Дом призрака - Наталья Александрова

– Да вон же она! – Надежда подскочила, показывая в проезд между двумя домами. Там, перед каким-то одноэтажным строением, стояла знакомая темная машина.

– Ой, и правда! – обрадовался водитель. – Я ее на дороге ищу, а она в сторонке стоит… видно, уже приехала.

– Спасибо! – Надежда Николаевна сунула водителю деньги и выскочила из машины.

– Стойте, женщина, стойте! – закричал ей вслед водитель.

– Что такое? – оглянулась Надежда.

– Да вон, сумку свою вы забыли!

И в самом деле, на заднем сиденье машины лежала Надеждина хозяйственная сумка с продуктами – хлеб, молоко, купленные у Надиры помидоры.

Надежда вернулась, взяла сумку и снова пошла по направлению к темной машине. На этот раз она шла медленно, стараясь не привлекать к себе внимания.

Надежда оказалась на пустыре, посреди которого одиноко стояло приземистое одноэтажное кирпичное строение с забранными решеткой окнами.

На одной из дверей висела невзрачная табличка: «Ветеринарная клиника».

Для солидной ветеринарной клиники здание было чересчур запущенное, да и не было в нем заметно никаких признаков деловой активности. Даже сама дверь с вывеской выглядела так, как будто ее очень давно не открывали.

Помимо этой двери, имелась еще одна, в торце здания. Как раз возле нее и стоял темный автомобиль, за которым следила Надежда.

Надежда подобралась к самой стене здания и, привстав на цыпочки, заглянула в одно из окон. Окно было пыльное, давно не мытое, и ей не удалось ничего за ним разглядеть. Зато она услышала чей-то приглушенный голос и скрип открывающейся двери.

Надежда спряталась за углом и опасливо выглянула оттуда.

Дверь открылась, оттуда вышла все та же подозрительная брюнетка. Одной рукой она закрывала за собой дверь, другой прижимала к уху мобильный телефон и раздраженно говорила в него:

– Сколько можно! Пора тебе повзрослеть! Я не могу все время вытаскивать тебя из неприятностей!

Она еще что-то пробормотала и убрала телефон. Затем заперла дверь на замок, села в машину и уехала.

Надежда выждала для верности несколько минут, вышла из-за угла и подошла к двери.

Сначала она прижалась к двери ухом и прислушалась.

Из-за двери не доносилось ни звука.

Надежда отстранилась и осмотрела дверь. Она притягивала ее, как магнитом. За этой дверью наверняка спрятаны какие-то важные секреты, и пока брюнетка ездит по своим делам – самый подходящий момент в этих секретах разобраться…

И тут в голове Надежды снова зазвучал внутренний голос – тот самый, который был так похож на голос мужа.

«Даже не думай! – проговорил этот голос. – Вспомни, как ты перелезала с балкона на балкон на головокружительной высоте! Неужели тот случай ничему тебя не научил? Неужели ты не поняла, что давно пора остепениться, оставить свои авантюрные замашки!»

– При чем тут это? – отмахнулась Надежда от назойливого внутреннего голоса. – Это здание вообще одноэтажное, так что ни о какой высоте речи нет!

«Как будто только высота представляет для тебя опасность! Те люди, которые поселились в этом здании, настроены очень серьезно и ни перед чем не остановятся. Неужели ты забыла, как та брюнетка хотела ударить тебя лампой? Если она застанет тебя тут, мало тебе не покажется… неужели ты этого не понимаешь?»

– Не застанет! Брюнетка уехала и вряд ли скоро вернется… у нее без меня хватает дел!

«А ее напарник? Тот человек в куртке с капюшоном? Он еще опаснее…»

– Его здесь тоже нет. Наверное, именно ему брюнетка звонила по телефону…

«А вообще-то, зачем я тебя отговариваю? – сменил вдруг тему внутренний голос. – Все равно ты сюда не сможешь войти, поскольку дверь заперта и ключей у тебя нет…»

– Ты так считаешь? – ехидно проговорила Надежда, запустила руку в карман куртки и нащупала связку ключей, которую нашла возле трупа Валентины. Она машинально сунула их в карман, когда за ней зашел капитан Семужкин…

Надежда попробовала вставить один из ключей в замочную скважину. Первый ключ не подошел, и второй не подошел, но вот третий свободно вошел в скважину. Надежда повернула его – и дверь открылась.

– Вот так-то! – сказала она, ехидно обращаясь к своему внутреннему голосу.

Он ничего не ответил – видимо, от удивления не нашел что возразить.

Зато сама Надежда на мгновение растерялась от мысли, которая пришла ей в голову.

Когда она попыталась открыть дверь, это было чистое наитие. Она вовсе не была уверена, что один из ключей подойдет. Но теперь, когда ключ подошел и дверь открылась, Надежда поняла, что это значит.

Это однозначно доказывает, что тот человек, которого она видела ночью на лестничной площадке и убийца Валентины – одно и то же лицо. Иначе как эти ключи могли оказаться возле трупа?

Но, кроме того, это значит, что он – на самом деле очень опасный. Он уже совершил одно убийство и не остановится перед вторым… так что внутренний голос не так уж не прав…

И еще: в данный момент она, Надежда Николаевна Лебедева, совершает уголовно наказуемое деяние, а именно – вламывается в чужую квартиру. Пускай это не квартира, а ветеринарная клиника, но все равно частная собственность. Так что если ее тут поймают… мало не покажется.

Надежда поежилась, но решила, что эти двое вряд ли станут обращаться в полицию.

Дверь была уже открыта, и Надежда просто не могла не войти внутрь.

И она вошла.

За дверью оказалось большое захламленное помещение, заваленное каким-то барахлом. Здесь валялись пустые картонные коробки, бутылки из-под питьевой воды, обрывки поролона. В дальнем углу комнаты были свалены грудой клетки самых разных форм и размеров – маленькие, куда едва мог поместиться хомяк, и большие, вполне подходящие для крупного животного.

И еще Надежде в нос ударил застарелый запах – запах множества животных, которые прошли через это помещение, запах их болезней, боли и страха… Надежда поморщилась, закрыла нос и рот носовым платком, но не повернула назад.

Она прошла через первую комнату и оказалась в коротком темном коридоре, куда выходило еще несколько дверей. И тут одна из этих дверей медленно приоткрылась.

Надежда охнула, попятилась… но ноги ее от страха стали ватными, и она едва не сползла на пол от страха. «Я ведь тебя предупреждал!» – прозвучал у нее в голове внутренний голос. Но она была так напугана, что ничего ему не ответила.

Дверь открылась шире, и в коридор вышла собака. Большая собака, похожая на восточно-европейскую овчарку. Надежда едва заметно перевела дыхание. Собака – это, конечно, опасно, но люди могут быть гораздо опаснее.

В коридоре было довольно темно, но глаза Надежды уже привыкли к этому скудному освещению. Собака, которая стояла перед ней, была ужасно худа, ребра у нее выпирали из боков, как пружины из старого дивана. Хотя она и вправду была похожа на овчарку, но о чистоте породы и речи не шло. Шерсть топорщилась неровными клочьями, одно ухо торчало кверху, второе уныло свисало, глаза слезились. Тем не менее она вспомнила свой собачий долг и зарычала на Надежду, продемонстрировав свои зубы – крупные и белые, из чего Надежда сделала вывод, что собака молодая, только очень запущенная и голодная.