Эта тета - Оксана Робски

«Нет. Я занята. У моей мамы сегодня день рождения и у насполный дом гостей».

«Меня не приглашают?» — прислал Данила после небольшойпаузы.

«В качестве кого?» — написал Млей.

«В качестве твоего друга. Ты имеешь что-нибудь против?»

«Пока не знаю».

«Ну так когда?»

«Завтра. Давай попробуем завтра».

«Где?»

«На бульваре, напротив Макдональдса».

«Не слишком романтично? Может в ресторане, холодновсё-таки!»

«Одевайся потеплее, и всё будет нормально».

«А почему ты против ресторана? Я приглашаю!»

«Встретимся там, а потом вместе пообедаем. В два. Да илинет?»

«Да».

Млей вышел из «Одноклассников» и взял телефон, которыйзвонил не переставая минут десять.

— Алле, — сказал Млей.

Оказалось, это молодой любовник режиссёра Котова.

— Ты совсем с ума сошла?! — орал он втрубку. — Ты хочешь, чтобы Котов трахнул твою подругу?

— Ну почему трахнул..- растерялся Млей. — Этоможет быть просто оплодотворение.

— Может, ты хочешь, чтобы он и тебя заоднотрахнул?! — орал он.

— Если ты не успокоишься, я повешу трубку, —сказал Млей.

— У тебя есть любовник?!

Млей помолчал немного, а потом произнёс:

— Да. А что?

— И тебе бы хотелось, чтобы он трахал эту вашу НатальюПетровну или ещё какую-нибудь бабу?! — снова заорал он.

— Нет, — вздохнул Млей. — Точно не хотелосьбы.

— А что же ты нам это предлагаешь?!

— Я имела в виду искусственное оплодотворение. Тызнаешь, что это такое?

В трубке раздались гудки.

Млей швырнул телефон в камин. Встал, достал его, отряхнув отзолы. Понюхал букет роз и постарался успокоиться. Ему ещё надо было заехать вофис, взять документы, которые подготовила Муся Наталья Петровна на удочерение.И в её образе явиться завтра в Дом малютки. Забрать девочку.

Млей появился на бульваре ровно в два. Впереди он катилколяску, в которой спал младенец.

Сначала Данила увидел её — именно такую, какой он её себепредставлял — высокую блондинку, лет двадцати пяти, с отличной фигурой.

Потом он увидел коляску.

«Вот чёрт!» — подумал Данила.

— Привет! — улыбнулся Млей. Данила поцеловал её вщёку.

Они сели на скамейку, и Млей принялся качать коляску.

— Твой? — вежливо спросил Данила.

— Твоя, — многозначительно поправил Млей.

— А как же мы пойдём обедать? — спросил Данила.

— Ты что, не знал? Во все рестораны можно заходить сколяской!

— Здорово!

Они помолчали.

Данила хотел было спросить, кто папа, но побоялся всёокончательно испортить.

— Такое весеннее солнышко! — улыбнулся Млей, иДанила с удовлетворением заметил, что девушка с ним кокетничает.

«Может, всё не так плохо? — успокоился Данила. —Подумаешь, ребёнок!»

— Ну, тогда пошли? — предложил он. — А то ужехолодновато что-то!

Они пошли в ресторан «Пушкин», который был прямо напротив.

— А что ты вечером делаешь? — спросил Данила,заказывая бефстроганов и селёдку под шубой.

Млей попросил принести двенадцать пирожков с мясом исолянку.

— Ничего…. — Млей пожал плечами. Коляска стояларядом. Младенец спал.

— Может, пойдём куда-нибудь? — предложил Данила.

Он уже перестал бояться ребёнка, и даже считал, что этоочень сексуально — Мадонна с младенцем. Да ещё с такой фигурой!

— Вкусные пирожки! — радовался Млей.

— Ты что, правда все съешь? — удивился Данила.

Млей кивнул, он не мог говорить из-за набитого рта.

— Про таких, как ты, говорят легче убить, чемпрокормить! — рассмеялся Данила, протягивая Млею салфетку.

Млей неожиданно стал очень серьёзен.

— Знаешь, мама этой девочки умерла, — сказал Млейочень тихо.

— Не от обжорства, я надеюсь? — пошутил Данила.

— В тюрьме, — сказал Млей и посмотрел Даниле прямов глаза.

— Ужас! — согласился Данила

— Она была беременна, когда попала в тюрьму, и её несмогли спасти. — Млей держал руки на коленях и не сводил взгляда с Данилы.

— Твоя подруга? — спросил Данила, делая вид, чтосочувствует.

Он терпеть не мог, когда девушки начинали «грузить» его припервом же свидании.

— Да, — кивнул Млей и улыбкой поблагодарилофицианта который поставил на стол горячее. — Очень близкая.

— И ты его усыновила? — поинтересовался Данила.

— Удочерила. Это девочка. Хочешь посмотреть? —Млей опустил крышку коляски и Данила послушно заглянул туда.

— Правда милая? — спросил Млей.

— Дети все милые, — сказал Данила.

— Она была очень талантливой девушкой, моя подруга. Иочень красивой.

— А как же она в тюрьму попала? — поинтересовалсяДанила.

— Знаешь, вся её жизнь кувырком пошла… после одногособытия… — задумчиво проговорил Млей.

— А папа? — спросил Данила. Он решил, что надопоскорее начать есть, иначе бефстроганов остынет.

— А папа этой девочки — ты, — сказал Млей.

— Что?! — Данила подавился, и ему пришлось долгооткашливаться, как в плохом кино. — Да ты просто сумасшедшая!

Он бросил салфетку на стол.

— Она купила свитер в магазине, и ты сказал ей: хорошийвыбор. А потом оставил свой телефон. Его записал твой охранник на клочкебумаги. Вы встретились вечером в Shatush, а потом пошли тусоваться. И ты еёизнасиловал. — Млей говорил так, словно читал сводку погоды.

— Что ты от меня хочешь?! — возмутился Данила.

— Я могу рассказать сцену на кладбище. Твой папанаставил на тебя пистолет и заставил извиниться.

— Хватит! — Данила развалился на стуле, давая понять,что шантажировать его — пустое занятие.

— Ты извинился. А потом спросил её: «Ты довольна?» Иона ответила: «Не знаю».

Данила молчал.

Млей достал ребёнка из коляски и держал на руках. Девочка срозовой соской во рту мирно спала.