Загляни ей в глаза - Михаил Март

— Сдавай дело в суд. Тебе мат, Вербицкий.

— Уверен? Я прихватил с собой наручники и пасту для снятия отпечатков пальцев. О бутылке под кроватью помнишь? О пачке сигарет в доме Краузе?

Громов молча холодным взглядом смотрел на следователя. Вербицкий встал и направился к двери. Взявшись за ручку, обернулся:

— Ее инструктирует твой отец?

— Вряд ли. Всю информацию можно получать из моих статей. Газеты в тюрьмах не запрещают.

— Хочешь утопить бабу?

— Она убийца.

Илья вышел из палаты.

Долго скучать Олегу не пришлось. Вскоре в палату вошел высокий стройный старик. Дорогой костюм, трость с резным серебряным набалдашником, шейный платок вместо галстука. Страсть к пижонству к Громову перешла по наследству.

Отец взглянул на сына и все понял.

— Обошлось! Невозможно купить вашу поганую газету.

— Я жду киллера, а ко мне приходят доброжелатели.

— Вербицкий выставил охрану, но я знаю лазейку. Можешь пожить у меня на даче, там тебя никто не достанет. Машина внизу.

— Спасибо. Коттедж на берегу озера. Я уже жил там. Ты пришел с ответами на мои вопросы?

— На все вопросы у меня положительные ответы: ты прав.

— Старый дурак. На ее округлую задницу клюнул?

— Бес попутал. Мы ведь оба романтики, это с возрастом не лечится. И, к сожалению, оба слишком одиноки. Понимания в этом мире мы не найдем, поверь моему опыту.

— Теперь Илья с меня глаз не спустит, а мне это на руку.

— Избегай домов с каминами.

Отец достал из кармана кусок чего-то, похожего на хозяйственное мыло.

— Что это? — удивился Олег.

— Парафин, смешанный со смолой. В огне он растапливается за семь минут. Внутри холостые патроны. От нагрева они стреляют и делают очень много шума.

— В доме тетушки Зи постоянно горит камин. Так все просто?

— Ты же не бросишь это дело?

— Мало того, я соглашусь на следующее.

— Тебе ее не обыграть.

— Она слишком тороплива. Других козырей у меня нет. Отец подал сыну газету. На первой полосе заголовок:

«Кто стрелял в журналиста?» Ниже — фотографии Олега, лежащего в разбитой машине. Далее — еще один снимок: Марго, ныне заключенная в компании грабителей «Глобал-Стоик». Их зафиксировали с бокалами шампанского в руках и радостными улыбками на лицах.

— Молодец Лева! Успел. Адрес больницы он тебе дал?

— Кто же еще. Теперь ты герой. Вербицкий на тебя руку поднять не посмеет.

— Герой в могиле никому не нужен. Садись. Думать будем.

10.

Два длинных звонка, один короткий. Рита открыла дверь квартиры на условный сигнал. На пороге стоял Олег. Она обняла его и впилась губами в его пересохший рот. Какая мелодрама!

— Я от окон не отходила. Ты пробирался по крышам?

— По-разному. Вербицкий с меня глаз не спускает.

— Опять лицо поцарапано.

— По закону жанра. Гладким и опрятным ходить уже стыдно.

Олег прошел в комнату и осмотрелся.

— Уютное гнездышко.

— Главное — здесь безопасно.

— Штаб-квартира для новой задумки?

— Можно и так сказать. Ты классно сработал. Жаль, я этого не видела. Ребята тобой довольны.

— Не такие они лохи. Платила ты им из отпускных Краузе?

— Деньги пока есть, не думай о мелочах. Совсем скоро предстоит встреча со старухой. Не переиграй.

Рита начала раздеваться. Олег уселся в кресло и стал наблюдать за стриптизом. Красивое зрелище.

11.

Опять начальник следственного управления стучал кулаком по столу, и это Вербицкому не нравилось.

— Ты меня достал, Илья! Почему газетчики знают больше нас? — Шеф ткнул пальцем в газету. — Что еще за «компьютерщик»? Мы о таком не слышали. Тут сказано, что он управлял лифтами, а утром я получил анонимочку с

его адресом. Прячется на даче. Ты допрашивал этого крючкотвора Заикина?

— Он тоже скрывается. Статьи и фото высылает по электронной почте. Газета его не сдаст.

— Где Громов?

— Сбежал из больницы.

— Лопух ты, Илья! Езжай на дачу, ищи «компьютерщика». Тут к анонимке прилагается фотография Марго на фоне дачи. Найдешь! Если не сдашь дело в суд на этой неделе, пойдешь в грузчики. Все. Свободен.

Вербицкий предчувствовал, что его ждет на даче, и предчувствие оправдалось. Они нашли полуразложившийся труп. Пришлось раскрыть все окна и заткнуть носы платками. Даже медэксперт морщился.

— Не первую неделю гниет. Не сомневаюсь, что из его сердца мы вынем пулю, выпущенную из того же револьвера, которым были застрелены Ирина, Краузе и майор Седов.

— Будешь и дальше брыкаться, Илья? — спросил криминалист.

— Сдаюсь! Эту партию я проиграл.

12.

Свершилось! Дорого стоили слова судьи, произнесенные при полной тишине зала: «По совокупности совершенных преступлений Маргарита Романовна Палмер приговаривается к пожизненному сроку заключения в колонии особого режима». Зал аплодировал стоя. Громов иногда поглядывал в другой конец зала, где сидел Вербицкий с мрачной физиономией.

Когда Олег отъехал от зала суда, он заметил черную «Волгу», идущую за ним следом. У него в запасе был десяток подворотен со сквозными проездами, и он знал, как избавиться от «хвоста», но делать этого не стал.

Достав сотовый телефон, позвонил Рите:

— Дорогая, мы выиграли процесс. Отпразднуем в другой раз, за мной ведут наблюдение. В наглую. Похоже, Вербицкий все же свои позиции не сдает. Будем на связи.

Он поехал домой отсыпаться.

На следующее утро Громов снова увидел слежку. Ему удалось уйти от преследователей: после того как он разбил свою машину, пришлось пользоваться редакционными, и он их менял ежедневно. Купив свежий выпуск «Вестника» с сенсационным сообщением об окончании процесса над вероломной убийцей, смело поехал к тетушке Зи, чтобы поставить жирную точку в деле.

Старуха сидела в той же позе в том же кресле. Олег сел напротив.

— К сожалению, мне пришлось раскрыть историю ограбления «Глобал-Стоик» в деталях. Борису это уже не повредит. Мы доказали, кто на самом деле руководил ограблением и безжалостно уничтожал свидетелей. Суд свои выводы сделал. Моя миссия на этом закончена.

— Боря в вас не ошибся. Вы нелегким трудом зарабатывали свои деньги. Маленький секрет: план составляла я, а не Марго. Она баба умная, но слишком нетерпелива. Ошибка Бориса в том, что он ей всецело доверял. Мне с трудом удалось его уговорить перепрятать деньги.