Рождественские убийства - Дженнифер Роу

– Я стоял у тебя за спиной, Маргарет. К тому же ты приподнялась на цыпочки. И мне не было видно.

– В таком случае тебе повезло. И ты даже представить себе не можешь, что я пережила. – Женщина легла грудью на стол. – Знаешь, Кевин, это наверняка сделал какой-то сексуальный маньяк, – зловеще прошипела она.

– Маргарет, тише! – Мужчина в отчаянии хлопнул рукой по столу, подзывая официантку, и на этот раз ему удалось заказать чай и сэндвичи. Он повернулся к жене. – Не думай об этом, дорогая, – произнес он и искоса посмотрел на Берди.

Та поспешно уткнулась в бумаги.

– Нет, ну а чего они ожидали? Позволили девчонке разгуливать в такой крошечной юбочке. Она же едва прикрывает ягодицы! Это просто неприлично! Я сразу подумала об этом, когда мы пришли за мишурой. Я ведь так тебе и сказала. Кевин. Кевин?

– Да, так и сказала. – Кевин откинулся на спинку стула, и в его глазах возникло безучастное выражение. Он смирился.

– Я сказала, что это неприлично. И вот смотри, что из этого вышло. Какой-то извращенец изнасиловал ее и убил. А что подумают дети? Ведь в толпе были дети. Кевин?

– Знаю.

– Они сказали, вчера умер Санта-Клаус. Там тоже случилось что-то странное. И вот теперь маньяк разделался с его помощницей. В «Фредериксе»! Я хочу спросить, куда катится мир? Кевин?

– Не знаю, Маргарет.

Невольно мужчина снова перевел взгляд на соседний столик, за которым только что сидела маленькая женщина в очках с толстыми линзами. Но она уже ушла.

Дом Кейт наполнился ароматами фруктового пирога и свежей ели. Наверху спала Зои, под величайшим секретом показавшая Берди подарки, которые она смастерила в школе для мамы: подставку для писем, и для папы: подставку для карандашей, сделанные из сплющенных палочек от чупа-чупсов и выкрашенные золотой краской. Девочка также похвасталась своими день ото дня прибывающими богатствами, начиная с крошечного полузасохшего кактуса, подаренного лучшей подругой, и заканчивая переливающейся тиарой сказочной принцессы, подаренной Санта-Клаусом в «Фредериксе». В доме царило радостное настроение и предвкушение праздника, отчего Берди вдруг почувствовала себя одиноко. Но ей не хотелось думать об этом, и она стала подтрунивать над подругой.

– Можешь уже снять фартук, Кейт, – съехидничала она. – Ты уже доказала, что являешься прекрасной хозяйкой и не менее прекрасной матерью. Кекс в духовке.

– Да, благодарение небесам. – Кейт блаженно улыбнулась.

Впрочем, Берди ее улыбка показалась чрезвычайно самодовольной, и она резко заметила:

– Я думаю, ты должна была испечь рождественский кекс за несколько дней до этого нелепого праздника. А не в десять часов вечера накануне. И вообще, где сладкие пирожки, марципановые фрукты и пудинг?

Улыбка Кейт слегка померкла, и она пожала плечами.

– Все это готовит мама, – коротко ответила она, потянув за тесемки фартука. – Но я испекла кекс. Лучше поздно, чем никогда. – Она небрежно бросила фартук на спинку стула и отвернулась.

Берди поняла, что перегнула палку, и решила исправиться.

– Как ты решила поступить с велосипедом для Зои? – поинтересовалась она.

Кейт наполнила бокалы вином.

– Джереми сказал ей, что Санта из «Фредерикса» просто не понимает, какое оживленное на улицах движение. Мы обещали сводить ее в Столетний парк и взять велосипед напрокат. Еще мы сказали, что настоящий Санта-Клаус знает о положении на дорогах и даже не подумает дарить велосипед. Вместо этого от него будет какой-нибудь замечательный сюрприз. Думаю, мы убедили девочку, хотя это ей не понравилось. Зои была очень разочарована. Убила бы этого Санту! О… я хотела сказать…

– Если бы его не убил кто-то другой, – с улыбкой закончила Берди. – Кстати, Дэн Тоби предположил, что это могла сделать какая-то разъяренная мамаша.

– Смехотворный старый негодяй, – пробормотала Кейт. – Но я и в самом деле пришла в ярость, Берди. Представь, скольким еще детям он пообещал то, чего они не смогут получить. И все-таки смерть Санты ужасна, как и смерть его помощницы. Нелепость какая-то. Выглядит так, будто кто-то намеренно хотел погасить в «Фредериксе» рождественский дух. Но это ужасно, потому что Рождество – это действительно сказка: лес, огоньки и все остальное. – Кейт с любопытством посмотрела на подругу: – Что такое?

– О, ничего. Ничего важного. – Однако глаза Берди возбужденно заблестели за толстыми линзами очков. – Прости, что ты говорила?

– Я сказала, как это ужасно для «Фредерикса». Убийство Санты и его помощницы.

– Кое-кто так не думает. Во всяком случае, о смерти Бена Блафа.

– Ты действительно считаешь, что это сделал кто-то из сотрудников? Убил его и Эсме Стэк? Бедная девочка! И каково ее матери!

– Да. – Берди смотрела прямо перед собой. – Тоби пообещал за ней присматривать. Очевидно, он не слишком старался. Она утаила информацию о ленче с убийцей. В середине дня она в женском туалете накинула плащ поверх костюма и ушла, никем не замеченной. Во всяком случае, сотрудники Тоби не обратили никакого внимания на вышедшую из туалета женщину. Ее тело обнаружили сорок пять минут спустя в лифте, когда тот остановился на четвертом этаже. Она лежала на полу с пробитой головой и колотой раной в спине.

Кейт передернулась.

– Кто-то убил ее этажом выше, а потом запихнул в лифт и нажал на кнопку «вниз». Жуть какая. И с кем, ты думаешь, она встречалась?

– Не знаю. Возможно, мы никогда этого не узнаем. Но я думаю… она определенно что-то скрывала, возможно, не имеющее отношения к делу. Или она так думала, хотя на самом деле все было как раз наоборот. Полагаю, она уловила взаимосвязь лишь после беседы с Тоби и решила встретиться с преступником.

– Собиралась его шантажировать?

– Возможно. Или просто хотела предупредить, если испытывала к этому человеку симпатию.

– Как бы то ни было, она совершила ошибку. И негодяй ее убил.

– Да. А знаешь что, Кейт? Кажется, теперь я догадалась, кто это сделал.

– Да? Ради всего святого, Берди, скажи, кто!

Однако Берди отрицательно покачала головой:

– Не могу до тех пор, пока не буду уверена. К тому же у меня нет доказательств! Теперь, когда Эсме Стэк мертва…

– Берди, не молчи! Я же не Тоби. Никому не скажу ни слова. Обещаю!

– Я не…

Кейт перегнулась через кухонный стол и схватила подругу за руку.

– Говори! Послушай, ведь я была там в тот самый день, помнишь? Стояла в очереди с остальными уставшими мамашами, умирая от голода и желания выпить кофе. Сразу после этого мы с тобой встретились. Я была там, когда все началось, и заслуживаю того, чтобы услышать имя убийцы! Слышишь? Иначе сделаю тебе «крапиву»! – Кейт угрожающе подняла над столом вторую руку.