Аромат золотой розы - Марта Таро

– Старуха живёт! Её сына-садовника в армию забрали, так она теперь одна кое-как перебивается, – отозвалась Мари-Элен и уточнила: – Осмелюсь предположить, что ты спрашивал не о ней?

– Нет, конечно. Меня интересует девушка на вид лет восемнадцати с золотисто-рыжими волосами. У неё очень приметное лицо – красивое с большими светлыми глазами. Ты такую здесь не видела?

– Я за чужой прислугой не смотрю, – фыркнула графиня. Что за чёрт? Де Вилардена опять понесло в какую-то дурь. Вновь приходилось спасать дело. Для чего она всё это затевала, спрашивается?! Стараясь вернуть разговор в прежнее русло, Мари-Элен жалобно спросила: – Ну и как ты советуешь мне поступить?

Барон пожал плечами и равнодушно заметил:

– Завтра утром к тебе придёт нотариус с уже подписанным мною брачным договором, тебе останется лишь поставить свою подпись, а послезавтра можем обвенчаться. Я найду церковь поскромнее – подальше от любопытных глаз.

– Нет, я сама хочу выбрать место венчания! В пригороде есть маленькая часовня, рядом с ней из земли бьёт источник, который местные жители считают святым. Туда по субботам приезжает кюре, я повидаюсь с ним и обо всём договорюсь.

– Да ради бога, делай что хочешь, – легко согласился де Виларден. – Если у меня на руках будет наш договор, можешь готовиться к венчанию хоть целый год.

Мари-Элен расцвела. Если она не выкрутит первый вариант плана, то будет действовать по запасному. Не тут, так там – и всё у неё получится! Она ведь – дочь Франсуазы Триоле, а значит, её никто не остановит…

Барон уже поднялся. Он был задумчив.

«Неужели получилось?» – мысленно спросила себя Мари-Элен.

– Прощай, невеста, – хмыкнул де Виларден и направился к выходу.

Графиня кинулась к окну. Враг пойдёт пешком или выедет в своём экипаже? Минуты тянулись мучительно долго. Наконец де Виларден вышел из ворот и пересёк улицу!

Мари-Элен заметила и высокую фигуру молодого лакея, метнувшегося в сторону префектуры. Тот нёс жандармам хозяйкину записку. В ней Мари-Элен сообщала, что пропал её близкий друг Виктор де Ментон, накануне рассказавший, как ему угрожает убийством беглый каторжник. Внизу она указала адрес дома виконта. Если Небеса смилостивятся, а жандармы поторопятся, справедливость уже сегодня будет восстановлена. Ну а если нет? Что ж, у разумной женщины всегда есть и запасной вариант…

«Ну, давай, иди в дом!» – мысленно торопила его Мари-Элен.

Барон, однако, не спешил. Он топтался около сторожки. Вот в окно высунулась голова в массивном чепце. Старая Клод о чём-то беседовала с де Виларденом.

– Да что же это?! – воскликнула в сердцах Мари-Элен, но трезвое соображение умерило её гнев: Клод будет свидетелем. Ах, какая удача! Старуха в красках опишет полиции барона, а, если жандармы не поймут, кого нужно искать, графиня де Гренвиль добавит подробностей.

Де Виларден всё беседовал со старухой. Но вот Клод отрицательно затрясла головой и скрылась за занавеской. Ну, и что же дальше? Куда двинется барон? У Мари-Элен от волнения затряслись руки. Повезёт или нет?.. Удача не подвела. Де Виларден обогнул сторожку и пошёл в глубь сада, а, значит, в заколоченный дом – логово виконта де Ментона.

Де Виларден впал в бешенство. Эта тупая крестьянка задёрнула тряпку на окне, не желая с ним разговаривать! Поглядите на неё – старая развалина пытается убедить де Вилардена, что не понимает о ком идёт речь. Что за чушь она несёт? Мол, приезжали ненадолго две родственницы из Орлеана – работу прислуги здесь искали. Сейчас нашли и уехали к новым хозяевам. Кому она пытается врать? Да разве с таким лицом, как у златовласой дивы, идут в горничные или кухарки? Старуха хочет доказать, что барон обознался?

«Ещё чего! Я ни разу в жизни не забыл ни имени, ни лица своего врага. А та юная интриганка забрала у меня любовь всей моей жизни! – злился де Виларден. – Такого сходства просто так не бывает! Говорили же, что та дрянь ждала ребёнка, когда их всех арестовали…»

Хотя, может, дерзкая старуха и не врала, а просто не договаривала. По возрасту девица вполне может быть тем родившимся в тюрьме младенцем. Родителей казнили, а дочь отдали в крестьянскую семью. Почему нет? Только где теперь искать эту красотку?

«А зачем тебе её искать? – спросил внутренний голос. – Все уже свершилось! Какая великолепная месть получилась: дитя герцога моет полы…»

Да ведь это удача! Барон всегда знал, что судьба благоволит к нему, иначе он не выбрался бы из житейских передряг. Нынешние беды – тоже не исключение, всё у него получится: и с де Ментоном он расквитается, и сучку Мари-Элен на место поставит! А всё же забавно, что эта дешёвка додумалась заявить о контрабанде оружия! Она же не знает о том, что известно ему…

«Ладно, со всеми – по порядку. Виконт будет первым!» – решил де Виларден.

Он вытащил из кармана сюртука пистолет и взвёл курок. Потом проделал то же со вторым – тем, что всегда носил в рукаве. Теперь можно и с виконтом повидаться.

Де Виларден прошёл через сад и потянул на себя ручку двери. Та оказалась незапертой. Забавно: у этого нищего дуралея нет прислуги. У него нет даже мебели, всё его богатство – ветхий дом с заколоченными ставнями.

Подумав, что так будет надёжнее, барон достал оба пистолета, толкнул ногой дверь и вошёл. В доме стояла тишина. Где искать его хозяина? Де Виларден глянул по сторонам, как он и ожидал, кругом царило запустение – не дом, а руины. Барон сделал несколько осторожных шагов по засыпанному облетевшей лепниной полу. Сор заскрипел под ногами. Де Виларден замер, ожидая увидеть врага, но кругом по-прежнему не было ни души. Осмелев, барон прошёл вперёд и наконец-то заметил протоптанную среди мусора тропинку, та вела в высокую, когда-то позолоченную дверь.

«Пойду туда, где бывает эта скотина», – решил де Виларден.

Он вошёл в большую, почти пустую комнату и сразу понял, что попал по назначению. У противоположной стены, напротив огромного камина, стояли два кресла и маленький столик. Кресла были повернуты спинками к двери, к тому же оказались очень громоздкими, способными скрыть взрослого человека от посторонних глаз, но де Виларден уже заметил того, кого искал. Светлые локоны торчали из-за резной спинки левого кресла. Виконт был здесь, и, похоже, спал.

«Как любезно с его стороны, – развеселился де Виларден. – Может, его так спящим и застрелить?»

Барон стремительно приблизился к креслу и, нацелив пистолеты в грудь де Ментона, крикнул:

– Молись, если умеешь, скотина!

Виконт не ответил, но он и не спал. Знаменитые своей красотой голубые глаза Виктора де Ментона смотрели прямо, но ничего уже не видели. Небольшое тёмное пятно побуревшей крови на левой стороне светло-серого сюртука – прямо напротив сердца – подсказало барону, что его соперника застрелили, и, как в насмешку над убитым, в его петлице белела нежная, чуть распустившаяся роза. Кто же оказал человечеству такую услугу, избавив мир от негодяя?