Блондинка на завтрак - Наталья Александрова

— А ну отвали, козел! — выкрикнула Лариса иприбавила для большей доходчивости парочку непечатных, но очень выразительныхслов.

В устах хрупкой блондинки эти слова звучали особенноэффектно, но мужик в своей долгой, насыщенной событиями жизни слышал и нетакое, и на него эти слова не произвели должного впечатления. Он сделал ещеодин шаг к девушке и попытался схватить ее за руку.

Тогда Лариса, брезгливо поморщившись, перехватила егоздоровенную лапу своей тоненькой ручкой, дернула на себя и ловко повернуласьвокруг оси. Мужик удивленно хрюкнул и полетел на тротуар, продемонстрировавповсеместное действие закона всемирного тяготения.

Однако девушка не успела воспользоваться плодами своейкрасивой победы. Из-за ее машины показался второй тип, нисколько не уступавшийпервому ни внешним видом, ни моральными качествами. Вместо клетчатого пальто нанем был старый, продранный на локтях свитер, на голове — несколько несоответствующая сезону кроличья ушанка с одним оторванным ухом, а самымколоритным предметом его экипировки были надетые на босу ногу галоши, точнее —коротко обрезанные резиновые сапоги.

— Ты че, блин, Васю обидела? — проворчал этотновый персонаж, грозно надвигаясь на блондинку.

Тем временем и обиженный Вася поднялся на ноги и наступал сзади,гостеприимно раскинув руки и хрипло напевая:

— Красавица, подожди, белы руки подожми…

Лариса сжалась в комок. До офиса фирмы, где еще оставалосьдвое сотрудников, было слишком далеко, дорогу к собственной машине отрезал одиниз бомжей. Перспектива вырисовывалась безрадостная.

— Чего вам надо? — испуганно проговориладевушка. — Денег я вам дам…

— Это само собой, — согласился мужик в свитере,захода сбоку, — это непременно. Только сперва мы тебя поучим обхождению…Ты, это, Васю обидела и теперича за это ответишь, как положено!

И в этот момент из стоявшей неподалеку машины выскочилприлично одетый мужчина лет тридцати пяти с приятной, но не запоминающейсянаружностью. Подлетев, как тропический ураган, к месту конфликта, он схватилодного из бомжей за лацканы пальто и отшвырнул его к дальнему концу парковки.Второго, в драном свитере, он ловко пнул ногой, и тот покатился по тротуару,как срубленное дерево. Галантно расшаркавшись перед Ларисой, спаситель в лучшихтрадициях мирового киноискусства проговорил:

— Кажется, я подоспел вовремя.., к вашим услугам, менязовут Леонид…

— Я в курсе, — ответила блондинка с благосклоннойулыбкой.

— Ах, это вы! — воскликнул Леня, как будто толькосейчас узнав спасенную красавицу. — Ну, надеюсь, теперь вы не откажетесьпообщаться со мной во внеслужебной обстановке? Как насчет ресторана«Буги-вуги»?

— После вашего неожиданного и своевременного появленияя не имею морального права отказаться, — улыбнулась Лариса.

— Я счастлив, — Леня прижал руки к сердцу, я даже немногоблагодарен этим грязным подонкам, — он покосился на уползающих со стоянкибомжей.

Впрочем, он уже заранее отблагодарил их, оплатив их участиев блестяще разыгранной сцене.

Несколькими часами раньше он нашел этих бомжей возле вокзалаи заключил с ними трудовое соглашение — они должны были разыграть нападение наблондинку и затем, когда на сцене появится Леня, понести полное поражение ипокинуть поле боя. Часть денег Леня заплатил авансом — меньшую, конечно, чтобы«статисты» не напились на радостях, а остальное сунул в карман клетчатогопальто, когда героически расправлялся с его обладателем. Идею этой нехитройинсценировки Леня позаимствовал из собственного детства, когда подкупил собаку,чтобы героически спасти от нее свою одноклассницу Вику…

Бомжи, поддерживая друг друга, удалялись от стоянки.

— Надо было премиальные попросить, — ворчал Вася вклетчатом пальто, — за этот.., моральный ущерб. Меня знаешь как эта бабаоб асфальт швырнула! Мужик-то ничего, аккуратно, только для виду, а она, негляди что тощая, так приложила — до сих пор все кости болят!

— Нельзя, Вася, — вразумлял его друг исоратник, — нужно всегда соблюдать предварительные договоренности, деловаярепутация, доброе имя стоят дороже сиюминутной копеечной выгоды…

— Да, тебе хорошо говорить, — не унимался Вася,потирая поясницу, — она ведь не тебя приложила!