Коллекция страхов прет-а-порте - Анна и Сергей Литвиновы

– Мамуль, заткни фонтан, а? – Лера уже и сама начинала заводиться. – И без тебя тошно…

Нет бы спросить дочку: «Ты хорошо себя чувствуешь?» Пожалеть, что бледная. Предложить, для поднятия тонуса, крепкого кофейку… Впрочем, нет – пусть уж лучше ничего не замечает. И Лера решительно выбралась из постели – хорошо бы, маман не обратила внимания, как ее качает.

Собралась быстро, завтракать не стала – от одной мысли, что придется впихивать в себя гренки и кашу, мутило.

– Ты что не ешь? – подозрительно спросила маман.

– Ты б больше орала с утра пораньше, – буркнула дочка. – Мне теперь некогда, у нас история первая…

– Возьми с собой! – всполохнулась родительница. Принялась заворачивать гренки в видавшую виды фольгу (в их семье, из экономии, ее использовали не по разу, как положено, а пока не изотрется).

Пришлось, чтоб не затевать беспредметной дискуссии, брать – и потом притормаживать у мусоропровода, выкидывать, а то сумка прогорклым маслом провоняет на раз. Вышвырнула гренки и удивилась: ну и ослабла же она – еле ковш вытянула! И голова продолжает кружиться…

Нет, в школу идти нельзя – мигом сдохнешь. Особенно на истории. Вернуться домой, цыкнуть на маму и юркнуть в постель? Тоже не вариант – если маман такой бешеный. Пинками, конечно, обратно в школу не погонит – но охота была болеть и слушать при этом ее отстойные вопли…

Но куда ж ей тогда деваться? Девчонки – у кого можно пересидеть – все на учебе, из их агентства одна задавака-Ленка уже школу закончила, но к ней не попросишься, шибко важная стала… Марат – он иногда выручал, позволял поболтаться в своем офисе, если уж очень учиться не хотелось, – погиб… Может быть, Наде Митрофановой позвонить – чтобы приютила?

Лера решительным шагом (чтоб мамину бдительность усыпить – наверняка в окно за ней наблюдает) обошла дом, завернула за угол, достала мобильник… Но Нади дома не оказалось. И на работе телефон тоже не ответил: в пути, наверно, библиотекарша. «Что, право, за колхоз! – раздраженно подумала Лера. – Надо будет ее научить: чтобы с первого же гонорара мобильник себе купила».

Кого ж еще потрясти?.. Эх, была бы Сонька жива! Сколько раз случалось: выходишь из дома, звонишь, спрашиваешь: «Але, гараж, учиться охота?» Школу подруга не жаловала еще больше, чем Лера, – так что после такого разговора подруги, если совсем уж важных контрош у кого-то не было, вместе двигали в «Макдональдс» или в киношку, на утренний дешевый сеанс… Но Соньки теперь тоже нет.

Диме Полуянову, что ли, позвонить? Но журналист на нее, наверно, обиделся – она и правда вчера себя как идиотка вела… Лопотала, будто чокнутый попугай: «Без комментариев»… Да и потом – не домой же к Диме проситься? Он, верно, не откажет – но набросится. С порога, со всем пылом чувств. И отбиваться глупо: сама пришла. А звать журналиста на нейтральную территорию, в кафе, и строить из себя там великосветскую даму Лере сейчас не под силу…

Стрелка часов тем временем перепрыгнула на половину девятого – в школу, особенно на историю, теперь точно не сунешься. Что ж, остается только бродить по улицам. Или сидеть где-нибудь в сквере, на лавочке – тоже не лучший вариант: тут же всякие козлы кадриться начнут. Их, давно замечено, бледным видом не распугаешь.

«Хоть топись – так все плохо», – мрачно подумала Лера.

И тут вдруг ее осенило: она ведь сейчас болеет, так? И жизнь ей видится в мрачных красках исключительно потому, что она плохо себя чувствует. Значит, нужно просто пойти – и вылечиться! Тогда, наверно, и окружающий мир другим колером расцветет. Жаль, конечно, что нету денег на нормальную медицину – то есть на доктора Блохину, – но ведь можно, на крайняк, и бесплатной поликлиникой удовольствоваться! Заодно и справку для школы дадут.

И девушка обратилась к первой же встречной старушке:

– Скажите, пожалуйста, а где тут у нас ближайшая женская консультация?

Надя

Надя выскочила из метро без трех минут девять. Никак ей не удается соблюсти должностную инструкцию – хоть раз явиться на работу за десять минут до начала присутственных часов и, пока не подтянулись читатели, проветрить зал.

Впрочем, за опоздания – не вопиющие – начальство не ругало, ну, а читатели – и в духоте посидят. Как говорит профессор Славушкин, постоянный посетитель Зала всемирной истории, «запах книг – лучшая амброзия».

«Хорошо все-таки, что я в библиотеке служу, – думала Надя, поспешая от метро «Китай-город» по улице Забелина. – Вон, кругом – суета, нервы, машины сигналят, клерки портфелями толкаются, интриги небось у всех на работе ужасные. А у нас – тишина, покой, благость. Люди симпатичные…»

Жаль только, что никого из коллег по пути не встретила – вместе опаздывать веселее.

Надя повернула за угол, в Старосадский переулок, – и нос к носу столкнулась с Машкой Кисленковой из отдела периодики. Машка, как всегда, расфуфырена – прозрачная белая кофта (под ней – черный бюстгальтер), короткая юбка «почти из кожи», босоножки на шпильках. Но вот странность! – идет не в библиотеку, а, наоборот, от нее, к метро.

– Привет! – удивленно поздоровалась Надя. – Ты куда?

– Ой… – пискнула коллега. И уставилась на нее с таким изумлением, что Надя даже испугалась: может, она юбку забыла надеть? Бывают, говорят, такие случаи, что замотаешься и выскакиваешь на улицу в неглиже… Но в метро-то на нее никто не пялился!

– Куда ты, Маш? – повторила Надя. – Домой, что ли, сбегаешь?

– Я… я… нет, не домой, – забормотала Кисленкова. – Я на минутку, к метро.

– Зачем? – не поняла Надя.

Сослуживица неожиданно фыркнула. И выпалила:

– Газету хочу купить!

– Газету?! – еще больше удивилась Митрофанова. Машка, похоже, ума лишилась. Иначе как объяснить, что сотрудник отдела периодики покупает прессу у метро? Да Кисленкова никаких газет сроду и не читала…

– Почты, что ли, сегодня не было? – нахмурилась Надя. Это плохо. Тот же профессор Славушкин, едва приходит в зал, тут же накидывается на свежие «Комсомолку» с «Вечеркой».

– Да нет, была почта, – пробормотала Мария. – Мне другая газета нужна. Ее библиотека не выписывает.

– Да мы все, по-моему, выписываем, – пожала плечами Надя. – Кроме «желтых».

– А мне как раз «желтая» и нужна, – прищурилась Кисленкова. – Газета «Икс-пресс», слышала про такую?

Почему-то опять фыркнула и взглянула на Надю глумливо. Или показалось?

– Какая ты, Машка, загадочная… – покачала головой Надя.

– А уж ты, Митрофанова, – у нас какая необычная! – тут же парировала коллега.

– О чем ты? – холодно спросила Митрофанова.

– Ути-пути, и тон-то какой стал звездный, – недобро усмехнулась Кисленкова. – Ну, звезди дальше. Чао, бамбина. Я спешу. За газеткой, кстати, не забудь зайти. Оригинал не отдам, а ксерокс, так и быть, сниму.