполезно, да и кто поверит алкашу? В итоге оказался гражданин на самом дне, а потом устроился в единственное место, куда всех берут, – сторожем на овощебазу. Денег ни копейки, поэтому стал он питаться тем, что было в пределах досягаемости, а там были фрукты.

– Я тоже хотела на фруктах недельку пожить, – мечтательно вздохнула Алла. – Так ведь Витеньку как без еды оставишь? А потом как-то незаметно с ним за компанию и… Так что дальше с этим потерпевшим было?

– А дальше с ним и случилось то самое чудо, – продолжила я, откровенно любуясь произведенным эффектом. – Пожил он месяцок на яблоках с мандаринами и вдруг понял, что курить ему и не хочется. А потом и к спиртному тянуть перестало. Одним словом, еще через пару месяцев пришел к бывшим соседям приличный человек и деньги, с которыми те давно распрощались, вернул.

– Они же, поганцы, его тем риелторам и сдали, без очков видать! – сердито плюнула Алла. – Ну а квартира-то что?

– Квартира с тех пор уже трех хозяев поменяла, концов не найти. Следствие, конечно, ведется, но… А потерпевший, что удивительно, не особо и переживает.

– Это как?!

– А вот так: устроился он при индийском культурном центре: подметает территорию, на кухне помогает, весь такой просветленный. Чуть следователя не уговорил ехать в Тибет за смыслом жизни. Так что тому, что произошло с Николаем, я почти не удивляюсь.

К реальности нас вернул голос Вадима:

– Эй, девушки-красавицы, вы там скоро? Шашлыки готовы!

Встрепенувшись, мы захлопотали с удвоенной энергией. Вскоре пришли Виктор с Геночкой, осторожно взяли накрытый стол и вынесли во двор. Это и хорошо: в такой прекрасный весенний день сидеть в доме – неправильно с любой точки зрения, и с моральной, и с юридической, и, тем более, с общечеловеческой. Между чурбачками Аллочкин супруг положил доски из сарая, на которых вся компания с удобствами разместилась за столом.

После того как были произнесены тосты за именинницу и за ее родителей, а первая партия шашлыков оказалась съедена, разговор сам собой зашел о недавних событиях, которые больше или меньше затронули всех нас, включая Мыша.

– Гена, ты больше всех знаешь, – умильно начала Алла. – Даже больше меня, простого адвоката… И Викуша тоже сгорает от любопытства. Журналиста если не кормить новостями, захиреет и будет потерян для общества. Ну, пожалуйста!

– Ой, дамы, что с вами поделаешь! – засмеялся Геночка. – Исключительно ради именинницы и уважая ваш с Викторией титанический труд. Вам, конечно, хочется знать про главную злодейку – Полину. Так вот, самое удивительное: полумифический бойфренд из правительства в самом деле существует.

В ответ раздалось хоровое аханье, в котором участвовали не только мы с Аллочкой.

– Правда, все было не совсем так, как госпожа Старикова рассказывала всем направо и налево, желая произвести впечатление. После короткого романа, который имел место в ранней юности, они расстались, и пути их, казалось бы, навсегда разошлись. Но когда карьера молодого человека пошла круто в гору, Полина принялась изо всех сил стараться восстановить прежние отношения, но ее неизменно посылали в географически неопределенную область.

– Это что же получается?! – не выдержала Алла. – При живом муже… и любовнике еще одного мужика охмуряла.

– Не одного, – подхватила я. – Там еще Павел Васильевич фигурировал. Правда, с ним была другая ситуация: двое жуликов пытались обдурить друг друга… Глеб, тебе ведь тут скучно сидеть, признавайся!

– Ага, мумсик, – с достоинством произнес юный джентльмен. – Я лучше побуду главным опахальщиком. При второй партии шашлыков.

– Вот и правильно! – подхватила Алла. – А если не забудешь еще и на угли поливать, чтобы мясо не подгорело, станешь настоящим мастером по шашлыкам.

– Но это еще даже не увертюра, – продолжил Геннадий, когда мы остались в исключительно взрослой компании. – Стоило Николаю создать индивидуальное частное предприятие и снять офис в лабораторном корпусе, как это влиятельное лицо снова возникло на Полинином горизонте.

– Неужели Полина сама во всем призналась? – не поверила Алла. – Как-то на нее совсем не похоже.

– Признавалась и признавалась без умолку, – подтвердил Гена. – Это понятно: человеку вроде нее оказаться в такой обстановке… Здесь даже активная поддержка Николая не особенно много меняет. Вот она и пытается себе выторговать послабления.

– Кстати, – вдруг вспомнила я. – Соседская кошка не на ее совести? Если так, то пускай даже не старается…

– Вечно ты, Виктория, забегаешь вперед. Вадим, будь добр, передай мне еще салатику. Это вы вдвоем делали? Вот не знал за гениями журналистики и адвокатуры таких талантов.

– Ну не вредничай, рассказывай дальше! – не выдержала Алла. – А то попросишь потом у меня блинчиков!