Белая дорожка, черная судьба - Леонид Сухоруков

Так прошел еще год. Олесе надо было возвращаться из декретного отпуска, вот только в банк, где она раньше работала, назад ее брать не хотели. Обсудив этот вопрос с мужем и воспользовавшись советами из книг, супруги пришли к решению, что чем дольше они будут опекать ребенка в домашних условиях, тем будет лучше для него. Отдавать Максима на растерзание в детский садик не хотели, чтобы его там не научили драться и обижать людей. Так что рос маленький Максим в условиях любви и равенства.

Вдруг в один прекрасный день раздался звонок с неизвестного номера, и коллега по работе сообщила Стасу, что беременна. Он сразу испугался, потому что предпосылки к этому были, и попробовал откупиться, предложив ей автомобиль, чтобы она больше не беспокоила его с алиментами и вообще не претендовала на его отцовство. Но та была непреклонна и настаивала на полном погружении Стаса в жизнь ее и будущего ребенка. Любовница истерила в трубке, взывала к совести и долгу, применяла разного рода грязные приемчики – типа нашлет на его наркоманскую семью мусоров и полностью испоганит ему жизнь, если тот не запишет ребенка как своего на себя и не примет бремя алиментов. Девочка была из провинции, и хватка у нее была, как у заправской проститутки. В общем, шантаж почти удался, но Стас предложил ей сделать ДНК-тест внутриутробно и выяснить, он ли отец. Та с нежеланием согласилась, и, когда пришли ответы, выяснилось, что Стас никакого отношения к ребенку не имеет. Злясь на Стаса, бывшая любовница все-таки натравила на него ментов. Вскоре после этого случая к машине Стаса подошли два сотрудника в штатском, которые попросили продемонстрировать содержимое бардачка, где постоянно лежал нехилый дозняк кокаина. За то, чтобы те отстали, Стасу пришлось на месте отдать машину в руки старшему из двух представителей власти в качестве взятки. Встал вопрос о покупке нового автомобиля, благо денег на это дело пока хватало. На банковском счету у Стаса была внушительная сумма, что-то около 5000000, так что он взял себе «крузак» внеполной комплектации, да еще и сдача осталась.

Ближе к лету супруги выехали на шашлыки в область к родителям Стаса и взяли с собой Максима, которого там покусали комары. Стас с Олесей нажрались вусмерть до того, что плохо было обоим. Это вызвало соответствующую реакцию у родителей, которые стали агитировать за здоровый образ жизни. Тем было невдомек, что их дети плотно сидят на кокаине и постоянно экспериментируют с различной наркотой на себе и ребенке (тот случай, когда кокос дали Максиму). Уехали они от родителей в плохом настроении, по пути в автомобиле включили громкую музыку, чтобы не слышать, как орет ребенок на заднем сиденье. Так они и жили.

Спустя какое-то время снова объявилась бывшая любовница, уже с ребенком на руках, и закатила скандал на месте работы Стаса, плакала, жаловалась, орала, требовала денег. Стас взбесился. Вывести ее не получалось, пришлось дать по роже один разок. Как оказалось, ей это и было нужно, она взяла контакты у постояльцев отеля и пошла писать заявление на Стаса. Он понял, к чему все идет, поэтому в тот день не принимал больше кокаина, чтобы не создать о себе негативного впечатления у представителей власти. К концу рабочего дня к нему второй раз наведались менты, уже с ней под ручку, так сказать. Взяли видосики с камер наблюдения, зафиксировали показания, но, несмотря на свидетельства очевидцев, приняли, по-человечески, сторону Стаса. Ну, там и так было понятно, что к чему – просто деревенская девка хочет зацепиться в столице всеми возможными способами. В наглости ей было не отказать, но закон был на ее стороне, поэтому пришлось задержать Стаса на 48 часов до предъявления ему обвинения. В мусарне он сидел в одной комнате с бомжом, который был не в себе, и с обдолбанным цыганом под героином, который также не подавал признаков жизни. Спустя несколько часов Стаса стало ломать по кокаину. С него градом лился пот, он принял позу зародыша и трясся на шконке. От обследования врача он отказался. На второй день задержания к нему приехала трезвая жена, привезла апельсинов, в которые через шприц был закачан кокос, и пиццу «4 сыра», чтобы с голоду не подох. Стас ей объяснил, что произошло. Та взяла из материалов дела, которые любезно предоставил следователь, адрес виновницы произошедшего и отправилась к ней. Олеся застала соперницу дома, напала на нее и заставила забрать заявление. На второй день вопрос был решен: Стаса выпустили, бешеная баба отстала.

Спустя какое-то время дилер Стаса предложил ему взять героин. Стаса уже не прикалывал кокос, поэтому он не отказался. Герыч стоил раз в пять дешевле, чем кокс, он взял себе на пробу 5 граммов. По возвращении домой он укололся, и Олеся его нашла в невменяемом состоянии в ванной под кайфом. Она стала будить мужа, а когда тот очухался, то протянул ей шприц, который все это время находился в его вене. Та отказалась и закатила Стасу скандал. На шум прибежал Максим, его испугал вид папаши, и он заплакал. Олеся отвела его в комнату, закрыла, вернулась к Стасу, забрала героин и смыла в унитаз. Тот под впечатлением от просмотра нескольких триллеров стал под кайфом вспоминать сюжеты и засыпать под эти мысли. Олеся поняла, что он сейчас не намерен разговаривать, поэтому просто ушла к себе. Когда Стаса стало отпускать, его вырвало на рубашку, он снял ее в полусонном состоянии, попробовал застирать, но руки не слушались, и он быстро отменил желание не оставлять улик перед женой. То, что он пролежал четыре часа под кайфом, и то, что с ним уже пробовала говорить Олеся, ему было невдомек. Он просто-напросто ничего не помнил. Практически сразу после пробуждения ему захотелось уколоться еще раз, но дури он не нашел. Тогда Стас набрал дилера и поехал к нему за еще одним свертком. Пока он ехал, буквально засыпал на ходу, не следя за скоростным режимом. Когда Стас добрался до дилера, оказалось, что наличных у него нет и надо идти искать банкомат. Он выкрутился тем, что с телефона перевел деньги на карту, потом укололся прямо на квартире дилера, там же и проспал до следующего рабочего дня. Чтобы на работе быть как огурец, Стас пустил по вене кокаин прямо перед выездом. Это привело в чувство. Среди рабочего дня пришло СМС от дилера: «Попробовав один раз геру – уже торчишь». Такой расклад не порадовал Стаса, поэтому он долго думал – выкинуть ли то, что он взял последний раз, или оставить себе на крайний случай. Стас позвонил жене, чтобы посоветоваться. Та ответила, что нужно выкинуть и к героину больше не прикасаться. Он не послушал ее и спрятал в карман купленный вес. В придачу Стас получил от дилера парочку книг по приколу, среди которых был «Морфий» Булгакова. За ближайшие пару дней он прочитал эту повесть, пропитанную кафкианской безнадежностью, которая хоть и произвела на него сильное впечатление, но длилось оно недолго, до первой ломки. Доза кокаина быстро улетучила все негативное отношение к наркомании. Кстати, эффект оказался обратным задуманному, и Стас просто зарекся с этого момента читать подобного рода литературу. Зато он частенько коротал время на наркоманских сайтах и за просмотрами фильмов более-менее наркоманской тематики. Стас почти не уделял время ребенку, а с женой стал вести себя сухо, и в их отношениях стало отдавать безразличием друг к другу. Олесю такое отношение более-менее устраивало, потому что этот период жизни был лучше того, который она уже преодолела – с депрессией, скандалами, насилием и воздержанием. Сейчас этого всего не было и жить было легко. Муж снабжал ее деньгами и всем необходимым, изредка устраивал маленькие праздники, был на подхвате с ребенком. Секс, как у любой женатой пары, отошел на второй план, им обоим этого не очень-то и хотелось. У Стаса были девки на стороне, как и прежде, Олесе хватало душа и прибамбасов, что были куплены для экспериментов.