Свиток дракона - И. Дж. Паркер

— А как насчет местных властей в провинции Симоза?

— Не склонны к содействию.

Акитада изумленно изогнул брови.

— Вы подозреваете их или таможенную стражу в покрывательстве грабителей?

— Нет. Мы говорили о дорожном разбое, и это их очень оскорбило. Они сочли, что мы критикуем закон и порядок в их провинции. Не сомневаюсь, что доложили о моем оскорбительном поведении столичному военному начальству, — поморщился он.

В словах его звучал фатализм. Акитада насторожился. Бледностью лица капитан был, по-видимому, обязан несчастному случаю, но могли существовать и другие причины. Юкинари имеет несчастный, какой-то побитый вид. Акитада вежливо кашлянул, прежде чем начать:

— Имеется, знаете ли, еще одно, не связанное с предыдущим, дело, в котором вы могли бы мне помочь. У моего слуги Торы есть близкий друг — сержант Хидэсато. Пару дней назад они случайно встретились в этом городе и снова потеряли друг друга. Я подумал, что этот сержант мог явиться сюда, чтобы записаться на службу. Насколько я понял, он сейчас без работы.

Юкинари удивленно поднял брови, но вслух не стал выражать своего недоумения по поводу того, что императорский инспектор занимается проблемами какого-то слуги. Он хлопнул в ладоши и, когда на пороге появился лейтенант, передал ему просьбу Акитады. Накано козырнул и отправился выполнять поручение.

А между тем Акитада мучился, не зная, как подступиться к делу Татибаны. Юкинари неожиданно сам ему помог.

Нервно теребя в руках кисточку для письма и не глядя Акитаде в глаза, он спросил:

— А нет ли каких новых сведений относительно смерти князя Татибаны?

— Новых сведений пока нет, но я посетил с соболезнованиями вдову и нашел ее в глубокой печали и растерянности. Похоже, буквально все оставили ее в этот трудный час.

У Юкинари покраснели уши.

— Да… Тут уж непонятно, что делать, — туманно выразился он.

— Но, по-моему, ваша дружба с этой семьей дает вам право и даже некоторым образом вменяет в долг предложить свои услуги юной вдове.

Юкинари посмотрел на него с тоской и промокнул лоб.

— Это… Нет, вы не понимаете. Она не ждет такого предложения.

— Да, но что же все-таки связывает вас с госпожой Татибана, капитан? — прямо спросил Акитада.

Юкинари побагровел.

— Позвольте спросить вас, господин, почему вас это так интересует?

Юкинари, конечно, совсем не походил на убийцу, но любовь, как известно, порой толкает мужчин на странные вещи. Поэтому Акитада решил перейти к более решительным действиям.

— Князя Татибану убили. Вас видели в его владениях в ночь его смерти.

Юкинари закрыл лицо руками и горестно воскликнул:

— Боже мой!..

— Так вы признаетесь в убийстве, капитан? — продолжал Акитада.

Юкинари рассеянно качал головой.

— Конечно, нет. Я почитал его как отца.

— Тогда что означал этот возглас?

Юкинари снова залился краской.

— Не знаю. Я чувствую свою вину. Возможно, мне следовало сказать ему.

— Сказать ему что?

Юкинари был совершенно подавлен.

— Видите ли, она… она была несчастна. Поэтому мы с ней… стали любовниками. Я постыдился ему признаться. Не хотел травмировать его… и ее тоже.

— Ваше присутствие в доме Татибаны в ночь убийства делает вас подозреваемым, и только что вы сами назвали мотив.

Юкинари мотнул головой и поморщился, здоровой рукой дотронувшись до повязки.

— Это был не я. В ту ночь меня вообще не было в городе, я вернулся уже после рассвета. Тогда-то и узнал о случившемся. К тому же наша любовная связь была недолгой и закончилась минувшим летом. — Заметив недоверие в глазах Акитады, он поспешил прибавить: — Поверьте, я очень сожалею о своем поведении. Князь Татибана был так добр ко мне, я считал его почти отцом, которого, кстати, никогда не видел. — Он печально вздохнул. — Возможно, вам трудно понять, но их брак был непохож на другие. Из-за разницы в возрасте она была ему скорее приемной дочерью, нежели женой. В сущности, она… В общем, они не… Иногда мне казалось, что он мог бы даже одобрить это.

Акитада напрягся. На его взгляд, такой прагматичный подход со стороны Юкинари заслуживал осуждения.

— Желание порвать связь исходило от дамы?

— Нет, от меня. Она сердилась, но к тому времени у меня появились и другие причины.

Акитаде вспомнилось это юное создание в слезах.

— Жаль, что эти причины не появились у вас раньше, — сухо заметил он. — Кстати, что это были за причины?

— Видите ли, я… В общем, у нее был кто-то еще. Только теперь это не имеет значения. — Он горько рассмеялся. — Как сказал поэт Нарихира, любовь кратковременна и обманчива словно роса. Поэт был прав. — И он снова закрыл лицо руками.

Эта воспетая в стихах роса напомнила Акитаде о капельках влаги на золотистой коже Аяко. Он смотрел на капитана, пытаясь найти подходящие случаю слова, когда вернулся лейтенант Накано и доложил — сержант Хидэсато на прошлой неделе обращался сюда с просьбой принять его на военную службу. Его просьба была одобрена, но сержанта не оказалось по указанному им адресу. Его выгнали за неуплату, и никто не знал, куда он подался.

Юкинари кивнул.

— Благодарю вас, лейтенант. А теперь доложите, пожалуйста, его превосходительству о том, что случилось в деревне Ханифу.

Накано козырнул и сообщил:

— Два дня назад после заката мы получили сведения о засаде, устроенной одному из наших патрулей. Капитан незамедлительно выехал туда в сопровождении четырех вооруженных конников. Вернулись они на следующее утро. Четверо были ранены в схватке с шайкой каких-то разбойников в капюшонах, вооруженных мечами и секирами. Нападавшие скрылись, но один из них был монах. — И, видя удивление Акитады, поспешил пояснить: — Капюшон слетел у него с головы.

— Спасибо, лейтенант. — Акитада повернулся к Юкинари. — Случались ли у вас неприятности с монахами из монастыря Четырехкратной Мудрости?

Юкинари сердито нахмурился и покраснел.

— Случались ли у нас неприятности?! Да у моих солдат постоянные стычки с этим сбродом! И этот последний случай из той же серии, только теперь они были вооружены. Всякий раз натыкаясь на этих головорезов, мои солдаты вынуждены драться с ними. Поначалу мы сурово наказывали наших людей, хотя они утверждали, что их спровоцировали. А потом я случайно стал свидетелем безобразной сцены — своими глазами видел, как монахи прицепились к одному местному торговцу. С тех пор я неоднократно обращался с жалобами к Икэде, даже совсем недавно, в утро… убийства, но все безрезультатно. По-моему, этот префект ничего не смыслит в своей работе. — Юкинари замолчат, взволнованно проглотил ком в горле и уже более спокойно прибавил: — Я приказал своим людям держаться подальше от этих монахов. Это единственное, что я могу сделать.