Вуаль темнее ночи - Ольга Баскова

Анна Григорьевна Захарова включила электрический чайник и насыпала заварки в заварной. Она опять насыпала ее слишком много, за что ее вечно ругали дети. «С ними одно беспокойство, – думала женщина. – Вот сегодня приходил сынок и уже хотел увезти меня обратно в больницу. Его даже не интересует, хочу ли туда я. Просто им нужно поскорее от меня избавиться. Но я не допущу, чтобы вышло по их желанию. И эту квартиру завтра же отпишу государству. Ведь раньше так и было – квартиры забирало государство».

Вода в чайнике закипела, когда раздался звонок. Старушка поспешила к двери. Сын и в этот раз напутствовал ее, чтобы она не открывала кому попало и обязательно спрашивала, кто к ней пожаловал. В этом она предпочитала его слушаться. Воры обкрадывали квартиры сплошь и рядом.

– Кто там? – поинтересовалась Анна Григорьевна, как только оказалась у двери.

– Анна Григорьевна, это я, – послышался знакомый женский голос. – Не бойтесь. Я пришла поинтересоваться вашим здоровьем.

Женщина кивнула:

– Да, я сейчас впущу вас.

Сначала она сняла цепочку, которой предусмотрительно замыкала дверь, а потом открыла замок. Дама прошла в квартиру.

– Здравствуйте. Как вы себя чувствуете?

– Вы тоже хотите положить меня в больницу? – спросила Анна Григорьевна.

Дама покачала головой:

– С чего вы вяли? И почему тоже? Кто еще желает этого?

– Мой сын, – призналась Захарова.

Женщина кивнула:

– Правильно. Ему утомительно даже интересоваться вашим здоровьем. А я пришла именно для этого, и другой цели у меня нет. Можно я пройду в комнату? Я ехала с другого конца города. Неужели вы даже не угостите меня чаем? Я даже привезла с собой торт, ваш любимый.

Анна Григорьевна действительно любила сладкое, особенно торт «Питерский».

– Я как раз поставила чайник, – сказала она. – Проходите на кухню. Потом вы хотите пригласить меня погулять?

Гостья покачала головой:

– Нет, гулять мы сегодня не будем. Давайте попьем чайку с тортом.

– Хорошо, – Анна Григорьевна налила в кружку кипятку и добавила заварки. – Если вам не очень крепкий…

Дама взяла кружку:

– Достаточно. Скажите, к вам не приходила полиция?

– Приходила, – Захарова стала резать торт. – Они спрашивали про вас. Я даже не знаю, зачем им понадобились вы. Ведь я сказала им так, как вы мне советовали, – то есть правду. Я ведь убила своих мужей. Но этого им было недостаточно. Они утверждали, что вы меня настраивали на ложь.

– Почему же вы не рассказали им про меня? – поинтересовалась дама.

– Потому что я забыла про вас, – призналась женщина. – У меня это вылетело из памяти. Как вас зовут? Я тоже забыла.

Гостья почему-то не ответила.

– И они вас отпустили… А что сказали на прощанье?

Захарова поморщилась:

– Тоже не помню. У меня были такие трудные дни…

– Вот поэтому я и пришла навестить вас, – голос женщины звучал вкрадчиво. – Вы выпьете чаю, съедите кусочек торта и пойдете спать. Иначе завтра вы будете совсем больной, и вас снова заберут с больницу. А вам же этого не хочется? Уколы такие болезненные…

Анна Григорьевна кивнула:

– Да, уколы очень болезненные… А не делать их нельзя, правда?

– Правда, – подтвердила гостья. – Голубушка, я вижу, у вас стоит сахарница на полке. Дайте мне, пожалуйста. И лимон, если не жалко.

– Конечно, не жалко, – Захарова встала и повернулась к ней спиной. Дама тут же достала из сумки какой-то пузырек и вылила его содержимое хозяйке в кружку.